Максим
Шрифт:
– Ну-ну, не расхолаживай юношеский патриотизм. Да и сам он знает, получше тебя жизнь военных-то. Ладно, дружище, как тебя…
– Максим.
– Ладно, Макс. Посмотрел, сравнил. Насладился. Скоро посадка, так что не взыщи.
– Знаю. Спасибо Вам огромное. И Вам спасибо.
– Мне то за что?
– удивился второй пилот.
– Буду думать.
– А-а-а. Давай. Говорят, иногда полезно.
Переполненный впечатлениями юноша вернулся на свое место. Попутчица то ли спала, то ли задумалась. Сидевший на соседнем кресле горилла и похожий на его брата второй бык рассматривали какие-то журналы. Ведь оба правы - подумал Макс о словах пилотов… Но больше всего прав, конечно,
– Почем дельтапланы, не знаете?
– поинтересовался он у горилл.
– Что, какие планы?
– наморщил лоб собеседник.
– Дельта планы.
– Не знаю ни о каких таких планах - отрезал горилла.
– Это самолетики такие, типа планеров - пояснила горилла- брат.
– Шуточки шутить вздумал?
– злобно покосился на подростка первый.
– Нет, я серьезно. Купить хочу.
– Подожди, настанет время моих шуток.
– Это вряд ли, дяденька.
Просьба пристегнуть ремни прервала эту содержательную беседу
В действительности Элен не спала. Да и кто бы уснул? То, чего она панически боялась, вроде, случилось. Она до жути, до паники боялась этой проклятой болезни. От нее умер в еще молодом возрасте отец. Бабка и тетка. И что, теперь ее черед? Ладно бы, в каких пятьдесят. Но сейчас? Когда еще жить и жить? Когда уже есть возможность жить, а не существовать? Ну нет, она будет бороться! И тут же пришлось подавить тяжелый вздох. Практически у всех вот так начиналась агония. Борьба, какие- то снадобья, какие-то травы, дикие "народные" рецепты. А потом затухание, затравленный взгляд, наркотики для обезбаливания и все равно - усыхание и смерть. Уж лучше было бы и не знать. Все этот пацан. Ишь, сидит, подначивает ее телохранителей. Ничего, я ему еще настроение подпорчу. И не только ему. Если подтвердится, я так хлопну дверью… А если не подтвердится, если это заговор мошенников, ну, тогда… тогда… Нет, слишком уж тонко. Да и не похожи они на пройдох - ни этот мальчик, ни тот доктор. Глупо. Ну, недолго осталось. Уже просят пристегнуть ремни. Господи, ну сделай это дурным сном, ну пусть диагноз не подтвердится!
Глава 22
– Подтвердился. Предлагают ложиться на излечение, - сообщила она юноше, входя в гостиничный номер. Все заняло лишь несколько часов сумасшедшей гонки после приземления. И вот - подтверждение. Светило онкологии, отведя глаза, предложил незамедлительно оперироваться. Может, еще не поздно. Может…
– Но я же знаю - всхлипнула несчастная женщина, захрустев сжатыми пальцами. Это - все. Боже- боже… Ладно, это уже не твое дело. Я передам тебя знающему человеку практически на тех же условиях. Теперь прощай. Ты принес мне дурную весть и тебя следовало бы посадить на кол. Но я великодушна. Сейчас тебя посадят на самолет и ты еще успеешь победить в завтрашнем финале. Прощай.
– Нет!
– Что - нет?
– поморщилась уже занятая следующими заботами больная.
– Если вы согласитесь… Если попробуете. Я уже лечил такое. Один раз, правда, но получилось.
– Ну- ну, рассказывай - подхватилась она. В глазах вдруг вспыхнул огонек надежды.
– Ты же знаешь, в моем положении хватаются за соломинку. Но если врешь…
– Вы уже пугали. Ну, зачем мне врать? Улетел бы и все - оправдывался юноша.
– Да- да, конечно - быстро согласилась она. Рассказывай - рассказывай.
