Магия крови
Шрифт:
Горестно вздохнув, я набрала номер телефона Венди. Сразу же включилась голосовая почта: «Привет! Это Венди. Оставьте сообщение после сигнала!»
— Привет, это… это Силла. Хотела убедиться, что ты в порядке. Знаю, я ненормальная. Это была просто… — облизав губы, я нашла, что соврать, — ну… кровь. Моя кровь, понимаешь. Кровь. — Я перешла на шепот: — В общем, я знаю, что все хорошо. Сейчас я говорю не со своего телефона. Можешь позвонить мне домой или на этот номер? Это телефон Ника. Прости.
Закончив свою сбивчивую и малоубедительную речь, я нажала кнопку отбоя.
Мое сердце сильно билось, я злилась на саму себя за то, что устроила сцену при Нике. Я ненавижу плакать, а тем более при свидетелях. После такого я всегда чувствую себя плохо по крайней мере пару дней. Я закрыла глаза и глубоко вдохнула. Надо успокоиться. Столько всего случилось в течение последнего часа, но я должна пережить это. Надо проявить стойкость и… бороться.
Я мысленно надела маску спокойствия. Ее я представляла с фоном цвета морской волны. Наблюдая, как Ник обошел автомобиль, крутя на пальце ключ зажигания, я думала о его словах и том, что постоянно скрывалась под масками. Белая и серебристая маски всегда скрывали холод и пустоту; но маска, которая сейчас была на мне, или голубая маска радости, так же как и многие другие, были частью меня самой.
Сделав еще один вдох, я подошла к машине. Ник достал из багажника какую-то коробку. Прижав ее локтем к телу, он захлопнул багажник и поставил на него коробку.
— Что это? — Прислонившись бедром к задней фаре, я провела пальцем по красивой, блестящей поверхности коробки. На крышке были изображены черные вороны на фоне пурпурного неба.
— Шкатулка магии моей матери, — ответил он и, отведя в сторону взломанный замок, открыл крышку.
При взгляде на то, что было внутри, я непроизвольно задержала дыхание. В шкатулке хранилось множество маленьких стеклянных флакончиков, наполненных разноцветными порошками, пучки высушенных растений, семена, металлические опилки, маленькие лоскутки бумаги, ленты, воск… Всего и не перечесть.
— Ник, — с трудом справившись с волнением, произнесла я.
Он достал один из флакончиков. Стекло было тонким и матовым. Па нем была надпись «Кникус аптечный». Почерк принадлежал моему отцу.
— Ник! — Я взяла у него флакончик, погладила завивающуюся по краям этикетку, приклеенную к стеклу. — Это написал мой отец.
Сунув руку в висящую на его плече сумку, он вытащил из нее книгу заклинаний. Открыв ее наугад, он сравнил почерка. У нас не осталось никаких сомнений.
— Должно быть, они делились знаниями, — сказал он, пристально глядя мне в лицо.
— Джуди говорила, что они часто гуляли вдвоем, когда учились в средней школе.
Я вдруг покраснела от смущения. Ник положил книгу на багажник машины и провел рукой по лицу.
— Господи, ну как все сложно, — протянул он.
Приблизившись к нему, я прижалась щекой к его щеке.
— Да, — прошептала я. — Поехали домой.
Глава двадцать седьмая
Сентябрь 1937 года
Диакон!
Он великолепен, молод и красив, как ангел! Но он не ангел, он — демон. Невозможно не верить его словам о том, что силу нашей крови дает сам Дьявол. Даже если бы Диакон проповедовал свое учение в пасторских панталонах, все равно его воспринимали бы серьезно. Он не хочет пользоваться другими, хоть и имеет над ними власть, и именно это делает его в моих глазах таким странным. И в то же время удивительным. Он не лжет и соблазняет людей. Он просто… существует.
Диакон как шторм, бешеный, отчаянный и каждый раз новый. Ему, как ветру и воде, безразлично, что о нем думают. Диакон — это живая сила природы.
Они принялись за новые эксперименты, и Филипп с головой ушел в исследования. Они лечили болезни с помощью наркотических и ароматических средств. Скучнейшее занятие. Я наблюдаю за Диаконом и не перестаю изумляться тому, что он стал именно таким.
Нынче утром он, посмотрев на меня, улыбнулся. В его глазах был вызов. Ничего подобного я никогда не видела во взоре Филиппа.
Пока Филипп переливал растворы из одной пробирки в другую, Диакон спросил меня, отважусь ли я совершить с ним прогулку по дикой местности, по прерии, заросшей высокими травами. Там он обещал показать мне чудеса магии. Я с огромной радостью приняла его предложение. Он разглядел мой ум и дал мне возможность познавать мир.
Я не могла представить себе ничего подобного. С помощью магии я завладела сразу всей стаей гусей на озере; затем переместилась в дерево! Подумать только! Я с трудом нахожу слова, чтобы описать, каково это — подниматься по корням, потом по толстым ветвям, достигать листьев, которые, словно волосы, развеваются на ветру. В дереве, как мне кажется, сокрыта беспредельная сила, бесконечная умиротворенность. Диакон говорит, что именно это чувствует Бог.
Но умиротворенность развлекала меня недолго. Я все же предпочитала бежать наравне с койотами и парить в небесах, подобно орлам. Вместе с Диаконом мы стали охотиться. Я убивала и чувствовала, как мой живот наполняется плотью, разорванной моими собственными когтями.
Давным-давно Филипп сказал мне, что переход в чужое тело сулит искушение. Для меня его больше не было, потому что я перестала сопротивляться. Законы дикой природы стали моими законами. Я приняла опасность как должное: во мне заключен весь мир.
Глава двадцать восьмая
НИКОЛАС
Мы вновь выехали на шоссе, и я рассказал Силле о своих воспоминаниях, а она в ответ поведала мне об осквернении могилы и письме от человека по имени Диакон — того самого, который прислал ей книгу заклинаний.