Магия пространства
Шрифт:
Столовая. Она наверняка сейчас пустая. Читаю заклинание сосредоточения и усиления магической энергии, одновременно активируя свои ощущения видимого сейчас пространства спальни (к этому я уже привыкла) и к тому пространству столовой, что я не вижу, но знаю, мысленно соединяю их, заставляя в своём воображении как бы прикоснуться общим дверным проёмом. И делаю шаг в нашу столовую. Смотрю на пустой стол, с которого убрана даже скатерть, задвинутые за этот стол стулья, и чувствую, как на лицо наползает радостная улыбка — у меня не только получилось, я даже и ослабела-то не сильно! Возвращаюсь в свою спальню
Где тут мой ночной перекус, который горничная по старой привычке называет "завтрак", хотя уже знает — я ем ночью, а утром дрыхну и не завтракаю.
Всё, закутываюсь в лёгкое одеяло. Главная задача теперь — выспаться, чтобы к приходу моего любимого принца выглядеть красиво. Девочки, хоть и маленькие, но всё-таки женщины.
ГЛАВА 7
Утром забежала на кухню, велела кухаркам купить зелёный виноград и приготовить из него на обед соус к мясу, порезав ягоды продольными половинками, как любит Винсент.
Навестила бабушку, которая опять меня не узнала, приняв за чью-то дочку из прислуги. Горничная сказала, что герцогиня сходила в комнаты, где раньше содержалась её внучка, чтобы проведать "спящее дитя", поскольку оттуда не доносился шум. Мы ей сказали, что Эвелис отправили в поместье.
— Присматривайте за ней постоянно, — попросила я.
— Да, ваша милость, виконт уже назначил вторую горничную, чтобы мы подменяли друг дружку и всегда были при герцогине.
Молодец Милдокк! А, нет, не молодец. В кабинете, где он восседал во вновь водворённом на своё место герцогском кресле, отставив мой высокий стул к стеночке, опекун "обрадовал" меня тем, что решил пригласить ко мне гувернантку.
— Ты считаешь, что я плохо воспитана? — прищурилась я, — Что мне нужно прививать хорошие манеры, постоянно наблюдать за мной и учить жить?
— Эвелис, — осторожно начал Седжиус, — каждой маленькой леди…
— Я - не каждая! Я и сама могу поучить любую гувернантку, и манерам, и жизни. Седжиус, обещаю, тебе нечего будет стыдиться в связи со мной.
— Допустим, что ты права, что ты знаешь и умеешь всё на свете, — ответил виконт, — но тогда тебе и мне придётся объяснять это всем встречным в обществе, когда люди будут задавать вопросы о том, почему при тебе нет гувернантки. Это же сразу бросается в глаза. Тем более, что ты — такой яркий и заметный ребёнок. Например, герцог Вугтокк первым делом сказал мне о том, что у тебя, похоже, нет гувернантки. Пойми, Эвелис, так принято в нашем обществе. Поэтому гувернантка у тебя будет, хочешь ты этого или нет.
Я огляделась в поисках того, что я могла бы поднять и с силой бросить на пол.
— Уверен, даже его величество тут согласился бы со мной, — улыбнулся Седжиус, используя последний довод опекуна маркизы Эвелис Тонлей.
Я закрыла глаза и отдышалась.
— Хорошо. Мы наймём для меня гувернантку, но на моих условиях.
— Я весь внимание, маркиза.
— Не я её, а она меня будет слушаться. Не потому, что я люблю командовать, а потому, что не люблю, когда командуют мной. Что-то подсказать мне для пользы дела — пожалуйста. А указывать и недовольно при этом морду кривить — такого мне и даром не надо.
Жаль,
Седжиус не выдержал и рассмеялся.
— Обещаю, Эвелис, такую гувернантку, которая, ха-ха, морду кривит, мы не станем нанимать. Ты сама выберешь её себе из всех кандидатур. Кстати, герцоги Вугтоки предлагают нам ту гувернантку, которая занималась воспитанием маркизы Линны.
— Сразу — нет, — меланхолично сказала я, — Будет доносить на нас своим бывшим хозяевам.
— А у нас есть, что скрывать?
— Пока нет, но мало ли…
— Хм… тогда придётся брать совсем неопытную? Для дочери герцога это как-то не по статусу.
— Для дочери преступника — вполне по статусу, — возразила я.
Вот в таком эмоциональном раздрае я и отправилась наводить красоту к приходу гостей. Попросила горничную завить мне волосы модными спиральками и терпеливо высидела всё положенное время, пока та колдовала с моими волосами. Потом она надела на меня самое красивое платьице, из тех, которые раньше неустанно приобретала бабушка-герцогиня в надежде на выздоровление внучки, и оставила одну. Время до обеда ещё оставалось, я покрутилась у зеркала, нашла внешность ребёнка, отражающегося в нём, очаровательной, и немного повеселела. От долгого сидения на одном месте мне захотелось двигаться. Знала бы, к чему это приведёт…
Моя весёлость насоветовала мне попрыгать на кровати — мне нравилось, как при этом отдельно от меня прыгают мои кудряшки. И мы с ними допрыгались — я упала животом вперёд и стукнулась лицом о спинку кровати. И мало того, что было больно, мало того, что у меня опухла и покраснела половина верхней губы, так ещё и зуб — верхний резец — радикально загнулся куда-то внутрь полости рта.
Я сидела и ревела. Такой меня и обнаружила горничная, пришедшая известить, что к обеду всё готово, и долгожданные высокие гости уже пожаловали. Увидав картину в красках под названием "Приплыли", горничная побежала к Седжиусу. Быстро же все в доме на его сторону переметнулись, предатели. Я для них столько старалась, несколько дней целым герцогством рулила, а они… Мой поток слёз усилился.
Виконт прибежал ко мне в комнату. Посмотрел на моё лицо, велел открыть рот, покачал головой.
— Вы сможете выдернуть этот зуб? — спросил он горничную.
— Да, ваша милость.
— Какое — выдернуть?! — возмутилась я, — Тут целитель нужен, зуб на место ставить и залечивать!
— Простите, маркиза, но молочные зубы на место никто ставить не будет. У вас сейчас такой возраст, что все зубки скоро сменятся на постоянные.
— Молочные? — переспросила я.
— Ну конечно!
Горничная взяла чистое полотенце, подошла с ним ко мне и попросила открыть рот. Она ловко ухватила мой пострадавший зуб, качнула его наружу и выдернула.
— Идём, — ласково протянул мне руку опекун.
Я вздохнула. Как-то не задалось у меня сегодня с красотой, совсем. И кудряшки уже не радовали — всё из-за них.
В залу с гостями я зашла позади Седжиуса, пряча пострадавшую половину лица за его брючинами.
— Кто это там прячется? — спросил Хант, — неужели маркиза Эвелис так засмущалась?