Магия прорывается
Шрифт:
Глава 3
ДЖИП СТАИ катил по залитым сумерками улицам. Другая машина, в которой ехал мой склонный к убийству почетный караул, следовала за нами. Джим вел машину. Барабас сидел на заднем сиденье.
После Сдвига в Атланте было много районов, некоторые старые, некоторые новые, рожденные магией. На юго-западе появилось Улье, место, где словосочетание «сплошная стена» обрело новый смысл. На юго-востоке был Уоррен — грязный, бедный район, погрязший в насилии, охраняемый бродячими бандами, преследующими друг друга. А еще был Нортсайд, где богачи Атланты вкладывали деньги, чтобы сдерживать
Магии нравилось грызть асфальт, но здесь тротуар казался гладким, чистые улицы были далеки от забитых отбросами и мусором дорожек Уоррена. Большие дома, каждый на своем участке размером с акр, глазели на нас зарешеченными окнами из-за железных заборов, увенчанных мотками колючей проволоки. Большинство домов были построены после Сдвига, высотой не более трех этажей, с толстыми стенами, усиленными дверями и зарешеченными окнами. За деньги можно было купить безопасность, землю и хороших каменщиков.
Солнце село, и огромная, темно-оранжевая, словно облитая кровью луна заняла небо. Магия ослабла, но город все еще настороженно затаил дыхание. В такие ночи монстры выходили поиграть.
Мой меч, «Погибель», лежал у меня на коленях. Я погладила ножны. Меч всегда сопровождал меня, но сегодня вечером мне придется оставить его здесь. В «Бернарде» была строгая политика отказа от оружия. Без него я чувствовала себя голой.
— Кто еще придет? — спросила я. Протокол Стаи требовал присутствия представителей, по крайней мере, трех кланов на каждом собрании Конклава. Поначалу каждый альфа хотел быть включенным, но теперь у нас возникли проблемы с тем, чтобы затащить туда троих. Джим был альфой клана котов, так что он засчитывался. Оставались еще двое.
— Роберт Лонеско и Дженнифер, — сказал Барабас.
Роберт Лонеско был супругом Томаса, и вместе они управляли кланом крыс. Дженнифер возглавляла клан волков. Мы с ней не особо ладили. Во-первых, мне пришлось убить ее сестру после того, как магия моей тети свела ее с ума. Затем ее муж пожертвовал собой, чтобы предотвратить магическую катастрофу, о которой мы узнали через мой офис. Дженнифер винила меня и в том, и в другом. Мы заключили шаткое перемирие, потому что нам приходилось работать вместе, но не убивать друг друга было так же приятно, насколько это могло быть. Предупреждение Кристофера всплыло у меня в памяти. Когда дело дойдет до волков, которым я не должна была доверять, она определенно будет в верхней части списка.
— Что насчет вызовов? — спросила я. Дженнифер родила больше месяца назад, и ее тридцатидневная отсрочка от вызова закончилась в прошлую среду.
— Нет, — ответил Джим.
Странно.
— Я думала ее вызовет Десандра.
— Как и я, — сказал Джим.
Как и Кристофер, Десандра была освобождена во время нашей поездки за границу. Она была дочерью самого могущественного альфы в Карпатах. Он был жестоким, самовлюбленным психом, который создал свою стаю из ничего и правил всем регионом стальными когтями, терроризируя своих внешних и внутренних врагов. У него было одиннадцать детей. Десандра была единственной, кто дожил до совершеннолетия, и она сделала это, притворяясь избалованной, раздражительной идиоткой. Ее отец был одержим идеей найти наследника, который соответствовал бы его стандартам. Он понятия не имел, что она была прямо у него под носом, и когда она пробила
Десандра закончила тем, что поехала с нами в Атланту. Она была умна, хитра и безжалостна. Когда мы вернулись, Дженнифер все еще была беременна, и ее место нельзя было оспорить. У Десандры также оставалось две недели отпуска по беременности и родам, но она им не воспользовалась. Она совершила свое первое убийство в течение сорока восьми часов после того, как поклялась в верности Стае, и начала карабкаться вверх по пищевой цепочке. Теперь она занимала бета-позицию в клане волков, и Дженнифер было не до сна.
— Дженнифер с Десандрой заключили сделку или что-то в этом роде? — спросила я.
— Насколько я знаю, нет, — сказал Джим. — Дженнифер ненавидит ее даже больше, чем тебя. Если бы Десандра была в огне, Дженнифер не стала бы даже мочиться на нее, чтобы потушить.
— Тогда из-за чего задержка?
Джим пожал плечами. Я взглянула на Барабаса. Барабас тоже пожал плечами. Никто из них ничего не слышал. Такое было редкостью.
— Из нее получился бы лучший альфа, — сказал Джим. — Она сильнее.
Несмотря на мнение Дженнифер, у меня никогда не было с ней проблем. Она начинала драку, и я сильно била в ответ, но я никогда не преследовала ее. Тем не менее, я должна была признать, что Десандра была бы чертовски хорошей альфой. Это не означало, что я горела желанием иметь с ней дело.
— С нетерпением ждешь возможности посидеть рядом с Десандрой в Совете Стаи? — спросила я.
Джим бросил на меня взгляд полный чистой ненависти. Барабас рассмеялся.
Джим позволил себе легкую полуулыбку, не показывая зубов. Он очень редко улыбался — это противоречило его крутому имиджу. За все годы, что я его знала, я видела, как он обнажал зубы только перед тремя людьми, и двое из них были мертвы. Третий был бы мертв, если бы не формальность того, что он был другом Стаи.
— Им нужно разобраться в этом беспорядке, и как можно скорее, — сказал Джим. — Здесь шестьсот волков, и все они затаили дыхание. Ходят слухи, что Десандра отправилась к Орхану и Фатиме, чтобы попросить их благословения.
Орхан и Фатима управляли кланом волков до того, как Даниэль занял их место. Они подготовили его как своего преемника, ушли в отставку и отошли от политики Стаи. Они жили во фруктовом саду недалеко от Крепости и придерживались строгого нейтралитета. До сих пор я видела их ровно дважды, на обеде в День благодарения и на свадьбе, и они оба показались мне людьми, с которыми я не хотела бы связываться.
— Что ты имеешь в виду, говоря, что она пошла просить их благословения? — спросила я.
— Это термин Стаи, — ответил Барабас. — Альфа может быть либо убит во время испытания, либо уйти в отставку. Когда альфа уходит в отставку, он дает своему преемнику свое благословение продолжить с того места, на котором он остановился. Это в значительной степени гарантирует, что сторонники старой альфы поддержат новую альфу из уважения, по крайней мере, на какое-то время. Это передача ключей от королевства, вот почему Даниэлю не бросали вызов почти шесть месяцев, пока он не стал альфой. Если Десандра ходила к Орхану и Фатиме, то это дурной тон. Они ясно дали понять, что не хотят, чтобы их беспокоили.