Маг-новобранец

Горбенко Людмила

– Нет. Зеленая дрянь бывает еще и синей, и желтой, но это всего лишь ферменты. Они безвредны, и даже немного полезны. Волосы знаешь, как расти начинают? Потрогай мою голову. Вот здесь потрогай. Чувствуешь?

– Ого! – восхитилась Джульетта, ощупав действительно густую шевелюру.

– Только руки береги,– предупредил Дитер.– Старайся не подставлять.

– Почему? – насторожилась Джульетта.

– Зарастут гуще, чем голова.

В мокром тоннеле повисло молчание.

– Эй! Ты еще здесь? –

рискнул нарушить тишину Дитер.– Трактирщица-а!

– Не ори! – сухо ответила из дальнего угла Джульетта.– Я проверяю стену желудка. Надо же прикинуть, как выходить.

– Чтобы выйти, надо сначала перевариться! Я же тебе уже объяснил!

– Еще чего! Я скорее изорву зубами эту тушу, чем буду сидеть и скулить! На тебе еще осталась какая-нибудь одежда? Или только эти лохмотья?

– Только сорочка,– признался актер.– И еще ночной колпак.

– Плохо. Придется нарушить приличия. Раздевайся! – приказала Джульетта.

– Что ты собираешься делать?

– Лезть вверх, в сторону его горла. К самому входу.

– Не торопись. Сверху может упасть то, что змий проглатывает.

– Вот и хорошо. Нам как раз нужен предмет, которым можно пощекотать его. Так ты разденешься? Без веревки не залезть.

– Куда ты собираешься лезть?

– Как куда? Вверх, конечно!

– Глупая женщина! Где этот самый верх, ты знаешь?

– Обычно, низ бывает под ногами, а верх над головой! – вскипела трактирщица.

– Так это обычно. А здесь другие законы, смотри!

Мужчина подхватил подол ночной рубахи двумя пальчиками и резво взбежал на стену.

– Ну? – раздался из угла его визгливый голос.– И где теперь, по-твоему, верх? Там? Или там? Или, может быть, там?

Джульетта устало вздохнула и присела на корточки.

– Все равно я что-нибудь придумаю,– пообещала она.

– Давай, я жду. Что же ты молчишь? Никак не придумывается? Эй! Эй, ты! Да отзовись же! Что с тобой! О, черт!…

Мимо пронесся поток жидкого мусора, среди которого торчали палки, обрывки бумаги и чей-то ботинок.

– Эй! Ау! – разрывался Дитер.– Жива?

– Молчи! – спокойно сказала трактирщица в пространство.

– Почему ты не откликалась? – возмутился актер, плавно скользя по стене вниз.– Я уже решил, что опять остался один! Нельзя же так пугать!

– Молчи, я думаю.

Вечер после ужина. Черная Башня

– Вот,– доложил Наставник по заклинаниям, выталкивая вперед худого юношу. Стеснительный новичок прижимал руки к бокам и мялся, отчего его фигура казалась какой-то неопределенно извилистой.– Наш осведомитель Фузик. Страдает нарушениями сна, поэтому согласился на ночную работу.

Ректор сделал приветливое лицо.

– Что ж, Фузимир, я рад нашему сотрудничеству. Ты умный молодой человек

и можешь оказать городу неоценимую помощь. Расскажи мне, как себя ведет курсист Кендр. Меня интересуют любые подробности, которые показались тебе необычными. Не стесняйся и не спеши. Смотри мне прямо в глаза и рассказывай.

Фузик, глаза которого немного косили, попытался выполнить приказание буквально и развести их по местам. Когда это у него не получилось, он ограничился тем, что уставился честным правым глазом в лицо Ректора и начал:

– К-к-к-к-к… К-курсист К-к-к-к… Кендр сегодня утром ск-к-к-к… сказал…

– Он все время будет так заикаться? – шепотом спросил Ректор у пана Зелинского.

– Только на букве «к».

Тем временем старательный Фузик, спотыкаясь, добрался до конца фразы. Ректор, который уже успел забыть, что там было в начале, не рискнул попросить повторить, и Фузик продолжал.

– Потом я увидел, к-к-к-к-к… как они взяли к-к-к-к-к… какой-то бюст, привязали к-к-к-к нему веревк-к-к-ку и понесли вверх по лестнице к-к-к-к…

– Я правильно понял тебя: курсист Кендр и его слуга привязали к бюсту веревку и унесли его вверх?

Фузик облегченно кивнул.

– Чей бюст?

– К-к-к-к-к… – начал Фузик.

– У нас в башне стоит только один бюст! – быстро перебил его пан Зелинский.– Мерлина!

– Погодите, я чего-то запутался. Ты не мог бы повторить внятно.

– Я говорю, к-к-к-к-к…

– Лучше напиши! – не выдержал Ректор.

– Это будет еще хуже,– мрачно предупредил целитель.

– Он что – заикается даже на письме? – удивился Ректор.

– Нет. У него почерк чуть хуже, чем у Куриной Лапки.

– Понятно… А он не может обходиться без слов с «к»?

Курсист Фузик грустно покачал головой.

– Бедный словарный запас,– со вздохом прокомментировал пан Зелинский.

– Хорошо, давай тогда так, Фузимир. Я подведу итог, а ты кивнешь. Ты хотел сказать, что курсист Кендр и его слуга взяли бюст Мерлина в холле, привязали к нему веревку и на руках отнесли эту громадину вверх?

Фузик обрадованно закивал и вынул из-за пазухи доказательство – моток измочаленной веревки.

– Вот.

– А где сейчас бюст?

– На месте,– доложил Фузик, светясь от радости, что удалось обойтись без «к».– Стоит в холле.

– Но позволь! Как же он попал в холл, если его унесли вверх?

– Потом они отнесли его обратно!

– Как?

– Они привязали к нему веревкк-к-к-к-к-к-к…

– Веревку,– закончил за него Наставник.– Вы что-нибудь поняли, коллега?

– Я же говорю – к-к-к-к… – обеспокоенно начал повторять Фузик.

– Молчи, ради бога, я не об этом. Зачем им понадобилось тащить бюст вверх по лестнице и затем возвращать его на место? Вот загадка!