Максим
Шрифт:
– Ребята, не показывайте своего хамства, - попыталась потушить в зале смешок боевая замша колобка. Это может случиться с каждым.
"Хамства? С каждым?" - ладно, решил Макс и женщина, тонко заверещав, кинулась вслед за начальником.
– Ну, все ребята. По местам и за работу, - сдерживая улыбку, сказала оставшаяся из руководительниц. Сказано это было так просто, что ее Максим решил этими острыми ощущениями не награждать.
Дальше все шло, как при обычной контрольной работе. Правда, поражало то, что никто не пытался что - то списывать. Это были в большинстве своем действительно
– Что случилось?
– шепотом поинтересовалась та самая ассистентка, унявшая смех в самом начале олимпиады.
– Все, - также шепотом ответил Макс.
– Что "все"?
– Ну, решил. Двумя способами. Мне надо бежать.
– Постой- постой, - взялась за листки учительница. Таак, таак- она забавно морщила наполовину скрытый чубчиком лобик, въезжая в смысл альтернативных вариантов. Ну, хорошо, иди, - отпустила она школьника, озадаченно рассматривая его и вновь косясь в его работу.
– Обед в два, подведение итогов тура - в пять, напомнила она уже вдогонку юному математическому дарованию. Затем вновь углубилась в нетривиальный способ решения задач.
– Все. Мы ее заберем, - даже без приветствия заявил Макс, ворвавшись в каморку заведующей. Только до нас - никому.
– Здравствуйте, Максим - ненавязчиво поучила вежливости подростка худенькая заведующая. Рада за вас с отцом. Очень рада. И у нас интересные новости. Деньги на нас счет поступили…
– Нет. Не должны. Я же не оставлял счета… - не понял сразу юноша, полагая, что итальянка реализовала драгоценности и перевела их садику.
– Да знают они сами счет. И на собрание они придут непременно. Очень интересовались, будет ли на нашей сходке один молодой человек. Когда я сказала, что не знаю - она лукаво покосилась на Макса, супруги очень просили передать о выполненном поручении.
– Ах, вот кто!
– вырвалось у юноши.
– Это ваши убеждения так подействовали? Они вот… за пол-дня продали свой дом, автомобиль и все перевели на счет нашего детдома.
– Да, мы вчера поговорили с ними по душам о том, что обкрадывать сирот - смертельный грех. Сегодня поговорим об этом и с остальными…
– Кстати, мне звонили из других интернатов. Там та же картина. Та же неслыханное повальное раскаяние. У вас, молодой человек, поразительный дар убеждения.
– Просто слова надо подбирать соответствующие. Давайте, и Вы попробуйте на собрании, а? А я тихонько посижу, чтобы не видно было, и послушаю. Вы согласны?
– Если бы не факты, ни за что бы не согласилась… Попробуем, молодой человек.
Обо всем договорившись, молодой человек кинулся к Элен.
– Прежде, чем начнем решать наши дела, давай порешаем коллективные, предложила итальянка, указав на сидевшего
– Да, конечно, согласился гость, рассматривая несчастного мачо. Было видно, что действующие вулканические прыщи отпугивали он него даже непритязательных проституток. А чтобы еще и содержать такого…
– Значит, кроме внешности, для успеха в жизни ничего не надо?
– наивно поинтересовался подросток.- Говорят там, мозги, талант, еще…
– Не дури пожалуйста, - прервал его разглагольствования прыщавый. Сам же знаешь.
– Значит, только обаяние, шарм?
– Не тяни, - при своей бывшей возлюбленной хорохорился жиголо.
– Все вроде сказано. Снимай порчу… Пожалуйста, - на всякий случай добавил он.
– Ловлю на слове. Больше - ничего - резюмировал Максим, отправляясь в ванную. Там он, не долго думая, схватил какой- то шампунь, постоял для виду, затем вышел и протянул флакон страждущему исцеления.
– Вот. И сидите, не вставайте, а запоминайте. Придете домой, наполните ванную, вылейте все это… зараженное средство и мойтесь в течение…, - он машинально нес какой- то бред, а сам, своим полем исцелял им же посланную болезнь. Но только эти прыщи, как и просил красавчик. Теперь прыщи должны пройти быстро, поэтому Максим прекратил инструктаж, добавив, - средство заряжено в течение двадцати минут. Не успеете - повторять не буду.
– Что же вы раньше?
– раздался упрекающий вой уже из прихожей.
– Да, ну и хитрый, ты бесёнок, - хохотала хозяйка. Меня - то без мазей. Чтобы знала, что не в лекарствах суть и ценила, да?
– Ну что Вы, - обиделся Максим такому объяснению. Наоборот, чтобы этот меньше правды знал. Кстати, - вдруг вспомнил он. А кто такой Молох?
Смех разом замолк.
– Тебе лучше не знать, - коротко отрезала молодая женщина.
– Мне то ни к чему, но вот твой, как его… ну бык этот, он ему на тебя капает.
– Удушу… А откуда ты знаешь? Почему он мной заинтересовался? Я же, вроде не в его бизненсе. Или… она мрачно задумалась.
– Знаете, я этих шпионских романов начитался. Там умные мысли попадаются. Если уберешь одного такого, то появиться другой. Но кто? А через этого теперь можно сливать дезу.
– Да, орланчик, ты не по годам мудр. Хотя и не всегда. К примеру, ну, на кой тебе вот все это - она метнулась в спальную комнату и вытянула оттуда здоровенный, плотно набитый чемодан. А это - в евро,- протянула она кейс. Ну что за детство?
– Понимаете… с этими валютными счетами… Хотя, не долго возится. Вы мне поможете? А то неохота вновь с алкашами связываться.
Узнав, что эту кучу денег следует положить на расчетные счета трех детских домов (одному- пятьдесят и двум другим - по двадцать пять тысяч в пересчете на Евро), итальянка озабоченно приложила руку ко лбу подростка, а потом, когда он недовольно крутанул головой, как-то горько улыбнулась.
– Идеалист. Да разворуют все эти деньги и там. Так что от одних ворюг они перейдут к другим.
– Не думаю. Понаблюдаю…
– Ну, деньги твои. Давай счета. А эти - она кивнула в сторону кейса - надеюсь не в Африку голодающим или там больным СПИДом?