Маньяк

Брис Мишель

Бришо согласно кивнул и потянулся к поясу, где висел его "смит-вессон". Достал оружие и Корантэн. Перед ними пятились к машине призрачные фигуры двух негодяев, которые должны были хорошо знать, как провел свою последнюю ночь Жильбер Маринье и как провела ее пятнадцатилетняя девчушка, избалованная родителями, отличница, умница, умершая от избыточной дозы морфия в ночь на 14 июля и изнасилованная после смерти.

Корантэн осторожно встал на ноги.

– Подождем, пока они сядут в машину, - сказал он, - а не то они еще, чего доброго, удерут.

До "фольксвагена"

было метров пятнадцать. В слепящем свете его фар, скользя по грязи, все еще перемещались призрачные силуэты двух грабителей.

– Зайдешь справа, - приказал Корантэн, - со стороны "Викинга". А я займусь фарами.

Они подождали еще пять секунд, не выпуская из рук оружия. Едва "Депардье" и "Викинг" успели сесть в машину, как перед ними вдруг вспыхнули фары "Рено-5". Яркий свет буквально ослепил их. Прежде чем парни успели хоть как-то отреагировать, грохнули два выстрела, и фары "фольксвагена" разлетелись вдребезги.

– Сыщики имеют фору, - осклабился Корантэн, стремительно выскакивая из "Рено-5".

– Полиция, - крикнул он.
– Не двигаться!

"Депардье" яростно распахнул дверцу. Но едва поставил ногу на землю, как рядом просвистела пуля. Он предпочел сесть обратно на свое место.

"Мы тоже хороши, открыли пальбу, - успел подумать Бришо и тут же утешился: - Впрочем, на войне, как на войне".

Он знал, что в тире на бульваре Мак-Дональд, у ворот Ла Вийет, Корантэн всегда слыл одним из самых лучших стрелков. Так что бояться промаха не приходилось.

Корантэн подошел к "Фольксвагену", держа машину на мушке. Он поравнялся с "Депардье". Бришо сделал то же самое со стороны "Викинга".

– Оба из машины!
– приказал Корантэн.
– И одновременно!

Позеленевший от страха "Депардье" вылез наружу.

– у вас что, крыша поехала?
– закричал он.
– Что это за игры? Что мы такого сделали?

Корантэн жестом велел ему подойти к стоявшему в свете фар "Викингу".

– Мы тебе все объясним, и, я думаю, ты все отлично поймешь.

Он кивнул Бришо.

– Спиной к спине, Меме!

Проходя мимо него, Бришо взял наручники, которые были у Корантэна. Послышалось несколько металлических щелчков, и оба грабителя оказались скованы друг с другом спиной к спине. Корантэн поставил свой "смит-вессон" на предохранитель и сунул в кобуру на поясе. Бришо проделал то же самое. Оба громилы стыли теперь полностью нейтрализованы.

– Где Шейла?
– резко спросил Корантэн.

"Депардье" отвернулся, презрительно поджав губы. Видно было, что он еле сдерживается, чтобы не укусить инспектора. Грудь его нервно вздымалась под модным блейзером цвета морской волны.

– Я понимаю, что можно выпендриваться, когда есть на что надеяться, прошипел Корантэн.
– Но ты-то спекся. Мы вас выследили, и Шейла была с вами.

Он ткнул рукой в темноту за "Фольксвагеном".

– Там что? Небось, какая-нибудь ферма?

"Депардье" по-прежнему молчал. Он лишь яростно двигал

плечами. Бришо обыскивал его, проделав предварительно то же самое с "Викингом". Он извлек из кармана "Депардье" маленький "стар" калибра 6,35 с перламутровой рукояткой, вытащил обойму. Все патроны были на месте. Бришо передернул затвор. В стволе тоже был патрон.

Корантэн покачал головой.

– Ты не представляешь, малыш, как правильно ты поступил, не воспользовавшись им!

– Уж поверьте, что я пытался это сделать, - словно плюнул "Депардье".

Бришо нажал на спуск. Раздался сухой щелчок, но выстрела не последовало.

– Борис, - nказал он нарочито трагическим голосом, - этот пистолет заело.

– Ну и черт с ним. Где Шейла? И поживее!
– Корантэн снова вытащил свой пистолет и взял его за ствол.
– Я тебе сейчас рукояткой повышибаю все зубы, подонок.

За спиной у "Депардье" послышался голос "Викинга".

– Не будь идиотом. Ты же видишь, что он готов разделать тебя под орех. Это же полицейская сволочь.

"Викинг" вдруг задышал так, словно его достали из петли: это Бришо всадил ему в солнечное сплетение ствол своего пистолета. Явно не очень ласково.

– Микроавтобус, - мучительно выдохнул "Викинг", - там, в конце дорожки.

Он снова задохнулся: "Депардье", словно хорошо тренированный борец-дзюдоист, саданул ему обоими локтями под ребра.

Корантэн подскочил к ним, поняв, что сейчас произойдет.

– Первый, кто закричит, получит рукояткой в зубы.

Оба грабителя отрывисто задышали. Судя по всему, в глазах атлетически сложенного полицейского они ясно прочитали, что он без колебаний выполнит свое обещание.

– Меме, - nказал Корантэн, - прикуй-ка их к бамперу.

Один наручник щелкнул, и верзилы оказались сидящими в колее у переднего бампера "фольксвагена". Теперь, чтобы удрать, им пришлось бы тащить за собой тысячу двести килограммов железа.

Корантэн сунул пистолет обратно в кобуру.

– Пойду прогуляюсь. А ты с них глаз не своди.

Бришо наклонился, не выпуская из рук пистолета.

– Мне, конечно, будет очень жалко испортить рукоятку, - сказал он, - но приказ есть приказ.

"Депардье" с отсутствующим видом принялся разглядывать измазанную грязью складку на своих брюках. "Викинг" сделал вид, что решил вздремнуть, опершись головой о бампер.

***

Nразу за каменной оградкой в ночи что-то тускло светилось. Борис Корантэн замедлил шаг. Он достиг угла оградки. По другую сторону от нее на раскладном столике стояла керосиновая лампа, бросавшая тусклый свет на пестро раскрашенный микроавтобус. Одна из машин, на которых кочуют хиппи и которые их Хозяева размалевывают как им заблагорассудится. В темневшем за микроавтобусом лесу ухали совы. Раздвижная дверца с правой стороны была приоткрыта, внутри автобуса горел неяркий свет. Луч света выхватывал из темноты оранжевую палатку, стоявшую на лугу по другую сторону от складного стола.