Мануэла
Шрифт:
Бернарда вышла навстречу ей в гостиную, но та прошла наверх, даже не обратив внимания на домоправительницу. Тогда женщина окликнула молодую хозяйку:
— Исабель!
Девушка нехотя остановилась:
— Что?
— Исабель, — начала Бернарда, с трудом подбирая нужные слова, — нам нужно поговорить.
— О чем?
— Я думала вот о чем…
Исабель повернулась к Бернарде:
— Да?
— Я думала о том, что, возможно, ты должна поддерживать знакомство
Немного помолчав, она объяснила:
— Он был так вежлив и так щедр…
— Я только что видела его.
— И разговаривала с ним? — обрадовалась Бернарда.
— Да.
— И о чем?
— О долге.
— О долге? — переспросила Бернарда.
— Да.
— И только?
— Да.
— И только?
Исабель не удостоила ответом вопрос женщины и, поднявшись к себе наверх, захлопнула дверь.
Фернандо Салинос после разговора с Исабель ушел из клуба. Ему уже не хотелось оставаться там, и он отправился в свою контору. Войдя в здание офиса, вызвал к себе в кабинет секретаршу.
— Марсия, зайди ко мне.
Через несколько секунд девушка была у своего шефа.
— Что изволите, сеньор Салинос?
Фернандо посмотрел на жизнерадостную красивую секретаршу и, тяжело вздохнув, сказал:
— Я хочу поговорить о долге сеньориты Исабель Герреро…
— Слушаю вас, сеньор.
Фернандо не знал, как продолжить начатый разговор и, помедлив, в конце концов высказался лаконично и кратко:
— И пусть будет предельно ясно…
Правда, смысл этой фразы был понятен, пожалуй, одному ему, но Марсия была в курсе всех дел и поэтому понимала сеньора Салиноса с полуслова.
— Да, — согласилась она.
— Меня не интересует, — возбужденно объяснял Фернандо, — что она думает и какова будет ее реакция.
— Как скажете.
— Здесь распоряжаюсь я!
— Конечно же!
Фернандо начал успокаиваться.
— Сеньорита Исабель Герреро хочет выплатить долг, — продолжал он, — но я не приму его.
— Хорошо, сеньор.
— Если ей так не терпится, пусть платит! — Махнул рукой Фернандо. — Пусть отправит чек в какой-нибудь благотворительный фонд или общество.
Он строго посмотрел на Марсию:
— Вам ясно?
— Яснее некуда.
— Тогда чего же вы ждете?
Фернандо указал на телефон:
— Сообщите ей об этом.
— Все будет сделано, сеньор Салинос.
— И побыстрее!
— Да, сеньор, с вашего позволения. — И девушка поспешно вышла из кабинета.
Фернандо Салинос плюхнулся в рабочее кресло и, водрузив ноги на стол, закурил сигару.
— Исабель Герреро! — произнес он вслух, выпуская кольца ароматного
Дом Герреро был в трауре…
Смерть мадам Герреро повлияла на судьбу каждого из домочадцев, будь то хозяйка или прислуга, — и не в лучшую сторону.
Бенигно молча складывал свой нехитрый скарб в большой кожаный чемодан. Рядом стояла Чела и тихо всхлипывала.
— Что я могу сделать для вас, сеньор Бенигно? — спросила девушка, вытирая краем передника слезы.
— Ничего, — попытался улыбнуться старик, — спасибо! Ничего не надо, Чела.
— Вы всегда были так добры ко мне…
— Интересно, а почему я должен был плохо относиться к тебе? — удивился он. — Успокойся, Чела, успокойся.
Он обнял девушку за плечи.
— Иди поищи мои вещи, которые остались в саду, если хочешь мне помочь, — попросил дворецкий.
— Хорошо.
— Ну, иди же!
Служанка вышла из комнатки Бенигно, а пожилой человек присел на кровать и обвел покрасневшими глазами свою обитель, где прошла большая часть его жизни…
Исабель Герреро находилась в кабинете и просматривала недавно полученные письма.
Вдруг в дверь постучали.
— Войдите!
Дверь открылась и вошла Бернарда.
— Что случилось? — недовольно спросила хозяйка.
— Исабель…
Женщина замолчала.
— Ну что еще?
— Адвокат Пинтос, — медленно произнесла Бернарда, — предупредил, чтобы мы были готовы к первой распродаже имущества.
— Пусть заберут все, — зло прошептала девушка, — только пусть больше не говорят об этом.
Исабель отвернулась и сжала в изящной руке конверт.
— Ты получила от кого-то письмо? — осторожно поинтересовалась Бернарда.
Девушка промолчала.
— Быть может, одна из подруг? — допытывалась любопытная Бернарда. — И, наверное, из Лос-Анджелеса?
— Нет, это не письмо.
— А что?
— Это записка.
— От кого?
— От Фернандо Салиноса.
У Бернарды перехватило дыхание.
— И он пишет о чем-то важном?
Исабель улыбнулась.
— Этот сеньор, у которого так много денег, — медленно и зло сказала девушка, — жалеет меня…
Она вдруг не сдержалась и закричала:
— Что он себе позволяет?!
Бернарда попыталась ее успокоить.
— Не надо… — Начала было она, но Исабель и слушать не стала.
— Что я — нищенка? Что он вообразил себе? — возмущалась она.
— Исабель, дорогая, ты не должна так думать. Этот человек… — Пыталась успокоить ее Бернарда.