Мачо чужой мечты
Шрифт:
– Что ты хочешь? – глухо спросил Алексей Николаевич.
– Верни его в Ленинград.
– Он не уедет.
– Боже! Хитрей надо быть, – зачастила Варвара, – ты же знаком со всеми. Позвони ректорам театральных институтов, всем, их не так много в Москве, и скажи: «Сын с ума сошел, возомнил себя великим актером, но никаких данных не имеет. Ни красоты, ни таланта, даже ростом не вышел. Если он провалится на экзаменах, то вернется к профессии врача и забудет о дури, поставьте голубчику самый низкий балл».
Обломается Юра везде и отвалит в Ленинград, а с квартирой ты ситуацию решишь. Но смотри, до Нового
– Типун тебе на язык, – возмутился Юрский.
– Человек должен все предусматривать, – менторски продолжала Варвара, – мы живые люди, значит, смертны. Если погибнем вместе, Юрий получит право на эту квартиру и имущество, на сберсчет в банке и на многое другое, ограбит Лиру, выгонит ее вон. Сообразил? Парня нужно выписать завтра, а еще немедленно составь завещание в пользу дочери.
– Ты права, – ответил отец.
Глава 19
Лира примолкла, я тоже не нашел слов, и мы застыли в тишине. Наконец девушка кашлянула и продолжила:
– Юрий дождался, пока папа и моя мама лягут спать, взял на кухне топорик для разделки мяса и убил их.
– Боже, – покачал я головой, – на что только не идут люди, желая решить квартирный вопрос.
Лира затрясла головой:
– Нет. На суде Юрий был откровенным, он объяснил, что не в деньгах или квадратных метрах дело. Понимаете, он решил восстановить справедливость, говорил: «Алексей Николаевич и Варвара фактически убили мою мать и остались безнаказанными».
– Насколько я понял, Ирина сама шагнула из окна, – перебил я Лиру, – Юрий видел, что никто не толкал его мать.
– Оно, конечно, так, – протянула Лира, – но он говорил о доведении до суицида, об измене мужа, ну и так далее.
– Вы были на суде?
– Да.
– Ребенка допустили на процесс?
Лира кивнула.
– Я поставила условие: или сижу в зале, или, как Ирина, прыгну из окна, не убережете, найду момент. Я за одну ночь повзрослела на двадцать лет, хотела сидеть и смотреть в глаза убийце. Ладно, это ненужные детали. Юрию дали десять лет, а меня отправили в детдом, родственников у меня не было.
– Понятно, – через силу произнес я.
– Никакого образования, кроме школьного, я не получила, – продолжала Лира, – работала после десятого класса в разных местах, деньги нужны на жизнь, сейчас в «Манже» с подносом бегаю.
– В книжных шкафах полно раритетов, – не подумав, ляпнул я.
Лира отшатнулась.
– Ну и глупость вы сказали! Это память о папе!
– Да, действительно, простите.
Хозяйка встала и прислонилась к подоконнику.
– Полгода назад я пришла в гости к подруге, та ребенка родила, дома сидит. Мы с ней про знакомых посплетничали, потом Ксюха телик включила, хотела сериал досмотреть. Я многосерийные ленты не люблю и никогда их не смотрю, но вместе с ней села, чушь несусветная, смех разбирал.
Лира, стараясь не показывать своего отношения к происходящему на экране, смотрела в телевизор. Ксюша, обожавшая «мыльные» оперы, постоянно толкала подругу в бок.
– Во, смотри, они в кровать ложатся! Ой, какой он красивый!
– Кто? – спросила Лира.
– Андрей Вяльцев, – задохнулась Ксения, – глаз не оторвать.
Лира стала рассматривать
– Ноги-то у него, – начала Лира и осеклась.
Голень Вяльцева пересекал уродливый шрам, и камера, очевидно, по недосмотру режиссера показала физический дефект: отсутствие большого пальца на той же ноге. Слишком много совпадений, чтобы они просто были совпадениями.
– Кто он, этот Андрей Вяльцев? – подавив крик, поинтересовалась Лира.
Ксюша закатила глаза.
– Ты первый день творения! О нем все бабы мечтают!
– Ясно! А откуда он взялся?
– Вот, почитай, – сунула Ксюша подруге глянцевый журнал.
Лира изучила интервью, Вяльцев особо не откровенничал, о личной жизни он сказал очень коротко: «Родители давно умерли, я приехал из провинции, поступил в вуз и начал активно сниматься еще на первом курсе. Семьи не имею, свою любовь не встретил».
В душе Лиры поселилась уверенность: Вяльцев – это Юрий, непонятным образом сумевший трансформироваться в Андрея и стать звездой.
Девушка принялась собирать об актере материалы, и чем больше она узнавала о нем, тем сильнее убеждалась, что ее догадка верна. Во всех интервью Вяльцев подчеркивал: разговаривать на тему детства не желает, его доактерская жизнь неинтересна, он предпочитает беседовать лишь о творчестве. А еще Андрей упорно повторял: «Любимой пока нет, я принадлежу своим зрителям и жену выберу из числа фанаток…»
– Шрама на голени и изуродованного пальца мало для установления личности, – возразил я, – это может быть простым совпадением.
Лира уперла руки в боки.
– Ага! В «Манже» ходит женщина, Людмила Сергеевна, она в милиции работает, всегда за мой столик садится. Ну я и попросила ее помочь. Знаете, что выяснилось?
– Нет, конечно.
– Вяльцев Андрей Михайлович умер, вернее, он стал жертвой несчастного случая. Я все выяснила. Актер весьма неохотно сообщил в одном из интервью, что его родина маленький городок Карск. А умерший Вяльцев из того же поселения, но самое интересное не это. Юрий отбывал срок в колонии, около поселка Топилино, именно там, на переезде, и погиб Андрей Вяльцев. Вот так! Есть еще фактики! Мой сводный брат – убийца Юрий Алексеевич Оренбургов-Юрский, отсидел свой срок, был выпущен на свободу и… пропал.
– Как это? – насторожился я.
– Просто! – закричала Лира. – Исчез, испарился, нигде не прописан, не работает, из страны не выезжал. Я тщательно искала его и убедилась: он растворился без следа. А Вяльцев умер, об этом запись есть. И что получается? Юра пропал, зато Андрей воскрес, правда, Вяльцев моложе убийцы, но иногда человек и в шестьдесят тридцатилетним смотрится, редко, но бывает. Если прибавить ко всему ногу! Славно?
Я внезапно вспомнил свою беседу с фитнес-инструктором Сашей Никоновым. Тренер не сумел ничего конкретного сказать о клиенте, в отличие от большинства посетителей спортзала Вяльцев никогда не распространялся о личных проблемах, но один вывод Саша сделал, решил, что актер из профессионального интереса сильно преуменьшил свой возраст.