Мародер
Шрифт:
Дело пахло хуже, чем мертвец у меня в багажнике. От всего этого несло крысой.
Я на секунду остановился посреди леса, оглядываясь по сторонам. Я бы прислонил его к дереву и покончил с этим. Я даже не собирался утруждать себя тем, чтобы прятать его. Хотя я бы оставил эту гребаную палку у него. Она может пригодиться ему в аду.
23
Кили
Все было наперекосяк.
После той ночи, когда я застукала Сиси, накрывающей Кэша одеялом, я начала ненавидеть его действия еще больше, хотя, с другой стороны, я и любила его еще больше. Особенно
Кроме одного.
Чувство вины разрывало меня изнутри, когда я так себя чувствовала.
С Кэшем Келли о победе не могло быть и речи. Я не могла просто взять и выбрать сторону и придерживаться выбранного курса. То, чем он зарабатывал на жизнь, означало для меня полнейший отказ. И хотя я любила его, этого было недостаточно, чтобы оправдать его проступки.
Но что мне теперь было с этим делать?
Я принимала его таким, какой он есть, не зная, чем он на самом деле занимается, но всякий раз, когда я смотрела на Сиси или Райана, меня захлестывало полнейшее разочарование. Потом я вспоминала, как он рассмешил ее, когда она запихнула пирог ему в рот. Как он зарычал на нее, и она зарычала в ответ. Словно обычный ребенок, у которого не было никаких проблем. Мир был ее другом. Хорошее место, в котором стоило жить.
Я оказалась в чертовски щекотливой ситуации и не знала, как из нее выбраться или как сделать так, чтобы получить преимущество. В любом случае, он все еще не сказал мне ни слова. И я отказывалась поднимать этот вопрос. Если бы он прямо признался мне в этом, я не была уверена, как бы я справилась с жизнью с ним — человеком, который распространял пагубные привычки среди людей, которые не могли противостоять своим порокам, после того, как он вел себя так, будто он существовал в прайде, который был готов за него убивать.
Поэтому я держалась от него на почтительном расстоянии.
Даже после того, как Кровавая Королева исчерпала свои силы и выдохлась, мы практически не общались. Происходило что-то такое, что заставляло меня ощущать беспокойство.
Кэш начал вести себя иначе. Еще более параноидально. Он регулярно отправлял меня с Харрисоном, заставляя ночевать у него дома или в одном из других домов — конспиративных квартир — которыми он владел в городе. Морин приходила, чтобы я могла быть поближе к детям. Они по большей части занимали мое время, и это помогало, потому что иногда я так сильно скучала по нему, что испытывала физическую боль от того, что он был не рядом со мной.
Что уж и говорить, когда он иногда не приходил на ужин?
Пульт от телевизора впился в мою ладонь. Я смотрела какой-то чертовски слащавый романтический фильм, и злилась за то, что поставила его. Я вздохнула, прислонившись головой к спинке дивана и закрыла глаза.
Морин отвезла детей в зоопарк. Харрисон был на работе, но я собиралась вскоре встретиться с ним дома. А Рафф? Я не знала, где он, но в последнее время мы с ним редко виделись. Полагала, что это потому, что у его босса было больше проблем, чем когда-либо, и ему нужны были четыре глаза вместо двух.
Оставалась лишь… я. И мысль о
Достала мобильный телефон и уставилась на него. Что я скажу, если позвоню ему? Ненавижу то, что ты делаешь, но люблю тебя еще больше. Что заставляет меня хотеть причинить тебе боль, как ты причиняешь мне?
Телефон зажужжал, прерывая мои мысли, и сердце забилось быстрее. Потом оно немного успокоилось.
— Привет, — сказала я Мари, снова прислонившись головой к дивану.
— Приходи, — сказала она. — У меня есть торт.
— Торт?
— Самый лучший. Ты обязана его попробовать.
Она сделала паузу.
— Через полчаса?
— Скоро буду.
Мне нужно было выбраться из дома. Тишина в «безопасном» доме стала напоминать капающий кран.
По тону голоса Мари я поняла, что с ней тоже что-то происходит. Зная то, что я знаю о ее муже и его бизнесе, неудивительно, что она, вероятно, тоже имеет дело с каким-то дерьмом.
Я включила сигнализацию на машине, которую подарил мне Кэш. Он сказал, чтобы я считала ее свадебным подарком. Ему надоело видеть мою старую машину, собирающую ржавчину на улице. Это был красивый зеленый «Шевроле Корвет Стингрей». У машины были тонированные стекла, а на черных колесных дисках были зеленые полоски.
Это была самая красивая тачка, которую я когда-либо видела, не считая того безопасного для семьи автомобиля, который он купил для нас с Морин, чтобы мы возили детей.
Но в тот момент мне нужна была скорость. Мне нужна была свобода. Может быть, мне даже нужно было почувствовать себя немного моложе.
Мари ждала на улице, когда я подъехала к ее дому. Я заглушила двигатель, но она замахала руками, показывая, чтобы я не выходила. Она спешила зайти с другой стороны машины. Как только она оказалась на пассажирском сидении, я рванул с места быстрее, чем она ожидала. Ее голова ударилась о сиденье. По крайней мере, на этот раз мы буквально смогли взлететь. Если бы речь шла о моей старой машине, то ее бы мы могли обогнать даже пешком.
— Хорошо. Я посмотрела в зеркало заднего вида, убеждаясь, что за нами не следят. — Почему мы убегаем из твоего дома?
— Мне… нужен перерыв. Сегодня мне не хочется находиться в окружении мужчин.
— Ох. Медовый месяц закончился. Да начнутся игры!
— Это не игра, Кили. Это называется браком.
Она махнула рукой:
— Мы только что поссорились.
Попыталась подкинуть что-нибудь, как-то подначить, но она не клюнула на приманку. Знала, что между ней и Маком происходит нечто большее, чем обычная ссора, но не стала вникать. Она тоже чувствовала, что со мной что-то происходит, а я не была готова обсуждать это с ней. Так что быть нейтрально настроенными по отношению друг к другу было приятно.
— Ответь на один вопрос, — сказала я, переводя разговор в другое русло. — Мы ненавидим его или нет?
— Нет.
Она повернулась ко мне лицом.
— Кто такой Кэшел Келли?
Черт! Одно его имя бросало меня в жар. Я на секунду выпустила руль, и машину занесло. Мари посмотрела в зеркало, как будто думала, что кто-то следил за нами.
— Кэш, — сказала я под нос. — Почти все зовут его Кэш. И Стоун, конечно же, рассказал тебе о нем.
— Не совсем. Он выведывал информацию в тот вечер, когда мы ужинали.