Мародер
Шрифт:
Свернула шланг, после чего встала к дому спиной, чтобы наблюдать за происходящим на улице. Прошло несколько минут, и та же самая машина снова начала медленно двигаться по направлению к нам. Я не могла видеть дальше окон, потому что они были тонированы.
— Вы видели эту машину раньше? — сказал я им, обходя дом.
Мак и Мари посмотрели в том же направлении, что и я. Он стоял перед ней на коленях. Заметив машину, он встал, отодвигая Мари себе за спину.
— Нет, — сказала Мари, высовывая голову у Мака из-за спины, чтобы лучше рассмотреть. — Не видела.
— А я
— Вниз! — взревел Мак. Его голос обычно был неровным, но звучал так четко. Он повалил Мари на землю, но все, что я могла сделать, это просто смотреть.
Все мое тело застыло, и у меня возникла самая странная гребаная мысль, когда это произошло. Кэш Келли. Понимала это не мозгами. Так подсказывало мне мое сердце. Оно говорило мне о моем муже. Может быть, потому, что я понимала, что вот-вот проглочу несколько пуль.
Потом я оказался на земле. Тело Мака приземлилось поверх моего, когда пули рикошетили в дом, прямо туда, где я только что стояла. Они звучали как фейерверк, взрывающийся вокруг меня днем. Хлоп. Хлоп. Хлоп. Хлоп. Хлоп.
Не была уверена, что произошло, когда звуки выстрелов стихли. Казалось, все произошло в мгновение ока, и я застряла на земле в оцепенении. Но я могла слышать. Я так ясно слышала слова, кружащие вокруг меня. Они были такими же громкими, как и выстрелы.
— Позвони Келли и введи его в курс дела, — сказал Мак. — Он должен знать об этом. Никто не знает, кому он перешел дорогу и кого разозлил. Это может быть что-то типа око за око, зуб за зуб.
— Как ты узнал о…
— Приступай к работе, Малыш Хэрри. Небезопасно болтать на улице.
Вой сирен становился все ближе.
— Мак? — позвал мой брат. — Ты спас мою сестру.
— Не забудь сказать Келли, что у него перед тобой должок.
Адская кухня официально кипела, и я наконец-то обожглась.
24
Кэш
Повесил трубку. Уставился на стену в своем кабинете на одну, две, три секунды. На четвертой внутри моего черепа произошел взрыв, и я встал, направляясь к двери. Выйдя на улицу, я отпер бронированный матово-черный «Хэллкат», который купил у знакомого Рокко. На самом деле тот знал парня, который знал еще одного парня — он был лучшим в своем деле и подчинялся только таким, как Рокко. Если он делал заказ, вы были в деле.
На улицах было немного пробок, но я добрался до места назначения без проблем. Я припарковался, заглушил двигатель и потянулся к консоли за ножом, который там спрятал. Поскольку гардероб предпочитал шить на заказ, я сунул его в потайной карман, который портные всегда приделывали к пиджаку.
Я вошел в здание и быстро преодолел два лестничных марша. Молли, вдова моего старика, открыла дверь со второго стука.
Она ничего не сказала, да и я не произносил ни слова минуту или две.
Мы с Молли были в хороших отношениях, но после смерти моего старика все, что нас объединяло, закончилось. Иногда мы с ней пересекались, но на этом все и заканчивалось.
О моем терпении ходили легенды, поэтому,
В квартире не осталось ничего от моего старика. Даже фотографий не было. Ей не потребовалось много времени, чтобы начать двигаться дальше. За эти годы я слышал о мужчинах, с которыми она встречалась, но дольше всего она была с тем, кто курил на пожарной лестнице квартиры, некогда принадлежавшей моему старику. Окно было открыто, и он повернул голову, встретившись со мной взглядом.
— Кэш Келли. — Брайан Грейди затянулся сигаретой и выпустил длинную струйку дыма. — Пришел, чтобы предъявить мне ультиматум?
Брайан Грейди был младшим братом Кормика и дядей Ли. Он был порядочным парнем, который не вмешивался в семейный бизнес, если только члены его семьи не оказывались в затруднительном положении. Однако Ли уважал его, и я знал, что, когда ему нужно было, чтобы кто-его выслушал, именно Брайан слушал его и давал дельные советы.
— Ты бы не стал!
Болтливая Молли взвилась у меня за спиной.
Киллиан обычно так ее звал. Он никогда не испытывал к ней теплых чувств. Я придерживался нейтральной стороны, не заботясь ни о чьих чувствах, как делал это всегда. Но причина, по которой она вдруг проявила такой интерес к моему приезду сюда, заключалась в том, что мой старик оставил мне восемьдесят процентов здания. Остальные двадцать процентов принадлежали ей.
Поскольку у меня было больше всего акций, если бы я решил продать, ей пришлось бы либо выкупить мою долю, либо продать здание полностью. Она прожила здесь большую часть своей жизни, и ей было удобно не платить арендную плату, живя на то, что оставил ей мой старик, поэтому она не хотела никаких проблем со мной. Только вот когда Молли злилась, то по обычаю своему принималась орать, не переставая.
— Смени пластинку, Молли, — бросил я, даже не поворачиваясь, чтобы посмотреть на нее. — Не к чему тебе показывать свой норов. По крайней мере, со мной у тебя этот номер не пройдет.
Она замолчала, но я мог прочитать ее реакцию по выражению лица Брайана. Через мгновение он еще раз затянулся сигаретой, а затем кивнул. Я почувствовал движение воздуха, когда она ушла. Пять секунд спустя, точно по расписанию, дверь в ее спальню хлопнула.
— Если бы я хотел, чтобы ты убрался из этой квартиры, — сказал я, — мне даже не нужно было бы владеть большей частью здания, чтобы сделать это на законных основаниях.
— Верно, — сказал он, глядя на меня. Он смотрел на меня, повернув голову, но тело его при этом было обращено к окну. — Тогда перейдём прямо делу.
— Личному делу.
Я сунул руку во внутренний карман пиджака, вытаскивая нож.
— Ты или я, но в любом случае, ты передашь сообщение.
Он прищурился, глядя на меня.
— Ты делаешь это ради своей жены?
— Я бы сделал гораздо хуже за гораздо меньшее, что с ней сделали.
— Я уже говорил Ли, — сказал он. — Я говорил ему не точить зуб на твою женщину. Я также посоветовал ему не связываться со Скарпоне. Но парень слышит то, что хочет слышать. В остальное время он внемлет только голосу долларовых знаков.