Люфтваффельники
Шрифт:
И зачем кого-то насиловать, когда с этим делом проблем вообще не было?! Или, почти не было…
Один курсант из 41-го классного отделения, имея хорошего знакомого на втором курсе обучения, позвонил своему «зёме» в злосчастную 10-ю роту. И тот, по телефону шепотом рассказал более подробные обстоятельства этого трагического события в том объеме, которыми владел сам. Итак.
Ничем непримечательный парнишка-тихоня был в городе в увольнении, познакомился с двумя молодыми и симпатичными учительницами начальных классов. Они пригласили его к себе в общежитие, посидели, отдохнули, выпили. Тили-тили,
В качестве отправной точки были наручные часы «Seiko». Парень сразу все понял, жутко перепугался, сбледнул с лица и слезно попросил дежурного по роте выпустить его через черный ход, за эти самые «Seiko».
Дежурный сержант больше из чувства мужской солидарности, чем из желания обогатиться на редкие и дорогие часы, открыл запасной выход. Беглец выскочил на улицу и, сразу напоровшись на милицейскую машину, испугался еще больше и, свернув за угол здания, попал на территорию поста у вещевого склада.
Этот пост не имел выгороженной территории, и часовой фактически гулял в неком каменном мешке небольшого дворика.
На посту стоял «минус» — первокурсник. Беглец наплел ему басню, что возвращается из самоволки и прячется здесь от проходящего мимо офицера. Пока «минус» хлопал ушами, «насильник-террорист» напал на него и отобрал автомат. Выскочив с территории поста, он по жуткому для себя стечению невезучих обстоятельств, сразу столкнулся с дежурным по училищу подполковником Дудкиным и, услышав его безобидный вопрос, окончательно ошалев от страха и потеряв способность адекватно мыслить, влупил очередь практически в упор, но промахнулся. К счастью для Дудкина естественно!
Тем временем, обиженный «минус», лишившись своего персонального автомата, позвонил начальнику караула и пожаловался на хулигана-второкурсника. В подтверждении его слов, в вечерней тишине прозвучала автоматная очередь…
Ну, а дальше, уже все знаете. Побегав более двух часов по территории училища и осознав, что выбраться за пределы «колючки» ему не светит, замерзший и окончательно обезумевший парень забился в глухой угол опять же на территории поста вещевого склада и, проигнорировав все обещания генерала о честном расследовании, застрелился.
Кровавое пятно на стене здания многократно и старательно закрашивали, но оно неизменно проступало вновь и вновь. В результате, пост у вещевого склада вообще был снят, чтобы не нервировать курсантов, заступающих во внутренний караул.
По непроверенным слухам, оскорбленные дамы — учительницы начальных классов моментально забрали из милиции свое заявление о групповом изнасиловании, сняли все претензии и были таковы, а в дело вступили прокуроры и чего-то там долго мудрили.
Что именно наваяли прокуроры, нам никто ничего не сказал. Вот в принципе и все. В своих невеселых беседах на данную прискорбную тему, курсанты никого не обвиняли и никого не оправдывали. Нам просто не хватало объективной информации, а узнать подробности было не у кого…
На утро, весь личный состав училища экстренно построили
Суровый старик выглядел очень уставшим. Генерал не проронил ни единого слова. Он только медленно шел вдоль строя курсантов, иногда останавливаясь и пристально вглядываясь, как будто хотел что-то увидеть или услышать или почувствовать…?!
В его руке, на полусогнутом пальце висели часы на металлическом браслете — японские наручные часы «Seiko».
47. Легенда (сказка, рассказанная на ночь в военном училище после очень тяжелого дня)
Молодой и суровый рыцарь помпезно и шумно праздновал свою свадьбу. Его невеста была самой красивой и образованной девушкой в ближайшей округе.
Буквально накануне свадьбы ее родственники забрали благочестивую деву из женского монастыря, где она вела праведный образ жизни в смирении и молитвах.
Многие знатные рода мечтали породниться с могущественным рыцарем и выдать за него своих дочерей. Но такой чести удостоился благородный и давно обедневший древний род, главным богатством которого на сегодняшний день была юная красавица.
Впервые своего будущего мужа, девица увидела уже на своей собственной свадьбе, которая торжественно и церемонно проходила в огромном зале неприступной крепости рыцаря. Невеста не желала этого брака, но как было принято в те суровые времена — мнение прекрасной девы никого не интересовало.
Все, что она успела узнать о своем супруге, это были обрывки из героических баллад, восхваляющие смелость и силу рыцаря, его молодость и красоту, искушенность в любви, полководческие таланты и неукротимую ярость, с которой он безжалостно крушил многочисленные полчища своих заклятых врагов. Число славных побед рыцаря было велико, и слава его была нетленна.
Вокруг величественного замка рыцаря, за неприступным рвом с водой, лежали его обширные владения. Земли сурового воина простирались от горизонта до горизонта. Верные подданные рыцаря почтительно преклоняли свои головы и становились на колени, когда опускался подвесной мост и благородный рыцарь, закованный в железные доспехи, выезжал из ворот мрачной крепости на своем верном боевом коне.
Завидев рыцаря верхом на огромном коне, многие крестьяне поспешно падали ниц прямо на землю и замирали в благоговейном ужасе, ибо конь рыцаря имел весьма дурную славу из-за очень свирепого норова. Могучее животное, закованное в тяжелые железные латы, легко сбивало человека с ног и могло безжалостно и жестоко искалечить замешкавшегося беднягу или даже яростно затоптать до смерти своими страшными копытами. Преданный конь признавал лишь только одного седока — своего хозяина-рыцаря.
Много было выпито доброго вина на роскошной свадьбе. Еще больше было сказано изысканных слов о неземной красоте прекрасной невесты и о славе великого воина.