Малышка
Шрифт:
Рыдание вырывается из меня, как поток воды прорывает плотину. Не могу сдержаться. Нет, не может быть.
— Малышка, — голос Савы проникает сквозь стену моего отчаяния, — прости, — шепчет он, обнимая меня, но его объятия не способны меня сейчас согреть.
— Он жив, — шепчу я сквозь слезы. — Он бы никогда…
— Конечно жив, — соглашается он. — Я обещаю, я его найду.
Почему я ему верю? Только ему.
Глава 24
Сава
Слова Романа меня не удивляют, а рыдания
Обнимаю Киру и осушаю поцелуями ее слезы. Сердце разрывается от того, как горько она плачет. Будто заранее оплакивает свою потерю.
В душе я был согласен со словами Романа, давно это подозревал, но сейчас не мог бы сказать ей ничего подобного. Потому и дал ей свое слово и сделаю все, чтобы выполнить это обещание, ради доверия, что я видел в ее глазах.
Кира засыпает в моих руках, продолжая тяжело вздыхать, как маленький ребенок после долгого плача. Поворачиваю ее так, чтобы меньше тревожить ее раненое плечо. Пересиливаю желание остаться с ней в кровати.
Предстоит решить много проблем, прежде чем смогу позволить себе насладиться своей Малышкой сполна. Оставляю на ее лбу поцелуй.
Как быстро для меня стало нормой укрывать и целовать ее, искать ее взглядом и думать о ней, когда ее нет рядом.
И несмотря на то, что такие эмоции меня немного пугают, мне нравятся чувства, которые она во мне будит. И пусть иногда они как вулкан, заставляют меня взрываться, я бы не отказался от них никогда.
Нашел Романа в соседней комнате. Кира не видела ее, так что не в курсе, что мы находимся практически в крепости. Здесь, в отличие от передней витринной комнаты, была современная техника, в лучших традициях шпионских фильмов. Мой бывший начальник так и не отошел от дел. И не окажись я в такой ситуации, я не был бы уверен в том, что хочу знать, чем именно он занимается. Но на кону жизнь Киры, и я пойду на все, чтобы ее защитить.
— Судя по тому, что ты решил раскрыть мне свое логово, думаю, тебе есть что мне рассказать.
— Можешь быть в этом уверен, — отвечает Комаров. — Садись, — кивает он мне на соседнее кресло.
Я открыл рот от удивления, когда мой бывший начальник, потерявший много лет назад на задании ногу, вдруг встал и сделал несколько шагов твердой походкой.
— Такого я не ожидал, — усмехаюсь я, понимая, что он сделал это специально, чтобы увидеть мою реакцию.
— Не ожидал, но все равно пришел ко мне, когда понадобилась помощь, — Роман усмехнулся, приподняв бровь.
— Я знал, что смогу на тебя положиться, — отвечаю я. — Ты мог быть тем еще козлом и доставать нас во время тренировок, но, когда касалось дела, всегда был на нашей стороне.
— Ты пришел за помощью, и я тебе ее окажу, — отвечает он, после недолгого молчания садясь обратно в свое кресло. — Но одного тебя в дело не пущу. — Прежде чем я успеваю возразить, он поднимает руку, останавливая меня. — Это мое условие.
— Как ты это провернешь, если будешь со мной? — возражаю я. — Одну я ее не оставлю.
— С тобой пойду не я, — качает он головой, — а мои ребята.
Я выпадаю в осадок от его слов.
— С этого момента поподробней, — предлагаю я. — Что это значит?
Вместо ответа Роман клацает по клавиатуре, и на большом экране появляются фотографии незнакомых парней.
— Это моя команда, — сообщает Роман. — Все спецы. Познакомлю тебя с ними, если согласишься.
— Я положу голову на плаху, если некоторые из них не иностранцы, — говорю, рассматривая фотографии. — Вот этот уж точно не наш, — тыкаю я в фото, с которого улыбается темноволосый молодой парень восточного типа внешности.
— Это уж точно, — усмехается Роман, — но их национальность и этническая принадлежность не важны, — отрезает он, — важно только то, что они знают, как именно пользоваться оружием и, самое главное, зачем.
— И зачем? — я должен быть уверен, что Роман не превратился в фанатика за то время, что я его не видел.
Мой бывший начальник всматривается в мое лицо, будто что-то ищет в моих глазах.
— Почему ты хочешь ее спасти? — спрашивает он вместо ответа. — Если бы она тебе не приглянулась, ты бы точно так же радел за нее? Ушел бы из отряда? Ты же понимал, что для тебя это путь в никуда, но все равно ушел. Ответь мне, ты бы поступил так же, не согревай она твою постель?
— Это не имеет значения, — качаю я головой.
— Только это и имеет, — не соглашается он. — Просто ответь на мой вопрос.
Я задумываюсь на секунду.
— Я ничего не изменил бы, — отвечаю я. — И это правда. Будь на месте Киры ее дед или любой другой, я бы сделал то же самое. Конечно, за исключением некоторых нюансов, — усмехаюсь, — но моего выбора ничто бы не изменило. Я бы встал на защиту того, кто в этом нуждается.
— Вот в этом-то и дело, — улыбается Роман. — Я ушел, потому что не хотел быть под теми, кто служит только себе. Обогащается за счет чужих жизней и никак не может насытиться. Эти парни, — кивает в сторону монитора, — как и ты, сделали выбор спасти чью-то жизнь, и сегодня они здесь, со мной и продолжают работать на благо людей.
— И чем же вы занимаетесь? — задаю я главный вопрос. — Хотя нет, не хочу знать. Меня интересует только то, что касается Киры.
— Мы делаем то же, что собрался сделать ты, — отвечает Роман, — только до этого дня задания были не столь масштабны. В основном убирали дилеров и поставщиков.
О чем он, черт возьми?
— Я расскажу все, что знаю касательно этого дела, если ты согласишься на сопровождение, — напоминает он.
Выбор у меня не большой, и Роман это знает. Я не могу сейчас отступить и не собираюсь, так что мой ответ очевиден.— Я согласен. — Но решаю подстраховаться: — Но это не значит, что я в твоей группе, — предупреждаю я его. — Только эта миссия и только эти цели.