Маришка
Шрифт:
Пока Таня заканчивала прием, я позвонила Тимке и предупредила, что не выйду завтра на работу. Узнав причину моего отсутствия, он тут же отчитал меня за то, что я не вызвала ГАИ. Тимур считал, что покрывая мелкие дорожные нарушения, я поощряю крупную безнаказанность на дорогах. То, что со мной все в порядке и серьезно пострадал только мой зонт, для него не являлось аргументом. Когда Тимке надоело читать нравоучения, он рассказал мне, что ему все-таки удалось заинтересовать Макса в сотрудничестве. Более того, Макс согласился на основе нашей фирмы создать представительство «МЭЛД» в Украине. Правда, теперь придется под этот проект брать в
Девичник затянулся до вечера следующего дня. Мы с Таней почти сутки выплескивали друг на друга то, что держать внутри не было больше сил. Я рассказала ей про Игоря и про то, что мой мир, как карточный домик, внезапно стал складываться вокруг меня, а она жаловалась мне на своего мужа, который занимает какой-то непростой пост в управлении железной дорогой и пристрастился к алкоголю. Раньше выпивать с нужными ему людьми обязывало его положение, а теперь, похоже, это переросло в пагубную привычку.
8
Зайдя в свою квартиру, я замерла на пороге. Мне вдруг показалось, что кто-то был здесь в мое отсутствие.
Я стала озираться и обошла все комнаты, ища подтверждения своим чувствам. Вроде ничего не изменилось в обстановке… Может, Игорь приходил? Нет, я бы это поняла. Вот, еще лежат на столе его розы, надо их, кстати, выбросить уже. Или все-таки я вчера сильно головой ударилась? Мерещится теперь всякое.
Времени привести себя в порядок до Тимкиного приезда у меня оставалось немного. Отбросив свои страхи, я быстро приняла душ и попробовала уложить феном волосы так, как это делала мне Яна. Ничего путевого из этого не вышло. Волосы все равно ложились так, как хочется им, а не мне. Махнув на себя рукой, я надела джинсы и кремовую рубашку с мелким выбитым рисунком. Ее мама прислала мне из Италии совсем недавно, но она уже успела стать одной из моих любимых вещей.
Обычно пунктуальный Тимур опаздывал уже на десять минут от назначенного времени. Поэтому, когда раздался звонок в дверь, я открыла ее с уверенность, что увижу его виноватую физиономию и услышу массу занимательных оправданий. Но вместо Тимура я увидела… Алика. Парня из клуба.
Он улыбнулся мне и сделал шаг в квартиру. Я в растерянности отступила. Не дав мне опомниться, Алик оттеснил меня к стене, а за ним следом в мою квартиру вошло еще двое из тех парней, что были с нами в клубе. Если раньше мне не удавалось восстановить в памяти их лица, то теперь я их вспомнила. Один рыжий, высокий, атлетически сложенный. У него был такой отталкивающий, неприятный взгляд, от которого становилось не по себе. Другой, наоборот, субтильный, черненький, с небольшой, торчащей вперед бородкой и большими, печальными глазами.
– Здравствуй, Маша, – весело сказал Алик, –
Я почувствовала в его тоне скрытую угрозу и судорожно сглотнула.
– Ну, я примерно все так и представлял. – Алик деловито осматривал комнату, засунув руки в карманы джинсов.
– Что вам надо? – наконец смогла выдавить я.
Ответа не последовало. Парень с бородкой остался у двери, а Алик с рыжим приятелем по-хозяйски прошли дальше в квартиру. Рыжий подошел к моему портрету и снял его со стены.
– А что? Похоже, – усмехнулся он и поставил портрет на пол.
Наглость, с которой они хозяйничали в моей квартире у меня на глазах, злила и пугала меня одновременно.
– Сейчас сюда придет мой друг и вышвырнет вас, – сквозь зубы сказала я.
– О, у нас будут еще гости? – Рыжий повернулся ко мне и почему-то рассмеялся.
– Что я смешного сказала?
– Ничего. – Он в два шага оказался рядом со мной. – Ты просто смешная, когда злишься. Краснеешь забавно. Ты мне нравишься, правда. Я тебе еще в клубе это говорил. – Одной рукой он припер к стене, а другой резко расстегнул мой ремень на джинсах. – Хочешь, докажу?
– С ума сошел?! – Я попыталась вывернуться, но он крепко держал меня. – Отпусти, я буду орать и соседи вызовут милицию!
Орать бы у меня не получилось: похоже, от страха в моем в горле образовался спазм.
– О, она орать собралась, – фыркнул он мне в лицо. – Тебе нравится, когда скотчем рот заматывают, или лучше… – На этих словах он взял меня рукой за горло и пригвоздил к стене с такой силой, что дышать больше не получалось.
Я схватила его руку и изо всех сил попыталась оттянуть ее в сторону. Он даже не обратил внимания на мои попытки сопротивляться.
Я с ужасом посмотрела на худого черноволосого парня. Он встал напротив нас, сложил руки на груди и с улыбкой наблюдал за рыжим.
«Где же Тимка?» – звенело в моей голове и отдавалось с каждым ударом сердца. Я начинала задыхаться. Он видел это, но хватку не ослабил. С силой дернул мою рубашку и пуговицы посыпались на пол, скача по паркету.
– Эй! – крикнул Алик, услышав шум. – Успеешь еще, отпусти пока ее.
Видя, что его слова не услышаны, он выругался и опять прикрикнул на рыжего:
– Отпусти, тебе сказали! Задушишь же!
Рыжий его не слушал. Он покраснел. Глаза его стали влажными, ноздри раздувались. Второй рукой он шарил под моей рубашкой, а стальные пальцы, обхватившие мое горло, сжимались все крепче. У меня потемнело в глазах и я стала терять сознание.
– Я что сказал, Толян? – Алик наконец оттянул его от меня.
Я закашлялась и сползла по стене на пол. Дышать было по-прежнему тяжело, казалось, что его руки продолжают давить мне на горло. Какое-то время мне понадобилось, чтобы восстановить дыхание и прийти в себя.
– Маша, иди сюда, – приказал Алик.
Я с трудом поднялась на ноги и стала застегивать джинсы. Руки тряслись, никак не получалось сделать элементарные, привычные движения. Рыжий грубо подтолкнул меня в середину зала. Я чуть не упала, но успела схватиться за спинку кресла и удержалась на ногах.
– Я хочу увидеть документы на твою квартиру, – сказал Алик, глядя на меня в упор.
Я удивленно округлила глаза. Такого поворота я не ожидала, потому что была уверена, что они пришли закончить то, для чего опоили меня в клубе коктейлем с наркотиком.