Мама против монстров
Шрифт:
Ута много, много думал.
А пока думал - собирал данные.
Там, где гули пройти не могли, запросто сновали люди. А уже людей можно и расспросить. При должном умении иные особи могли не то, что свой адрес назвать, так еще и рост, вес и размер трусов.
Не Уте, нет. Парень такие данные был способен только угрозами вытрясти.
Но вот для Ренджи студентки и иные студенты могли расстараться и не только рассказать, но и показать. Ута лишь сидел рядом, загадочно молчал и не отсвечивал.
Все, что он хотел узнать, он узнал.
Дом, у которого он видел Ведьму,
Ута тщательно запоминал. То, что ни один из его миньонов узнать не мог, студенты университета Камии разложили по полочкам сверх-подробно за один лишь гамбургер в кафе.
Ну, а также кучу слов и пару теплых улыбок в исполнении Йомо.
Тут любой бы растаял.
Гулям в шесть заходов притащили карту квартала, план искомого здания, фасады и схему вентиляции. А также много-много фотографий.
Ута, напрягая ослабшее при свете дня зрение, вглядывался в фото. Вид каждой картинки портил Падальщик, но информация есть информация.
Йомо благодарил, разливаясь соловьем, парой-тройкой фраз выдавая трагические истории, почему именно ему так необходимы такие вещи. И ему верили! И хотели помочь! И помогали!
Талант.
Если бы Ута не знал, кого сюда привел, тоже бы поверил каждому слову. Ренджи словно змей зачаровывал. То повернется, то сгорбится чуть-чуть, отведет глаза, наоборот посмотрит прямо. По чуть-чуть, не прекращая быть старым, знакомым, монотонным занудой.
Как? Ну вот как?!
Ута сидел, слушал, молчал в тряпочку. У него было отработано восемь гримас, которые он применял по щелчку.
Что поделать? Каждый крутится, как может. Йомо то и дело кивал сторону Уты, приплетая к своему вранью. Видимо, для достоверности. И коротко стучал по столешнице условные сигналы.
Ну что ж, что тут к чему они в итоге разобрались.
Дом был добротным, с хорошей отделкой и великолепными стенами, через которые ничего не слышно, как в самых дорогих отелях. При этом из шести этажей пять верхних были одинаковыми, состояли из множества крохотных студий. Студии - маленькие шкафчики на как раз для бедных студентов. И им по средствам, и по потребностям.
Честно, Ута бы в такой щели жить не смог. Он всегда выбирал себе просторные берлоги. Холод, грязь, вода - что угодно, но не конура размером с собаку.
Вот первый этаж дома, где поселился Падальщик, был куда интересней. Там располагался круглосуточный магазинчик и три большие квартиры, мощно огороженные от остальных халуп. Студенты вздыхали, мечтая однажды жить в таких же.
Новость о квартирах "для богатеньких" привела гуля в ярость.
По рассказам студентов выходило, что одну занял какой-то профессор с семьей ("строгий, сдать ему культурологию почти невозможно"), другую - Ведьма с сыном ("похожа на иностранку, младше 30, постоянно ездит на черных машинах с водителями") а в третьей жил Падальщик ("та-а-акой мужчина; одна беда - он отец-одиночка").
Ута завидовал.
До этого он как-то не интересовался удобством или благосостоянием. Ему нравились большие помещения,
Ута и в коробке жил, было дело.
Нужно сказать, что большинство гулей делились на два типа: очень бедных и очень богатых.
Первые либо совсем не смогли вписаться в человеческое общество, либо перебивались низкими зарплатами там, где никто активно не проверял поддельные документы и отсутствие в электронных базах.
Их уделом был редкий, неквалифицированный труд.
Тех, у кого имелись настоящие паспорта и гражданство, было не так уж много. И они либо быстро теряли и то, и другое, либо поднимались наверх, туда, где деньги.
Второй тип - очень богатые гули - жили словно в другом мире. Они катались как сыр в масле и спускали баснословные суммы на людей-рабов, которых добывали обыкновенные ребята с улиц, вроде Уты и его банды.
Так и жили в Токио две касты гулей. Одни - наемники, другие - наниматели. Первые различали друг друга по личной силе, вторые - по средствам своих корпораций.
Это простого гуля Уту завтра засекут, отправят пару-тройку сильных следователей (а среди голубей есть настоящие машины смерти!), и его не станет.
Чтобы сковырнуть, например, клан Тсукияма, пары следователей будет мало. Что вы, это же международная корпорация, политики и чиновники! Разразится такой скандал!
Тьфу.
Переход из одной касты в другую был возможен в теории, но на практике мог произойти только по протекции какого-нибудь клана. Прогнешься, например, перед наследничком Тсукиямой, он скажет слово, и вот ты устроен, прописан и состоишь на службе. И вроде ты теперь член человеческого общества.
Так, да не так.
По-настоящему защищены лишь сами богатеи. Чтобы стать одним из них, документов и денег - мало. Для этого нужно иметь за спиной армию наемников, армию политиков и чиновников, и до кучи, желательно - иностранцев.
Так что вроде никаких запретов, а большинство гулей бедны, как церковные крысы.
На этом фоне те, у кого получается спокойно жить по-человечески, в обыкновенном доме, не в подвале, не в трущобах - уже хорошо устроились.
Ладно Ута, его способность общаться с людьми смехотворна. Но тот же Ренджи обустроил себе жилище в контейнере на заброшенном складе. Итори гостит по людям-любовникам. Вся банда Уты, как один, перебираются с места на место по трущобам.
У Совы - там красота. Пацифистам легче сойти за человека, да. Они хотят ходить в школу, на работу, жрать поганую человеческую еду, потом выплевывать ее обратно в туалете, время от времени - попадаться пробегающим мимо голубям.
Все равно большинство гулей живет на чемоданах, готовые в любой момент бежать под самое крылышко Совы. Конечно, Шеф не принимает надолго никого меньше S-ранга, но переждать охоту у него можно и последнему слабосилку.
Каждый выживает, как может.