Марк. Заберу ее себе
Шрифт:
— Не правда, — Андрей сжимает кулачки, притопывая ногой. — дядя Паша говорит, мужчина может быть младше!
— Ты можешь выйти замуж за меня. Я старше, а Андрей может остаться с нами. — вмешиваюсь я.
— Это нечестно! Я тоже хочу жениться! — рычит Андрей, скрестив руки на груди.
— Боже, Марк! Держи своих сыновей подальше от моей дочери! — рычит отец Венеры, вставая рядом со мной. Папа смеется и, кажется, даже подмигивает мне. Я быстро встаю и пинаю отца Венеры.
— Она
— Ага! Она нам нравится! — говорит Андрей, целует Венеру в щеку и крепко обнимает. Я стою рядом с ними и слежу за ее отцом, если он вдруг подумает обидеть моего младшего брата.
— Еще не хватало, чтобы кто-то из них похитил ее, когда они вырастут! — ворчит отец Венеры.
— На твоем месте я бы не подавал им никаких идей, — папа снова смеется. — Они быстро схватывают!
— Мы заявляем на нее права! — объявляю я. Я слышал, как папа однажды сказал маме, что с того момента, как он заявил на нее свои права, он стал самым счастливым человеком на свете. Я не совсем понимаю, что это такое. Я думаю, это все равно что просить кого-то жениться на тебе. Андрей сделал это, и как братья мы держимся вместе. — Она наша.
— Господи, — рычит ее отец в ответ, и его рычание даже громче, чем у папы, но папа говорит, что мы не должны показывать страх, поэтому я этого не делаю. — Возьми своих сыновей под контроль, Марк! — он обходит меня, пытаясь взять Венеру, и я быстро встаю перед ней, чтобы преградить ему путь.
— Максим, все никак не определю, у тебя характер твоего деда или все же отца? — он смотрит мне прямо в глаза, но я не отступаю. Андрей присоединяется ко мне и делает все возможное, чтобы тоже одарить отца Венеры злобным взглядом. У него не получается такой злой, как у меня. Мне придется учить его лучше. По какой-то причине это заставляет папу смеяться еще громче.
— Марк!
Папа не может перестать смеяться, но кладет руку мне на плечо, а другую на плечо Андрея и призывает нас подойти к нему.
— Папа! Мы ее не оставим, — возражаю я.
— Копия своего отца, — качает головой отец Венеры. Он ухитряется поднять ее, и я ненавижу себя за то, что такой маленький.
Папа продолжает смеяться, но наклоняется и обнимает нас с Андреем.
Ее красивые волосы подпрыгивают с каждым шагом ее отца. Он прижимает ее к груди, а она оглядывается через плечо на меня, Андрея и папу. Она все еще держит динозавра. Но потом кидает его с улыбкой.
— Я выйду замуж за вас обоих, — заявляет она, и мой брат с визгом бежит за своим динозавриком. А я чувствую себя таким счастливым.
— Боже! Я больше никогда не приведу ее к вам в гости, Марк. Никогда. Чему ты учишь своих парней? — он бормочет что-то еще, а папа смеется еще
МАРК
Еще пять лет спустя
— София! Где ты? Что ты здесь делаешь? — я иду по дому и захожу в прачечную.
— А что, по-твоему, я могу здесь делать? — она ворчит мне в ответ, захлопывая крышку стиральной машины.
— Что случилось на этот раз? — делаю вдох и выдох, чтобы не реагировать на ее раздражение. Мы с Софией славимся тем, что набрасываемся друг на друга, а потом миримся. Это определенно делает жизнь интересней. Но сегодня у меня нет времени.
— А что всегда происходит? — фыркает она, заканчивает выбирать настройки стиральной машины, заводит ее и поворачивается ко мне. Я сказал ей, что нанял женщину для помощи по дому. Я сделал это, чтобы ей было легче, и все же она никогда не слушает.
Подхожу ближе и обнимаю ее рукой за шею. Ее лицо сразу смягчается.
— Максим опять что-то натворил?
— Это был не только Максим. Оба твоих сына сводят меня с ума.
— Но Андрей же спокойный мальчик.
— Андрей последует за Максимом даже в адское пламя, если брат захочет. Они убивают меня, — хнычет она.
— София, успокойся, — говорю я ей, нежно обхватывая ладонями ее лицо и притягивая к себе.
— Тебе легко говорить. Марк. Когда я согласилась выйти за тебя замуж, я не знала, что у меня будет два мальчика, которые будут точной копией их отца.
Я изо всех сил стараюсь не улыбаться, не думаю, что это поможет угомонить мою жену прямо сейчас.
— Что они сделали? — прикидываю, что это должно быть очень плохо, раз София так разозлилась.
— Их отстранили от учебы… опять, — признается она.
На этот раз я не могу скрыть улыбку. Мои сыновья — чертята, и они могут заставить Софию поседеть раньше времени.
— Марк! Это не смешно! — она пытается отстраниться от меня, но я не позволяю. Я смеюсь, и это, кажется, злит ее еще больше. Притягиваю ее к себе.
— Успокойся, Софи. Что они сделали на этот раз?
— Они последовали за Венерой в женский туалет в школе.
Я хмурюсь, обдумывая это. Думаю, что в этой истории есть что-то еще.
— Их отстранили за это?
— Нет. Венера побежала туда в слезах, так что они хотели проверить, все ли с ней в порядке.
— Что ж, это звучит не так уж плохо. Почему она плакала?
— Все дело в том мальчике из параллельного класса. Он придирался к Венере и обзывал ее из-за брекетов.
— И это вся история? — если бы Венера была моей дочерью, я бы научил отца этого мальчишки, как обуздать своего сына.