Магия Дерини
Шрифт:
В отличие от Европы эпохи Средневековья евреи в Гвиннеде играли, вероятно, несколько иную роль.
Обществу не было необходимости приносить их в жертву враждебности, неизменной спутнице страха перед несхожестью и бросающимся в глаза превосходством: роль козла отпущения вполне успешно исполняли Дерини. Племя волшебников, таких как Дерини, чьи возможности давали невообразимые преимущества, для общества, предрасположенного к расизму, было куда более заметным и оправданным объектом преследований.
Проницательные евреи очень скоро осознали это и наживались на этом, стараясь ни в чем не превосходить соседствующих
Однако это еще не говорит о том, что мы никогда не встретим «настоящих» евреев в Гвиннеде. Вполне вероятно, что их просто было совсем немного. Из-за различий в истории стран, окружавших Святую Землю, те, кто приходил в Гвиннед, становились неотъемлемой частью его культуры. Но не стоит беспокоиться: когда придет время рассказывать историю, в которой быть евреем означает отличаться от просто человека или просто Дерини, мы встретимся с ними.
В Гвиннеде наверняка были и другие верования.
Благоговение Фериса перед Всеотцом в рассказе «Суд» («Архивы Дерини») предполагает наличие некоей Северной параллели. Встречаются также несколько упоминаний о местной дохристианской религиозной практике, распространенной главным образом среди простого народа и сосуществующей бок о бок с христианством. Наиболее яркое свидетельство в пользу этого — разговор принца Джавана с Тависом О'Ниллом о традиции устраивать костер на вершине холма и танцевать вокруг него. Остатки такого костра принц обнаружил вскоре после дня осеннего равноденствия. («Камбер-еретик»). Дохристианские корни прослеживаются и в испытании, которому подвергся Келсон в подземном зале церкви Сент-Кириелла, в стенах которой ему привиделись рыцарские приключения, пока он спал у подножия фигуры святого Камбера («Тень Камбера»). Однако, по крайней мере внешне, официальной религией в Гвиннеде было все же христианство, мирившееся с существованием магии.
Какова же структура церковной иерархии Гвиннеда? Ее основу составляют архиепископы Валорета и Ремута (из которых первый занимает главенствующее положение и величается как примас Всего Гвиннеда, первый среди равных). Затем следуют титулованные епископы (от четырех до десяти человек), которые управляют закрепленными за ними территориями, прилегающими к их кафедральным соборам. Помогают им в этом каноники собрания каждого собора. До десяти странствующих епископов без закрепленных епархий странствуют в пределах назначенных им областей и исполняют скорее пасторские, чем административные обязанности. Надзор над приходскими священниками попадает под юрисдикцию епископа, ответственного за данную епархию.
Кроме того, существует множество
Бок о бок с Орденами Дерини в Гвиннеде существуют и Ордена, членами которых могли стать лишь простые люди. Один из них был создан специально для того, чтобы бороться с Дерини.
Основанный в первые годы царствования короля Алроя, чтобы заменить Орден михайлинцев, он назывался Орденом Custodes Fidei и располагал своим военным подразделением Рыцарей. Для нового режима они стали официальными инквизиторами и разработали множество хитроумных способов борьбы с Дерини.
Официальная церковь и магия Дерини были тесно переплетены друг с другом. В пределах Одиннадцати Королевств отношения между ними колебались от некоторой натянутости до открытой враждебности, хотя сами Дерини не видели противоречия между исполнением христианских обрядов и использованием магических сил до тех пор, пока не нарушаются законы этики. В действительности в контексте эзотерического христианства, по большей мере скрытого от маленького человека, чья вера зиждется на периодическом исполнении обязанностей присутствовать на публичных богослужениях, существует иная практика и техника медитации, способствующая более тесному контакту между индивидуумом и Созидающей Силой. Практика же Дерини, некоторые элементы которой используют также и простые люди, позволяет человеку, истово верующему, установить более тесную двустороннюю связь с Божеством и достичь священного экстаза, описываемого всеми мистиками всех веков.
Это более тесное единение с Божеством (или предполагаемое более тесное единение) и стало объектом зависти среди простого духовенства, которое возмущалось тем, что Дерини, очевидно, обладают непосредственной связью с Господом. По сути, связь не столь непосредственна, сколь более очевидна на уровне сознания для того, кто связан с Богом таким же образом. Невежды же, к какой бы расе они ни принадлежали, стараются не обращать внимания на то, что истинно близкие Божеству люди ли, Дерини ли прежде всего души возвышенные и не склонные похваляться этим.
Однако фактом остается то, что многие из людей чувствовали себя обделенными оттого, что они не в состоянии (или полагают, что не в состоянии) действовать так же и, следовательно, не могут установить связь с Богом. Не нужно много ума, чтобы заключить, что Дерини, а не человеческие недостатки, ответственны за отрицание людьми этого проблеска Божественности.
Дерини-Целители, по-видимому, единственные из клана, кто не вызывал такого неприятия большинством, так как и для людей, и для Дерини способность исцелять была даром Божьим, а профессия Целителя считалась святым призванием.