Малышка
Шрифт:
Во рту до сих пор вкус ее оргазма, отчего возбуждение в моем теле никак не желает проходить.
А ведь девочка оказалась даже лучше, чем мне рисовало воображение. Такой отзывчивости я никогда не встречал.
— Расскажешь? — вопрос Игоря заставляет обратить на него внимание.
— Да ничего особенного, — почему-то вру я. — Надеялся справиться за пару дней.
Зачем соврал? Не знаю, что именно заставило меня это сделать, но как-то само получилось.
— Думаю, она не так проста, как ты считаешь, — странно усмехается Игорь,
— Ты о чем? — спрашиваю, наблюдая за ним. Сам же продолжаю думать о том, зачем соврал.
— Она напомнила мне мою жену, — от его слов что-то темное вскипает во мне. — Не так, как ты подумал, — в открытую смеется надо мной Игорь.
Мне не стыдно, я вообще это чувство контролировать не могу. Темнота от его слов ни черта не отступает.
— Каждый мужчина понимает, когда встречает особенную женщину, — продолжает он, ухмыляясь. — С ней все не так, как с другими. Она переворачивает твою жизнь с ног на голову и заставляет усомниться в своем здравомыслии. Она заставляет тебя любить себя и так же сильно ненавидеть. И именно ее ты никогда не сможешь отпустить, — заканчивает он, но тут же добавляет: — А если отпустишь, никогда себе этого не простишь.
Меня немного напрягают его слова, больше похожие на пророчество.
— Ты зря распинаешься, — отмахиваюсь я, — это всего лишь…
— Не разочаровывай меня, — перебивает Игорь, — не заставляй усомниться в твоих умственных способностях, — ехидная ухмылка растягивается на его лице. — Хотя о чем это я? Ты явно думаешь не тем местом. — Но тут же друг наклоняется через стол и, вперив в меня серьезный взгляд, добавляет: — В нашей профессии умение, вопреки чувствам, трезво оценивать ситуацию может спасти тебе жизнь. Так что смотри, не оплошай.
Он отстраняется, и в этот момент я слышу тихие шаги Киры. Замираю в ожидании ее появления.
Легкий румянец алеет на ее щеках, несколько влажных волосков прилипли к ее лбу, глаза сияют. Как жаль, что Игорь вернулся так не вовремя.
Смутно различаю слова Игоря, а сам продолжаю следить как коршун за Малышкой.
Отводит взгляд, пытается сглотнуть, нервничает.
Желание схватить ее и унести в спальню становится практически непреодолимым.
— Не принесешь дров? — голос Игоря врывается в мое сознание. — Заодно и остудишься, — шепчет он одними губами, когда Кира не видит.
Ехидная улыбка на его лице меня напрягает, как и то, что я должен оставить Малышку с ним наедине.
Никакие рациональные увещевания не помогают. Нехотя иду на выход.
В одном мой друг прав: мне нужно успокоиться и взять себя в руки.
Сказать легче, чем сделать.
Возвращаюсь так быстро, как могу, и понимающий взгляд Игоря совершенно не помогает мне успокоиться. Я веду себя странно и сам это понимаю.
Неужели он прав?
Нет, отгоняю от себя такую возможность. Просто я ее еще не трахнул, вот и лезет в голову всякая фигня.
Когда замечаю улыбку Киры, направленную на моего друга, меня перемыкает.
— Я тут рассказывал Кире, как мы познакомились, — сообщает Игорь, ставя передо мной тарелку с завтраком. — Оказывается, ты ей не все поведал.
— Думаю, все, что нужно ей знать, она уже узнала, — сухо выдаю я. Оба удивленно на меня смотрят. — Ты не забыла, что должна мне кое-что рассказать? — смотрю на нее пристально. Знаю, что мой тон оставляет желать лучшего, но она сама виновата. Не за чем, только успев вылезти из-под меня, лыбиться другому.
– Не забыла, — чеканит она. — Ничего не изменилось. Мне нечего рассказывать.
Вот опять в ней стерва проснулась. А только что так сладко улыбалась.
— Это тебе не игра, — злюсь еще больше. — Из-за твоих тайн могут пострадать люди.
— Или только ты. — Она переводит взгляд на Игоря: — Спасибо за завтрак, но я уже наелась. И за гостеприимство, — благодарит она его нежным голоском. — А ты можешь не страдать, — шипит она уже на меня, — я ухожу.
Кира обходит меня быстрее, чем до меня доходит смысл ее слов.
Она это что, серьезно?
Перевожу взгляд на друга, который осуждающе хмурит брови и качает головой.
— Ну ты и придурок, — сообщает мне Игорь.
Никуда она не пойдет. Несусь следом и сталкиваюсь с ней в коридоре. Она тащит на плече рюкзак, утирая щеку.
Она что, плачет?
— Ты никуда не пойдешь? — чеканю я, вставая перед ней.
— Это не тебе решать, — на удивление она не вскидывает голову и не встречается со мной взглядом. — Спасибо за помощь, но дальше я сама.
Одним движением отбираю у нее рюкзак.
— Я сказал, что ты остаешься, — настаиваю я.
Минуту она смотрит на отобранный мной трофей, а потом обходит меня и идет на выход.
— Куда ты идешь? В лесу ты без провизии и защиты и часа не протянешь.
— Это твой выбор — оставить меня без рюкзака. Все-таки он принадлежит тебе, — отвечает она, не оглядываясь.
Бросаю рюкзак на пол и иду за ней. Настигаю уже во дворе. На секунду замираю, залюбовавшись на ее задницу.
Хватаю Малышку за шею и резко разворачиваю к себе, заставляя уткнуться носом в мою грудь. Ее нога уже летит в мою сторону и даже успевает задеть, прежде чем я выставляю блок.
— Мы не закончили, — шепчу я ей, предотвращая ее новые попытки освободиться. — Ты мне должна, не забыла?
После моих слов она замирает. Смотрит так, будто ее только что жестоко предали.
— Так ты поэтому… — она не договаривает, прикрывая глаза. — Мне жаль, но мы и не закончим.
— Ты явно подумала не о том, — шиплю сквозь зубы. — Что ты там себе опять напридумала?
— О чем я должна была подумать?! — кричит она. — Отпусти.
Она так и будет хранить свои тайны от меня, а времени у нас, чувствую, практически не осталось. Нужно что-то делать, да поскорее.