Магия нуля
Шрифт:
"Ну вообще я просто не хочу видеть эту доставучую Энн,"- подумал про себя седовласый маг.
— Ты можешь хоть на людях не орать? Тебя так мало мутузили, что ты, вообще не понял, как разговаривать?
— Я нормально с ******** не разговариваю.
— Знаю я одного, как ты, тоже постоянно сквернословит.
— Противный, наверное, ***!
— Ты сам себе противоречишь.
Звонкий детский голос выговаривал грубые матерные фразочки, пока Данте ввел побитого Витю по лесу. Луна где-то пряталась, и ландшафты были неразличимы в темноте.
— А ты меня не ******* хочешь?
— Не парься, все ******.
— О, зачет, так и разговаривай.
— Я… Не могу.
Данте стало плохо, он побледнел от сказанного, как будто мучаясь от тошноты, и пошел дальше.
Они пробирались через заросли опущенных колючих березовых ветвей, пока не вышли к какому-то дому, стоящему на пригорке деревни.
— И что это за *****?
— Сейчас узнаем.
Седовласый маг громко постучал в деревянную дверь потертым после драки кулаком. Перед ними вылезла кудрявая башка какого-то брюнета, он взирал на них мутно-голубыми глазами, на его левой руке сияло позолоченное кольцо.
— Пошли вон.
Бром захлопнул дверь.
Глава 9
— И что это было?
Витя с недоумением смотрел на растерянного Данте. Тучи заслонили небеса, и лунный свет не пробрался до ошалелого взгляда седовласого мага.
Это был первый раз в жизни, когда ему не повезло, по крайней мере, он так считал. Жители остальных домиков, наверняка, пустили бы нуждающихся в свое жилище, но удача привела Данте именно к двери нелюдимого и грубого юноши. Несмотря на свою сверхъестественную проницательность, он не узнал своего старого спасителя. В голове догадками рисовались образы чернявого кудрявого парня с позолоченным кольцом, но сознание, почему то, не давало ему каких-либо резких черт лица, по которым он, может быть, и распознал бы Брома.
«Этого не может быть»
Он еще раз постучал по двери, создавая неприятные глухие звуки. На этот раз из щели не показалось лица негостеприимного хозяина. Лишь краешек света просочился через растворившееся пространство.
— Мы хоте….
— Я сказал: пошли вон.
Дверь снова громко захлопнулась. Хьюго по ее сторону направился к жене, сидящей в гостиной с беспокойным лицом. Он наклонился к ней, обращаясь шепотом.
— Это мои знакомые, мне придется их пустить. Они не должны знать нашей тайны, хорошо?
Мария положительно покачала головой. На ней было уже не то убогое сшитое платье, а нормальная одежда. Как она и говорила, ее волосы воспламенели, окрасившись огненно-рыжим окрасом. Да и ее муж был одет в белую рубашку и синие домашние брюки. В гостиной появились книги, шкафы одежды и телевизор начал работать. Заканчивался восьмой день их супружеской жизни. Бром подошел к двери и снял засов.
— Заходите.
«Я не ошибся»
Данте, как никогда восторженно порадовавшись своей удаче, поспешно вошел внутрь, протаскивая за руку побитого мальчика. Бром захлопнул за ними дверь и закрыл ее на ключ. Гости выстроились шеренгой спиной к входу, слегка наклонив свой стан. Спину Вити пришлось нагибать седовласому магу.
— Благодарю вас за гостеприимство,
— Сложно.
Суровый черноволосый юноша резко отверг расспросы своего удачливого друга.
«Он предан Байрону, естественно, он ему все расскажет, а тот привлечет меня обратно в эту мишуру и расскажет своему дружку, Бальзаку, про Марину, поставив ее жизнь в опасность. Лишь бы его везение не сыграло против меня»
— Я Мария Бордо, а это мой муж Хьюго.
«Так просто все не получится»
Бром удрученно глянул на представившуюся девушку и ушел на кухню, потирая пальцем свое кольцо. За время пребывания в доме он получил привычку тереть этот артефакт во время раздумий.
— Пройдемте на кухню, мы как раз собирались есть.
Мария с улыбкой указала гостям ладонью путь в комнату.
— Премного благодарен.
Данте поднялся, раздумывая над природой гнева хозяина дома, и направился с мальчиком на кухню.
— Что за ********?
Витя потянул Данте за руку и прошептал согнувшемуся магу этот щепетильный вопрос, на что в ответ получил лишь многозначный удар по затылку.
— Давай, хотя б в гостях ты помолчишь.
— Мужик, я с тобой пару часов, ты не раскомандовался случаем?
— Я тебе раскомандуюсь, посиди молча, я все сам скажу.
Нашептавшись по пути в комнату, они присели на стоявшие до этого без дела стулья у обеденного стола. На нем разложена по тарелкам была картошками с жареной курицей и овощами. Помимо этого, посередине величественно стоял чайник, из которого выходил приятный чайный аромат. У тарелок были разложены вилки и примитивные белые фарфоровые кружки без каких-либо узоров. Муж молча начал уплетать пищу, а жена, попивая горячий напиток, беседовала с гостями.
— Что ж вы ночью в такие дебри ходите?
Данте с Витей так же распределили роли между друг другом: мальчуган жадно пожирал пищу, пока его седовласый представитель рассуждал с Марией.
Только, в отличие от отстраненного мальчишки, Бром прислушивался к разговору, посматривая исподлобья на вдохновленного друга.
«Он собирается читать стихи»
— Я явился с мест далеких,
Я пр….
— Попроще.
Данте без раздражения взглянул на Хьюго, который уже безразлично его перебил.
— Хорошо. Я рожден в Бенедике, а работаю в Виззире. Слышали что-нибудь об оперативных магических штабах?
— Нет, что это?
В разговор вернулась Мария.
— Маги, защищающие покой горожан. Собрания таких и есть эти штабы. Один как раз и находится в Санмортилонгиандроапле. Его лидера, вроде, зовут Бальзак.
Мария скрыла тревогу в своем взгляде, но ее отношение стало намного осторожнее.
— Понятно, — это скорее обращалось к Брому, — вы тоже из этого штаба?
— Нет, что вы, я же сказал, что я работаю в другом штабе. Наш начальник Джордж Гордон Байрон, он недавно проезжал через ваш город. Он, наверняка, погостил у Бальзака, они с ним самые близкие друзья.