Мадам
Шрифт:
Я посылаю очередное сообщение Зои/Ким и отправляю еще одну девочку. Кофе начинает действовать, и я чувствую себя очень даже неплохо. Кроме того, стрелки часов подобрались к десяти, что само по себе неплохо – хорошая новость.
Я никогда не отправляю девочек уже под утро. Я имею в виду в три-четыре часа. Это опасные клиенты, которых труднее всего проверить, кроме того, они наверняка принимают наркотики. У мужчин, которые внезапно в четыре утра решают, что им нужна проститутка, могут возникать такие желания и фантазии, о которых я даже знать не хочу. Такие решения не принимают с бухты-барахты, нет,
Не могу себе представить, при какой нехватке денег я стала бы так рисковать собственным благополучием и своими девочками. Если мне нужен дополнительный заработок, то я просто пораньше включаю телефон, отправляю девочек и днем тоже. В это время мне звонят многие женатики, из дома или из отелей. Сделал дело – гуляй смело, еще и к ужину успеешь.
Обычно если в два часа ночи я и звоню кому-то, так только девочкам, которые пробыли у клиента ну очень долго. Больше никому Обычно я ложусь спать до двух, а еще чаще – в районе полуночи, чтобы выспаться и утром поднять Сэма, накормить его завтраком и собрать в школу. Наш папа нам помогает, но обычно он уезжает на работу в такую рань, что мне и подумать страшно. Но мы уже привыкли.
Постепенно звонки сходят на нет, я докуриваю пачку сигарет, обещая себе, что это последняя на сегодня. Звонит клиент и делает заказ на вторник. Странно, но приятно. Обычно никто заранее девочек не бронирует. Наш бизнес – это немедленное удовлетворение. Но, как я уже сказала, мне приятно.
Около двенадцати мне наконец-то отзванивается Зои/Ким. Она заблудилась, остановилась спросить дорогу, встретила старого друга, ну слово за слово…
– Ничего страшного, – устало отвечаю я. Скорее всего, она попросту познакомилась с каким-то парнем, в результате нарисовалась халтурка.
Но я не против. Пока девочки не переманивают моих клиентов, они вольны работать на другие агентства или сами по себе. Но в данном случае она могла бы оказать мне любезность и сообщить, что не поедет в Западный Роксбери.
Любезность. В наши дни это не более чем просто слово, идея. Как я уже говорила, я не работаю с теми, у кого все в порядке. Так почему я жду, что Зои/Ким окажется нормальной?
И вообще плевать. Уже час ночи. Я отключаю телефоны, вырубаю телик и гашу свет. Скажи спокойной ночи, Грейси!
Глава девятнадцатая
Сейчас клиенты намного реже балуются наркотиками, чем даже десять лет назад, когда я только начинала свой бизнес.
Тогда это был исключительно кокаин, и его нюхали все. И я тоже и даже иногда злоупотребляла, так что не собираюсь никого винить, чья бы корова мычала. Проблема в наркотической зависимости, и это достаточно частое явление в моем мире.
Кстати, сексуальная зависимость тоже существует. Есть клиенты, которые названивают мне каждый вечер, иногда по два-три раза. Они не могут позволить себе заказывать девочек так часто, но даже просто разговор со мной приносит им временное облегчение.
Я пытаюсь отбить у таких типов охоту звонить понапрасну. Они всегда пытаются использовать меня как некий заменитель секса: «А ну-ка расскажи мне еще раз, как она выглядит… Ммм… Какой у нее размер груди? Да ты что? А какой формы? Округлой? Правда? О-о-о-о…» Тьфу! Иногда я подыгрываю, ну, самую чуточку,
Некоторые из них даже осознают свою проблему. Например, Джек Уилсон. Он встречается с моими девочками два-три раза в неделю, иногда вызов длится два часа, и время от времени Джек приглашает сразу двух девочек. Когда он понял, что расходы на проституток выходят из-под контроля, то обратился к психотерапевту.
Он звонил мне около недели назад.
– Привет, Персик, это… Джек.
– Привет, Джек, – обрадовалась я. «Джек» равняется «деньги».
– Ну… короче… Послушай, я должен попросить тебя кое о чем. О любезности. Я прошу тебя оказать мне любезность.
– Конечно, – легко согласилась я. – Что я могу для тебя сделать?
Мой собеседник долго-долго молчал. Я уже начала беспокоиться, а не разъединили ли нас.
– Джек? Ты еще тут?
– Ммм, да, здесь. Просто мне немного… неловко.
Я подняла брови, хотя Джек меня и не видел. Когда постоянно сталкиваешься с действительно странными желаниями, то приходится задуматься, что же, ради всего святого, клиент может счесть неловким. Многое из того, что происходит в моем маленьком мире, лично меня смущает, но клиенты, к их счастью, не подозревают о моем отношении к некоторым их пристрастиям.
– Не волнуйся, Джек, – ободрила я его. – Ты можешь попросить меня о чем угодно, я отнесусь к этому нормально.
Ну, если ты не захочешь маленьких девочек или животных.
– Хорошо, хорошо, была не была! Я… ммм… хочу, чтобы ты меня не обслуживала.
Я моргнула.
– Не обслуживать? – переспросила я.
– Ага. Ну, я имею в виду… ты понимаешь, я пытаюсь не заниматься этим слишком часто… ну, сексом.
Джек, я и не думала, что ты говоришь об отказе от углеводов.
– Я не могу себе этого позволить, ну, не в такой степени, мой психотерапевт говорит, что мне нужно остановиться. По крайней мере, снизить обороты. И я понимаю, что он прав. Понимаю, что вся моя жизнь подчинена сексу. – Джек откашлялся или только изобразил кашель. – Как бы то ни было, проблема существует, и я не уверен, что я с ней справлюсь. На самом деле я совершенно уверен, что я с ней не справлюсь. – Он снова замялся. – Поскольку на самом деле мне не хочется отказываться от девочек, понимаешь? Но я знаю, что должен это сделать. Понимаю, я должен бросить ради моего же блага. Короче, Персик, я хочу сказать, что все равно, скорее всего, буду тебе звонить, но хочу, чтобы ты ко мне никого не посылала.
Тпру, лошадка! То есть ты хочешь названивать мне и говорить, что хочешь принести мне неплохие денежки, а потом я должна тебе сказать: нет, дорогой Джек, но все равно спасибо за звонок?
С другой стороны, Джек был одним из лучших клиентов в течение трех лет. Мы разговаривали с ним практически каждый день. Если бы у меня вообще могли быть коллеги в нормальном понимании этого слова, то Джек больше всего подходил бы на эту роль, поскольку мы «работали» вместе столько времени и с такой периодичностью, и сейчас он попал в беду и просил меня о помощи. Я сделала глубокий вдох и попробовала не думать о своем банковском счете или отсутствии такового.