– Я так вот тоже, увидел. Нет, вначале узнал от других, а потом увидел… А потом попробовал. Потом оказалось, что ничего от этой гадости не осталось.
– Сбивчиво, но довольно оптимистично. И долго пробовал?
– Три
– Что-о-о?
– изумленно протянула больная.
– Не получалось быстрее. А у Вас, наверное, на неделю растянется. Уж очень, это… - задавнено, - нашел он нейтральное слово.
– Ты хочешь сказать, что берешься или… пытаешься вылечить меня от… этого за неделю? И когда подросток утвердительно кивнул, спросила
– И что ты хочешь за это?
– Еще даже не думал - улыбнулся вдруг Макс.
– Все это приходит неожиданно. Просто жалко такая… - он сконфузился и замолчал.
– А что ты получил в прошлый раз?
– заглянула в его глаза женщина.
– Ничего - ответил юноша и тут же покраснел.
– Понятно - тонко и понимающе усмехнулась Элен.
– Вот что, - решительно заявила она. Торговаться ты не думаешь и условий не ставишь. Все еще скромный и неиспорченный мальчичек. Но я свою жизнь ценю очень высоко. И если не врешь, если вытащишь меня с того света, получишь… ну, скажем, миллион зеленых. И то, "ничего", что за прошлое лечение. Ну, это - уже по желанию, - теперь искренне улыбнулась женщина, наблюдая за повторной волной краски, заливающей лицо и уши юноши.
– Когда думаешь начинать?
– Если Вы не против, то вечером.
– Сегодня? Ладно. Что нужно?
– Комната, кровать, ну… стул рядом и кресло у окна.
– И все?
– Да, кажется…
– Ох, чувствую, связалась я с юным шарлатанчиком, - притворно обеспокоено вздохнула женщина. На самом деле она уже поверила в чудо.
Битва была тяжелой. Каждый миллиметр отсеченных щупалец, каждая оборванная паутинка метастаз били, били и били волнами пронзительной боли по нервам подростка. Решив не отвлекаться, Максим, не сдерживаясь стонал и ругался. Пациентка некоторое время, в самом начале таращила свои глазищи на невиданные лучи, поникающие в нее из рук таинственного целителя, затем, привыкнув, лежала с закрытыми глазами, прислушиваясь к своим ощущениям. Максим решил не усыплять ее. Пусть видит, что это за лечение. А то- ни одному слову не верит. Потом скажет, - само прошло, а ты вовремя подсуетился. Было видно, как трудно она сдерживала поток рвущихся вопросов. Но они договорились сразу: потом, потом, все потом. Максим уже после первой ночи понял - будет очень тяжело и больно.
– До вечера меня нет. Вечером и ночью меня тоже нет. Никаких вопросов, никаких комментариев. Боли не было? И не будет. А сейчас, извините. Занимайтесь своими делами. Лучше всего - настраивайтесь на борьбу. Помогайте мне. Лекарства? Думаю, не надо. Спиртное, сигареты? Вам не хочется и не захочется. Все. Извините.
– Он прошел в свои апартаменты, прикинул, где будет больше солнца, и завалился спать прямо на пушистом ковре.
Задремала, переживая заново ночные потрясения, и Максова пациентка. То, что она увидела, испугало ее своей необычностью. Но одновременно и обнадежило. Макс поступил не по - юношески умно, дав ей увидеть процесс исцеления. А, следовательно, - и поверить. Теперь Итальянка готова была беспрекословно и не раздумывая исполнять любой приказ, любой жест таинственного подростка. И она исполняла.
– Меня не для кого нет. И не будет. Сама дам знать. Еда, напитки - в номер. Только безалкогольные. Никакого шума. Никаких звонков. Даже если объявят атомную войну или конец света. Отвечаете головой - проинструктировала Элен своих быков, после чего устроилась спать.
– Кто же он?
– вспыхнула мысль.- Потом, - отмахнулась она. Хоть ангел, хоть бес. Точнее, применительно к нему, - улыбнулась молодая женщина, хоть херувимчик, хоть бесенок - лишь бы вылечил. А там, разберемся, - погружаясь в дрему, решила она.