Люфтваффельники
Шрифт:
Пиночет, бляха-муха, собственной персоной?! Атас, парни! Пипец! По казарме 4-й роты молниеносно пролетел стремительный ураган, мгновенно поднявший всех курсантов с кроватей, а постельные принадлежности хаотично взвились до самого потолка…
Еще не успели одеяла и подушки, сорванные неведомой силой с кроватей, упасть на пол, как все 144-ре курсантских тела поголовно стояли в центральном коридоре, благоговейно затаив дыхание. Причем, готовые выполнить любой приказ партии и правительства. Немедленно и беспрекословно!
Командир первого учебного батальона полковник
— Так то лучше, дорогие мои детишечки. А теперь все дружненько выстраиваемся в колонну по одному и организованно заходим в «ленинскую комнату» на внеочередной медицинский осмотр.
Какой, в сраку, экстренный мед. осмотр посреди ночи?! Совсем с башкой ку-ку?! А днем эту процедуру нельзя провести?! Всего три часа до подъема осталось. Что за спешка? Эпидемия ящура, что ли?!
Выстроились в длинную цепочку, ждем. Парни из 41-го классного отделения по одному исчезали за дверью «ленинской комнаты» и вскоре выскакивали оттуда с пунцовыми щеками, спешно подтягивая армейские труселя семейной модели почти до ушей. Стараясь не отрывать смущенного взгляда от пола, курсанты после мед. осмотра молча пробегали мимо. Все осмотренные спешили упасть в койку и баиньки. Оно и понятно, сон в военном училище — дефицитная роскошь. Не успеешь урвать положенное время, будешь весь день клевать носом и устало, шаркая по асфальту, таскать тяжеленные сапоги на манер доходяги-сомнамбулы.
Чего смотрят то?! Хоть бы кто намекнул… но, все курсанты пробегали мимо абсолютно молча, стыдливо пряча глаза… Непонятно?!
Тем не менее, живая цепочка двигается достаточно быстро, вот подошла и моя очередь.
Захожу в «ленинскую комнату», на входе стоит наш командир роты капитан Нахрен со списком личного состава, чуть поодаль майор милиции… офигеть?! А менты здесь с какого перепугу?! В центре помещения на стуле, прямо под бюстом В.И.Ленина, сидит молодая красивая докторша из нашей медсанчасти. Лицо уставшее, взгляд напряженный, но все равно безумно красивая…
Ротный сделал карандашом отметку в списке личного состава и огласил мою фамилию.
— Курсант Симонов 45-е к/о!
Приблизившись к докторше, замер в нерешительности. Ну, мол, смотрите, вот он я. Капитан Нахрен, видя мою нерешительность, тихо скомандовал.
— Трусы снимай!
— Чего?
— Трусы снимай, бестолочь! …до колен.
Чувствуя, как мои щеки покрываются густым румянцем, лихорадочно суетясь и путаясь в безразмерной тряпке синего цвета с неожиданным названием «трусы», наконец-то с трудом развязал давно и безнадежно растянутую резинку с многочисленно накрученными узлами. В результате моих хаотичных манипуляций трусы позорно свалились на пол.
— Оголи головку!
— Чего?
— Совсем тупой, что ли?!
…твою мать, стыдно то как! Стыдно оголяться перед красивой молодой женщиной, да еще и в присутствии посторонних мужиков в форме… Бред какой-то…
— Поверни влево, вправо… подними кверху…
Что за херь, не понимаю… что же это за мед. осмотр такой?! А самой молодой докторше доставляет
— Свободен! Следующий!
Стремительно выскакивая из ленинской комнаты, на бегу натягиваю трусы с неприлично растянутой резинкой, и стараюсь не смотреть на ребят, ожидающих своей очереди на странный мед. осмотр.
Стыдно, твою…, как скот какой-то! И докторша тоже… Рассматривала писюн в упор с такой скрупулезностью и дотошностью, как будто никогда не видела. Влево, вправо, подними, опусти, открой, закрой! Осталось еще покрутить словно пропеллером?! Для завершения полноты картины надо было еще встать раком и ягодицы раздвинуть?! Что за порнография?! Веселенький мед. осмотр, ничего не скажешь!
Утром наше училище ВВС гудело как растревоженный пчелиный улей. Все курсанты были в полном недоумении и под впечатлением от ночного осмотра персональных гениталий, да еще и с пристрастием. Как оказалось, подобный мед. осмотр с эротическим уклоном прошел во всех подразделениях без исключения. Более того, пятерых ребят из 9-й роты ночью взяли под стражу и посадили на гауптвахту, во как?!
Различные слухи летали над всей территорией училища, повсеместно плодясь и многократно множась. Неопределенность ночных событий будоражила курсантские умы, внося нервозность и смятие в юные души, а сути происходящего никто не знал… Догадки и домыслы были один страшнее другой…
На перемене между уроками, Витя Копыто, обильно брызгая слюной и захлебываясь в праведном возмущении, эмоционально бухтел.
— Парни, а может они — пидары?!
— Кто?
— Ну, те пятеро, которых посадили?!
— Тогда бы у нас очки смотрели на предмет износа и потертостей, а не …наоборот!
— А может в училище эпидемия сифилиса или гонореи?! У кого с конца закапало, тех и забрали!
— С гнилыми свистками забирают в изолятор мед. санчасти и колют болезненный бицеллин полными шприцами в волосатую сраку до полного излечения, а не закрывают в камере с прочными решетками. Чай не в средние века живем, когда больных чумой сжигали на кострах еще живыми…
— Это?! А помните, нам на политинформации говорили, что на империалистическом западе какой-то СПИД появился?! Заразный, что полный пипец!
— А мне кажется…
Киевлянин Лелик Пономарев, устав слушать откровенный бред, вставил свою весомую реплику.
— Мужики, хорош голову ломать и мозги сушить! У меня зёма (земляк) в 9-й роте учится. На завтраке в столовой успел шепнуть, что те парни в наряде на свинарнике стояли и кого-то там … якобы изнасиловали?!
Витя Копыто от услышанного взвился, чуть ли не до потолка, выпучив безумно глазенки и заводя самого себя.
— Ага! Зоофилы, что ли?! Ни хрена себе?! И все пятеро на свинью позарились?! Обалдеть! Никогда не поверю?! В городе куча общежитий с красивыми девчонками… Если даже все пятеро арестованных — нац. кадры, все равно им к свиньям нельзя прикасаться! Им этого… как его… ушастого ишака подавай! Так ведь, Фахраддин? У вас ведь в горах экзамен на мужскую зрелость на ишаке сдается?