Магия предательства
Шрифт:
— А я тем более! — ехидно заметил Паук. — Просто вытяни вперёд руки и нащупывай путь!
Тем временем Джо увидел, как Скребок сложил свою руку и захлопнул люк.
В наступившей тишине стало слышно, как шумит мотор приближающегося к трещине Голиафа.
— Это тупик! — отчаянно закричала Кэтрин. — Дальше некуда ползти!
— Это не может быть тупиком! — возразил Паук. — Попробуй выше!
Последовало несколько томительных секунд, и Кэтрин воскликнула:
— Вот, нашла! Прямо над головой!
— Тупик, как бы не так! —
Джо было слышно, как возится Кэтрин, поднимаясь выше и затаскивая за собой рюкзак. Паук полез следом и сказал:
— Ползи сюда, Джо, держи меня за руку. Я тебя вытащу наверх.
Но у Джо не было сил даже шевельнуть пальцем.
— Слишком поздно, — вымолвил он непослушными губами. — Голиаф уже здесь…
Мальчик отлично видел его зловещий контур. Голиаф стоял между Скребком и стеной и настороженно водил из стороны в сторону пушкой, выискивая цель. И едва Джо попробует шевельнуться, он тут же выстрелит.
— Не тушуйся, малыш, — прошептал. Паук. — Мы тебя вытащим!
Но Джо даже дышать боялся. Ему казалось, что мертвенный холод каменной кладки пронизывает его до самых костей. От напряжения заломило всё тело.
— Паук? — окликнула шёпотом Кэтрин.
— Тихо! — шикнул старик.
— Но, послушай, Паук, — она явно не желала униматься. Голиаф снова повёл пушкой. Он уже почти уловил источник звука.
— Т-с-с! — выдохнул Паук.
— Да послушай ты! — сердито произнесла Кэтрин одними губами. — У нас же отвлекалка осталась там, снаружи!
Джо широко распахнул глаза. А ведь и правда. И он как наяву представил себе маленькую коробочку на траве у ног Паука.
Паук с Кэтрин затихли, однако Джо всё же улавливал еле слышные звуки: они явно пытались что-то предпринять. Что бы то ни было, лишь бы они не опоздали! Голиаф застыл совершенно неподвижно, как кошка, ожидающая смертельную ошибку своей жертвы.
Через мгновение тишина рухнула: это завизжала отвлекалка. Голиаф повернул пушку, щедро поливая смертельным пламенем стену, траву и Скребка, оказавшегося на линии огня.
Паук ухватил Джо за шиворот и стал тянуть вверх.
Джо сучил ногами, стараясь ему помочь, но стёртые подошвы его старых кед были мокрыми от дождя и беспомощно скользили по камню. А потом он сделал-таки смертельную ошибку. Он оглянулся и выглянул из щели. Оказалось, что Голиаф уже не обращает внимания на отвлекалку. А его огнемёт смотрит прямо на Джо. И в жуткой глубине его дула переливается маленький язычок оранжевого пламени.
Неимоверным усилием Паук сумел втянуть его наверх.
— ВПЕРЁД! — рявкнул он Кэтрин. Девочка, извиваясь, поползла в узкий проход. Джо поспешил за Пауком. Тем временем огненный шар коснулся стены в том месте, где только что прятался Джо, и заполнил трещину убийственным жаром.
Никогда в жизни Джо не ползал так быстро. Зловещее оранжевое пламя блестело на головках гвоздей, которыми были подбиты подмётки на потрёпанных
Казалось, этот путь через узкое, страшное пространство никогда не кончится, но вот Паук выдохнул:
— Отдыхаем!
Джо привалился к стене, чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Вокруг царила могильная тьма.
Кажется, Кэтрин где-то впереди принялась шарить в рюкзаке. Минута — и в проходе зажёгся фонарик. Кэтрин провела лучом взад-вперёд по проходу. Стены покрывали мелкие длинные царапины, шедшие в одном направлении. Создавалось такое впечатление, что тот, кто прогрыз этот проход, старался быть как можно более аккуратным. Но на этом странности не кончались. Рядом с тем местом, где пристроился на отдых Паук, Джо заметил на стене знак в форме квадрата. Внутри квадрата были какие-то значки помельче: штрихи, нанесённые острым тонким предметом. Этот узор показался Джо смутно знакомым, вот только он не смог вспомнить, где видел его раньше. Паук пробежался пальцами по квадрату и тут же прикрыл его ладонью, как будто не хотел, чтобы кто-то разглядывал эти значки.
— Кто проложил этот проход? — спросила Кэтрин, осторожно проводя рукой по тонким линиям.
— Верещатники, конечно, — сообщил Паук с торжествующей улыбкой.
Кэтрин тут же брезгливо отдёрнула руку, как будто коснулась чего-то гадкого. Паук поймал её за запястье.
— Они никогда не были предателями, — с силой промолвил старик. — Никогда в жизни они не причинили бы зла ни Корнелл, ни Мерид, ни Элизе — никому из сестёр! И однажды ты это сама поймёшь!
Кэтрин вырвала руку.
— По-твоему, и эти жуткие машины там, снаружи, появились сами по себе, а не были созданы их грязным воображением? — прошипела она. — Может, и сам Араик Бен не поднимал руку на беспомощную женщину, чтобы развязать войну?
Паук рванулся к ней так стремительно, что трудно было поверить. Он поймал девочку за грудки и встряхнул что было сил.
— Ты ничего не знаешь! — выпалил он. — Ничего! Араик Бен любил… — он умолк на полуслове, отпихнув Кэтрин от себя. И с шумом провёл рукавом по носу. — Хватит! — оборвал он сам себя. — Он давно мёртв! И хватит об этом. Чем скорее я сплавлю тебя твоему брату, тем лучше. Наконец-то избавлюсь.
— Оно и верно, — злобно вторила ему Кэтрин, пакуя рюкзак. — Куда дальше?
— Сейчас найду, — сказал Паук. Он достал свою записную книжку и долго листал страницы, пока не наткнулся на нужную. Весь листок был покрыт тончайшими следами от иголки. Паук бегал пальцами по этим точкам, то и дело задумчиво хмыкая себе под нос. Наконец, он прочёл всё, что было нужно, и аккуратно убрал книжку обратно в карман.
Теперь он сам пошёл впереди, и вся троица несколько часов протискивалась по узкому тоннелю в стене. Фонарик Кэтрин уже еле светился, когда Паук скомандовал отдых.