Мах-недоучка
Шрифт:
— Мадам Бодж, разрешите обратится, — выпалила плечистая Маха и, не дожидаясь ответа, продолжила: — У меня есть для вас письмо от вашего старого друга.
— Да неужели? — усмехнулась седовласая.
Маха извлекла из сумки запечатанный конверт. Но стоило ей сделать первый шаг, и отточенные лезвия алебард тут же уперлись в ее грудь, преграждая путь к предводительнице.
— Амазонка, не забывайся! — строго прикрикнула Лика. — Хоть ты теперь и в Высшем клане, но далеко не ровня мадам!
— Извините,
— Ох уж эта подруга Дрязва, все никак не угомонится, — проворчала мадам. — Каждый раз одно и то же… Эй, амазонка, скажи, ведь тебе дала письмо старуха-наставница?
— Никак нет, мадам Бодж, — отрапортовала Маха. — Письмо вовсе не от госпожи наставницы.
— Не хитри со мной, дева, — покачала головой седовласая. — Вижу ты слово дала Дрязве. Ладно, я приму письмо, но не сейчас, а в часы приема… Лика!
— Слушаю и повинуюсь, мадам.
— Отведи их в нашу крепость.
Вершина Паучьего Зуба, как оказалось, представляла собой ровную площадку саженей двести в длину и полторы сотни саженей в ширину. Почти все ее пространство занимали четыре конусовидные, трехэтажные каменные сооружения, гордо именуемые амазонками своими крепостями.
Крепости были очень похожи одна на другую, единственное их отличие — цвет и герб флага развивающегося на крыше.
Повинуясь приказу мадам, Лика сделала знак Махе и Шаре следовать за собой и зашагала в сторону крепости, на розовом флаге которой была изображена готовящаяся к прыжку желтая змея.
Четыре амазонки-привратницы отсалютовали алебардами Лике, она лишь небрежно кивнула в ответ.
Пройдя ворота, они оказались на первом, самом большом этаже крепости. И Лика повела их по широкому длинному коридору. Дневной свет в этот коридор не проникал, освещался он горящими под потолком факелами. По обе стороны коридора вместо дверей тянулись зловещего вида толстые стальные решетки. За решетками в скудном свете факелов ничего разглядеть было невозможно.
— А что там за решетками? — робко полюбопытствовала Маха.
— За теми что побольше — стойла драконов; за теми что меньше… хм… стойла рабов, — ухмыльнулась довольная своей остротой Лика.
Переход со свежего горного воздуха на затхлое зловоние крепости был соль невыносим, что Маха не удержалась от восклицания:
— О Создатель, как же здесь воняет!
— Это еще что, — небрежно отмахнулась Лика. — Сегодня-утром десять из пятнадцати наших драконов покинули крепость. За день уже немного проветрилось. Но часа через два они вернутся, рабы их до сыта накормят и вот тогда-то ты по-настоящему прочувствуешь, что такое воняет!
— Даже думать боюсь о вечере, — скривилась Маха, — у меня уже сейчас глаза от зловония слезятся.
— А ну не стонать! — одернула ее Лика. — Амазонка, а ведешь себя как жалкий раб-мужлан. Ничего, привыкнешь, принюхаешься, от
— Да все в порядке… — попыталась заверить амазонку Шара, но ее решительно перебила подруга:
— Шара, не глупи, тебе обязательно нужно показать рану знахарке. И как можно быстрее. Возможно, часть яда паука из укушенной руки попала тебе в кровь, кто знает к каким последствиям это может привести в дальнейшем!
— Она права, с паучьим ядом не шутят, — кивнула Лика. — Прибавим шагу.
Они зашагали быстрее и вскоре вышли к небольшой винтовой лестнице, по которой поднялись на второй этаж.
Второй этаж был ощутимо меньше первого и в длину, и в ширину, и в высоту. Соответственно и коридор здесь был гораздо уже и короче. Освещался он тоже факелами, но решеток здесь уже не было. По обе стороны коридора тянулись обычные дубовые двери. Лика подвела подопечных к одной из них и пояснила:
— Это комната нашей знахарки. Запоминайте… Сейчас я вас представлю и в дальнейшем, по мере надобности, будете самостоятельно приходить к ней за помощью.
Она без стука широко распахнула дверь и переступила через порог.
Маха и Шара последовали за амазонкой и оказались в небольшой комнате. Из-за двух огромных окон в наружной стене здесь было гораздо светлее, чем в коридоре. Внутреннее убранство комнаты лучше всяких слов указывало на неприхотливость ее обитательницы: голые стены, три обшарпанные деревянные кровати, покрытые облезлыми шкурами, в углу очень старый, весь растрескавшийся и почерневший от времени стол, густо заставленный глиняными горшочками и бутылочками всевозможного размера, — и больше ничего.
На одной из кроватей мирно похрапывала пухлощекая бабулька лет шестидесяти в длинном грязно-сером амазонском платье.
— Эй, Майва, — Лика бесцеремонно толкнула бабку за плечо, — просыпайся.
— Что… где… — залепетала разбуженная.
— Срочно нужна твоя помощь, — пояснила Лика.
— Что стряслось? Почему так рано? Драконы прилетят только через два часа, — недовольно заворчала Майва, поднимаясь с кровати.
— У нас в клане пополнение, — торжественно объявила Лика. — Эти двое только что прошли испытание Лесом Смерти. Кстати, познакомьтесь: это Маха, это Шара. А это наша спасительница — Майва… Как видишь, с Махой все в порядке, а Шару в правую руку укусил паук. Руку отрубили, рану прижгли и замотали чистыми тряпками. Вообще-то она утверждает, что нормально себя чувствует, но все-таки укус паука… Вот мы и решили показать ее тебе… Ну, что скажешь?