Мама против монстров

Поводова Саша

Ута смутно осознавал, что такое рис и что такое сакэ. Ута молча допивал свой второй кофе.

Заказ вскоре принесли, прервав бессмысленный разговор.

Интересно, это будет не слишком мелочно - сбежать, не оплатив счет? Посмотрим.

Так и сидели три гуля в кафе.

Прохожие оглядывались на троицу. Ута не обращал на людей внимания. Йомо, если и замечал зевак, то строил морду кирпичом. Киришима же нервно улыбался и иногда кивал случайным знакомым. Обычно - молодым девушкам. Те прыскали и, хихикая,

шли мимо побыстрее, время от времени оглядываясь.

Ута наблюдал за цирком, с вялым удовольствием отмечая, кто из двоих больше съел человеческой еды. Оба жителя 20-го района во всю показывали, как вкусно, смакуя кусочки несъедобных помоев.

Наконец, пришло время вопросов. Ута ждал не зря.

– Итак, Арата-сан, - начал Ренджи, - Я прав, вы сейчас проживаете в этом квартале, в доме 17-22?

– Да, - с сомнением оглядывая своих визави, согласился тот, - Вы уверены, Ренджи-сан, что не хотите в гости? Тоука-чан и Аято-кун будут рады вас видеть.

– Боюсь, у меня нет такой возможности, - отказался Йомо, не называя причин.

Ута ухмыльнулся. Неужели Падальщик не знает о защите квартала? То есть, он не знает что Ведьма - это ведьма? Прикольно.

– Вас устраивает цена? Соседи?
– продолжал допытываться Йомо.

Ута давил ухмылку. Киришима откровенно не понимал, к чему вопросы. Невежливо, но не предосудительно. Если бы Ренджи спросил такое у Уты, тот подумал бы, что друг собирается тоже сюда перебраться.

Кажется, что-то такое подумал и Киришима.

– Мне досталось по дешевке, - признал тот. Но больше распространяться не стал. Так не честно! Ута надулся и оглянулся на Ренджи. Тот невозмутимо ел свои желтые какашки.

От одного вида Ута чувствовал дурноту.

Лучше бы не над собой издевался, а к делу переходил!

– Киришима-сан, нас интересует дама из квартиры номер 2.

Вот!

Падальщик прищурился и перевел взгляд на Уту.

Щелчок.

"Смущенная улыбка".

Ута через силу скорчил затребованную рожу.

– Что вам от нее нужно?
– не поверил тому, чего там хотел внушить ему Ренджи, - Учтите, если вы хотите ее... съесть... я буду против!

– Ого, - не выдержал Ута. Раскрасневшийся, яростно сверкающий глазами Киришима совсем не напоминал привычного Падальщика, - Рен-чан, твоей сестре изменяют!

Йомо перевел тяжелый взгляд на своего друга. Ута нервно хмыкнул, поднимая руки вверх. Мол, я что? Я ничего!

У Киришимы словно кукловод ниточки обрезал.

– Не нужно судить поспешно, - открестился он, - Ничего подобного не происходит!

Оставить эти отмазки безнаказанными Ута не смог. А как же! Ведь именно Киришима (конечно, он!) виноват в том, что половина 20-го района и весь 4-й считают Уту влюбленным придурком!

– Дядя, ты вдовец, - проникновенно сообщил парень

старшему сородичу, - Тебе мо-о-о-ожно!
– пропел он.

Беспечная ухмылка Уты ничуть не изменилась даже после того, как Падальщик и Йомо дружно испепелили его взглядами.

– Не. Судите. Поспешно, - с нажимом повторил гуль, яростно глядя на друзей сверху вниз, - Канеки-сан из второй квартиры является хозяйкой дома.

– Чё-о-о-о?!

От удивления Ута расплескал кофе на новый пиджак.

Ренджи успокоился и обернулся к Киришиме, готовый задавать новые вопросы. Он тоже немного удивился, но не так сильно, как Ута. Ему-то ведьма что была, что не было. Способность интересная - гулей отваживать. Да и только.

Вот у Уты вопросов было много!

Парень выпучил глаза, уставившись на Падальщика. Вот! Во-о-о-от!!!

Дом принадлежит Ведьме. Она не по чьему-то заказу защитила территорию, и не просто потому что живет тут. Это ее собственность! И она добровольно (!) сама (!!) пустила сюда Падальщика (ну почему его?!!)

Так.

Ута втянул воздух через сжатые зубы и решительно успокоился.

– И сколько платите, Киришима-сан?
– почти добродушно (у Ренджи на голове волосы дыбом встали) осведомился босс 4-го района.

– Сто тысяч йен за месяц, - ни о чем не подозревая ответил тот.

– Хорошая цена, - одобрил Ута, - А чем расплачиваетесь? Как человеческая самка в сравнении с Хикари-сан?

– Ута.
– тяжело обронил Ренджи.

Но того несло.

– Когда Хикари-сан сдохла? Года четыре назад, верно? Давно, да. А как она сдохла? Надоела?

– Ты...
– неверяще просипел Киришима, - Не смей! Нас нашли голуби!
– он из последних сил пытался не повышать голос. Получалось плохо.

– И чё?
– прикинулся валенком Ута.

– Мы сумели сбежать. Мы защитили наших детей. Хикари осталась, чтобы дать нам время! Ее лицо уже видели!

– И. чё.
– по складам выдохнул Ута, наклонив голову. На лицо сама собой наползла гримаса номер семь "добродушая улыбка". Мило моргнув, Ута продолжил, - Между прочим, мою морду знают ВСЕ. И ни.чё. Воть.

– Извинись.
– прошипел Падальщик.

– А?
– засунув палец в ухо, Ута покрутил там, доставая содержимое. Подушечка изящного тонкого мизинца заблестела на солнце.

– Извинись!
– навалился вперед Киришима, нависая над тарелкой Уты.

– Еще чего!
– фыркнул парень, вставая из-за стола.

Подлетевший к ним официант раскудахтался на заднем плане. Ута не обращал внимания. Его все еще несло.

Падальщик поднялся напротив, оказавшись на голову выше противника. Уту это не беспокоило. Он, задрав нос, презрительно оглядывал мужчину.