Людоеды
Шрифт:
В метательный механизм — ковш — вместо каменной глыбы засунули трое пеших иродов и выстрелили ими по стойбищу приматов.
— Ахуе… рене… ть можно-о-о… — затянул Вежновец.
— Нам стрелять уже — бить их влёт? — затарахтела над ухом Баклицкая.
— Да тут из пулемёта не сразу попадёшь!
Оставалось надеяться: ироды расшибутся насмерть. Ожидания людей не оправдались. Исчадия оказались выносливыми, к тому же приземлились точно на задние лапы, аки кошки. Ими и занялись воины-дикари. Расправились быстро, уложив иродов до очередного выстрела.
На этот
Да чему быть, того не миновать.
— Подать сигнал! — приказал Паша распалить огонь, чтобы их соратники по оружию увидели чёрный столб дыма. А это был условный знак — при общении меж ними на расстоянии.
Что ещё могли придумать ироды — только то, что уже опробовали — выстрелили цепными псами. И разом почти двумя десятками.
Под град стрел и угодили. Расчёт лучниц оправдался на 100 и более процентов, поскольку пробитые стрелами тела мразей падали обратно к ним за ров с забором во двор меж бараками. Долго ли вытащить, а приходилось ещё и добивать их собственными силами, не отвлекая мужчин от крепостного стены.
Люди ждали новой атаки со стороны иродов — и штурма, поскольку до исчадий должно была дойти бессмысленность обстрела приматов живыми снарядами. Поэтому заклятые враги перешли на каменные глыбы.
— Ух… Воздух… — зашёлся Вежновец.
Обошлось. Первый валун совершил перелёт. Подкорректировав механизм на дальность стрельбы простым способом оттискивания катапульты назад, ироды произвели повторный выстрел. На этот раз глыба зарылась в землю, обрушивая часть рва.
— Ха-ха… мазилы… — рано радовались защитники.
Ироды снова внесли поправку, подав метательных механизм ближе на глаз настолько, что должны были уже угодить в лагерь приматов прямой наводкой. Да стрелки из них, а те ещё наводчики со снайперами — новых два снаряда улетели — один левее, иной правее.
Как и водилось у иродов — цели достиг один снаряд из десяти, зато разнёс часть барака. Лучницы понесли потери, лишившись двух дикарок убитыми и одной практикантропшей, а столько же ранеными, в виду торчащими в их телах острыми и длинными щепками.
Вежновец помнил, что у них есть тайный лаз в логово троглов, по нему можно было незаметно зайти иродам за спины и напасть, стараясь добраться до убойного механизма. Но слишком рискованно, проще покинуть лагерь и уйти к реке, забрав по дороге шлюп и спустить его на воду. Да народу много. Поэтому из чисто меркантильных соображений решил для начала отправить посыльного к практикантропам за пределы лагеря, а затем уже действовать по ситуации — если помощь не придёт, а и толку от неё будет мало — придётся покинуть лагерь в уже много уменьшенном составе и действовать в соответствии с задумкой о шлюпе.
— Как же так… — негодовал он. — Ведь всё уже налаживалось… и на тебе! Опять эти ироды-ы-ы…
Исчадия изменили тактику, отказавшись наотрез от бомбометания. Похоже, у них закончились
— Лучницы… — подал команду Вежновец. — Пли-и-и…
В иродов полетел град стрел. Около десятка исчадий упали, оставшись лежать подле рва. Они стремились завалить яму охапками наломанной кустарниковой растительности. Кто-то из подстреленных иродов оказался недобит, однако кончать с ними женщины не стали, хотя им было сложно сдержать себя. Да понимали: стрелы надо беречь — и потом осталось всего на один залп. Слишком быстро расходуемый материал.
Ироды как водится, нанесли очередной удар. Из их стана выскочили пращники и принялись забрасывать камнями защитников на стенах забора.
— Не стрелять в них… — видел Вежновец: особой нужды тратить на них стрелы — им не с руки. Приказал придержать на пеших иродов с бивнями, а лучше тех, кто восседал верхом на ящерах. И приближаться к стенам стойбища приматов не спешили, отправив вместо себя пеших воинов.
Около четырёх десятков потрясая бивнями, кинулись в ров и на стены. Их поддержали из-за спин три десятка пращников. Начался настоящий приступ. Ироды пошли на штурм. Им противостояло около двух десятков воинов из числа защитников. Ну и лучницы.
— Давайте, девки! Стреляйте в них! Только наверняка! Бейте, гадов! Не промахнитесь… — закричал Вежновец.
Ему досталось вскользь булыжником по голове. На забор обрушился новый каменный град, а в сторону рва с иной стороны полетели стрелы. И ещё около полутора десятков иродов споткнулись, теряя равновесие. Зато иные появились уже на стенах. Завязался нешуточный бой. Защитников опрокинули с забора, и они подались спешно укрываться в бараки.
Ироды ликовали. Они овладели бревенчатой стеной, принялись разбирать её — один из пролётов, сваливая на глазах у защитников в ров, куда вот-вот по переправе ворвутся всадники со сворами нагров и довершат окончательно разгром не столь примитивных приматов, как показалось на первый поверхностный взгляд.
Да рано уверовали в победу.
— Пойло! Палите его и кидайте в забор! — сообразил Вежновец, что необходимо сделать в данной нестандартной ситуации.
Ироды не ожидали столь неожиданного выпада от приматов, дрогнули и отступили, поскольку парочка из их сородичей сейчас собой напоминала злых духов огненной стихии, и носились, пока не упали и не сгорели дотла.
Периметр забора с западной стороны лагеря практикантропов пылал, объятый гигантскими языками пламени, напоминая пожарище. Им они и отвлекли от себя внимание иродов.
— Уходим, пока ещё не поздно, — заявил Вежновец, следуя спешно к пролому в земле. Лезть в логово троглодитов, даже зная, что там их больше нет, было ничуть не страшнее, чем вновь столкнуться с иродами.
— Стойте! Погодите! — закричала Ворона.
— А чтоб тя, птицу! Ишь ты её — раскаркалась!
Она сумела разглядеть поданный ей издалека сигнал. Кто-то размахивал с верхушки лысой горы факелом, запалив костёр, от которого в небо стал подниматься клубами белый дым.
— Это наши! Они близко! — вторила ей Баклицкая.