Магиня
Шрифт:
— Наверное, его новая подруга? — подал голос Ракитин, все также подозрительно щурясь на мужика. — Руденко-то неженатый был!
— Может, и подруга, но Хильда на нее прямо что не бросилась, а уж как давай облаивать!
— Как она выглядела? — спросил комиссар, упреждая вопрос, вертевшийся у меня на языке. — Котов, снимки с собой?.. Покажи-ка господину Голубку.
Я хотел сказать, что это бесполезно, потому что эту «тварь» из присутствующих видел с Вадимом только я, но потом сообразил, к чему клонит Николай, и протянул мужику все пять фантомов. Про себя я при этом
— Нет, та была другая, — он прищелкнул пальцами, вспоминая, — чем-то на азиатку похожая: глаза такие удлиненные, скулы выделяются, волосы очень темные…
— Может, эта? — вдруг шагнул к нему Ракитин, протягивая какое-то фото.
Я заметил, как при этом у Олега закаменело от напряжения лицо, и тут же догадался, кто изображен на снимке! Неужели у Федора получилось?!.. А Берест, между тем, остановился посреди комнаты и в упор уставился на подчиненного. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего, и даже мне было понятно: Ракитин допустил непростительную вольность, не поставив в известность прямое начальство о вновь открывшихся деталях в расследовании такого тяжелого и запутанного дела, как это! Я ждал «грома и молнии», но у Николая хватило такта не начинать разборок в присутствии посторонних.
Юрий Степанович, только взяв снимок в руки, тут же изменился в лице и, с какой-то злостью тряхнув роковой фотографией, сказал:
— Она это! Она, стерва!..
Берест забрал у него снимок, внимательно рассмотрел, посасывая уже погасшую трубку, и мрачно поинтересовался у Ракитина:
— Кто это, выяснили?
— Саликбекова Нурия Рафаиловна, двадцать семь лет, кандидат медицинских наук, маг и целитель, магистр Академии Магии и Астрологии, сотрудница центра альтернативной медицины «Световид», — Олег выдал справку на одном дыхании, потом виновато добавил: — Николай Матвеевич, я просто не успел вам доложить результаты обработки фотографии…
— Ладно, потом разберемся, — отмахнулся Берест и снова повернулся к Голубку. — Вы уверены, что это та самая женщина, которая выходила вчера вечером из этой квартиры?
— Уверен, господин комиссар! — мужик от возбуждения даже со стула вскочил. — Вы знаете, она мне сразу не понравилась! Больно уж взгляд у нее был нехороший: пронизывающий какой-то, оценивающий…
— Спасибо за помощь, Юрий Степанович, — остановил его излияния Николай, — я вас больше не задерживаю. Если понадобитесь, мы вас вызовем. Всего хорошего!
— Рад был помочь! — бодро отрапортовал тот. — Вы уж поймайте эту суку обязательно! Такого парня угробила!..
Продолжая ворчать и сетовать в адрес преступницы в частности и всей женской половины человечества вообще, свидетель с забавной фамилией Голубок, которая, кстати, никак не вязалась с его грузноватой и кряжистой фигурой, удалился восвояси. Некоторое время в комнате висела тягостная тишина, потом Берест снова принялся набивать трубку табаком, а мы с Ракитиным полезли за сигаретами.
— Напишешь завтра
— Получается так, — откликнулся Ракитин. — Но все равно непонятно, зачем она убила Долгового и Руденко?
— Ну, с Вадимом-то как раз ясно: парень просто на чем-то прокололся, она поняла, что ее пасут и решила обрубить концы, — жестко сказал Берест. — Что, надо признать, у нее неплохо получилось! И остальные, подельщики и компаньоны, во главе с Носом, тоже укладываются в схему мести или каких-то своих разборок с помощью такого весьма необычного киллера…
— А Долговой? — снова напомнил Олег.
— Может быть, он случайно оказался ненужным свидетелем, например, того же убийства Володина? — предположил Николай. — Чего гадать? Вот найдем эту… суку, там и спросим!
— А ты чего притих, Димыч? — хлопнул меня по спине Ракитин. — Или не согласен с выводами следствия?
— Да нет, ребята, все у вас связалось, молодцы! — я постарался изобразить улыбку, хотя на душе у меня, казалось, скребли все кошки города. — Осталось поймать этого перевертыша. На кого следующего ловить будем?
— Типун тебе! — сплюнул Берест. — Ладно, это уже наше дело! А ты больше в него не суйся, понял? Не хватало мне еще и трупа известного журналиста, для полного комплекта!
— А я и не рвусь! — успокоил его я, направляясь к выходу. — До завтра, сыщики!
Глава 9
Я лгал. И Бересту, и Ракитину, и даже самому себе. Потому что был уверен в обратном. Двое их, черт возьми! Двое!.. Одну пусть вычислили, а кто вторая?.. Неужели все-таки Она?!.. Господи, сделай, чтобы это было не так!.. Я чувствовал, что больше не выдержу неизвестности. Я должен был увидеть Ее глаза и спросить. Она не сможет мне солгать. Глаза не умеют лгать в отличие от языка.
Механически переставляя ноги, я вышел из дома, добрел до машины и плюхнулся за руль. Ехать не хотелось. Но ехать было надо. Ради Нее. Ради себя. Ради нас обоих! Я снова должен был спасти ее!..
Знакомый дом, обсаженный ильмами и сиренью. Знакомый подъезд и знакомая дверь. А вот что там, за ней? Ключ мне Ирина дала всего лишь пару дней назад, сказав, что будет рада, если я зайду в гости сам, без приглашения. Помню, я ответил что-то в духе поручика Ржевского, но не из анекдотов, а из знаменитого в прошлом веке фильма «Гусарская баллада», мол, ключи от крепости получены, осталось лишь войти в нее… Но как же трудно, оказывается, теперь сделать этот шаг!
Замок тихонько щелкнул, впуская в полутемную прихожую. Никого. Я понял это сразу, едва перешагнув порог. Видимо, какая-то малая толика экстрасенсорных способностей все же проснулась во мне, благодаря стараниям Ирины. Если бы они еще помогли принять правильное решение!.. Медленно я обошел всю квартиру, трогая вещи и предметы обстановки, знакомясь с ними и давая им возможность познакомиться со мной. Я молчал, не зная, что им сказать, а они тоже ничего не желали сообщить мне о своей хозяйке.