Люди моря

Гримо Мишель

«Никогда не видал такую крепкую и крупную женщину. Правда, на мой вкус она несколько… ну, диковата, что ли… Но нельзя сказать, чтобы это было совсем уж неприятно… Пожалуй, руки крупноваты, слишком широки… И одежда ей не по росту! Где я мог видеть что-то подобное? Ясно, бог ты мой! Она кочевница!»

При этом открытии, он, как это ни удивительно, не испугался, а, напротив, успокоился…

«Что-то будет! Но это потом…»

Мозг его заработал быстро, трезво оценивая положение: нельзя не понять, что ей просто некуда деваться. А он рискует скомпрометировать себя. А что если…

«Во-первых, не надо

соваться в малый зал: там сидит братец! Уж он-то узнает кочевника с закрытыми глазами. Надо подняться на террасу и по возможности быстро…»

Цила вообще потеряла способность что-либо понимать. Поняла только, что этот мужчина пытается ее выручить. Проследовала за ним до дверей скоростного лифта.

– Надеюсь, сердце у тебя в порядке! – сказал ей молодой патриций, нажимая кнопку в кабине.

Резкая тяжесть навалилась на Цилу вместе с ощущением сильной тошноты… Кабина остановилась. Она с трудом вышла, но свежий воздух привел ее в чувство. Перед ними и под ними – освещенный, изумительный город.

– Нельзя задерживаться, скорее! – он потащил ее на середину террасы. Цила чуть не зарыдала от радости, когда увидела небольшую космическую ракету, укрепленную на стапеле из серебристого металла. Он помог ей расположиться в кресле кабины, а затем отступил немного назад и по прошествии нескольких секунд она услышала его голос:

– День добрый. Я 700-01-0003-S0042-VU. Прошу разрешения на взлет в частном секторе на малой космической ракете…

– Безусловно, светлейший! Ваш канал Р-9 вертикально от вас через двадцать шесть и девять десятых секунды.

Громовой рев запущенных реакторов, легкая дрожь корпуса… Патриций повернулся к Циле:

– Итак, летим. Где вас высадить – в пустыне?

Цила покраснела:

– Догадались?

– Ну, не так уж это было трудно.

– А почему помогаете мне?

– Тому есть пропасть самых противоречивых причин… Например, потому что у вас прекрасные огненные глаза и безобразные, ужасно грубые руки…

– Я ничего не понимаю…

– Не суть важно… Ну, например, мне было скучно, а вы красивая… Красивая красотой отличающейся от моего мира. Где вас высадить? Посмотрите в иллюминатор.

Цила подчинилась, но тут же отпрянула, голова пошла кругом – под ней была половина Земли!

– Мне тут не сориентироваться.

– Но в город вы как-то все-таки попали?

– Три дня верхом ехали на север с того момента, как покинули племя. Километров триста пятьдесят… На западе от лагеря, как помнится, было большое болото в трех днях езды. Кажется так и было…

– Небогато. Это вполне годится для электронно-вычислительной машины…

При помощи радио он связался с городским вычислительным центром – гигантским искусственным мозгом. И в конце концов маршрут был рассчитан. Начался спуск. Пустыня уже была почти под днищем корабля, когда видеофон захрипел.

Он выключил изображение, но звук убирать не стал.

– Алло, алло, корабль 700-01-0003-S0042-VU! Незамедлительно свяжитесь со Службой безопасности!

– Я занят, черт побери! Спокойной ночи! – и оборвал связь.

4. МЕРТВЫЙ БЕЗЫМЯННЫЙ

Возвращение не было столь быстрым, как вылет. Малые космические корабли довольно плотно заняли все трассы над городом, поскольку только

что на земную орбиту вышел межпланетный гигант. И в этой ситуации конкуренция едва ли возможна! Расход на взлет и посадку такого супергиганта ставил на грань истощения все системы… Кроме того, их форма не отвечала никаким законам аэродинамики, и их приземление не было прогулочкой по лесу.

Многочисленные путешественники космоса, туристы, деловые люди или исследователи земных недр – все торопились проскочить в город как можно скорее, пока посадка межпланетного корабля еще не началась…

Из космического и воздухоплавательного центра его направили по довольно широкому витку вокруг города над пустыней и океаном А. Пришлось подчиниться.

В конце концов аппарат приземлился на исходной стартовой площадке. С некоторой робостью юноша осмотрел террасу, прежде чем ступил на нее. Ни души! Странно все это… Непременно надо ожидать какого-нибудь подвоха. «Не верится что-то мне в их беспечность. Едва ли теперь меня оставят в покое…» Собственно говоря, ему никогда не приходило в голову изучать пределы своих привилегий и обязанностей, но эта последняя выходка едва ли покажется старцам из Высшей Администрации такой уж особенно забавной…

– Да пропади все пропадом! Натура дура, судьба индейка, а жизнь – копейка!

Он опустился в салон. Большинство гостей разошлось, а от агентов безопасности не осталось и следа. Попытался было принять участие в светской болтовне в салоне, но скоро отказался. Все эти молоденькие красавицы и красавчики по сути дела уже давно состарились. Циничные, разочарованные и в конечном счете трусливые и безгранично язвительные…

С крыльями, подрезанными двумя тысячелетиями официального реализма и безопасности…

– Неспособны даже представить себе, что на глиссере можно обогнуть землю по экватору. Только и слышишь: «Вы шутите, светлейший!» В одной подобной авантюре случилось пятнадцать аварий в системе питания, более тридцати нарушений видеотелефона и радиопередачи, а это, знаете ли, чересчур… Коэффициент безопасности стремительно понижается…

– Нет, я этой вечерники не переживу! Пойду-ка я лучше лягу спать.

Он направился в спальню. Робот-секретарь посоветовал ему сон в вибро-кровати, поскольку еще остались недоделанные дела.

– Э, нет. Мне требуется долгий сон. Спокойной ночи!

– Светлейший!

Когда его разбудил голос робота, он не мог толком сказать, как долго длился его сон, но почувствовал, что отдохнул, и ум его опять ясен.

– Да! Ну, что такое?

– Вас просят к видеофону самым настоятельным образом. Это справа от кабинета вашего отца, светлейший…

– О! Это кое о чем говорит. Передайте, чтобы подождали, я сейчас буду.

Он наскоро оделся и отправился в апартаменты отца, практически пустые в его отсутствие. В тот момент, когда он ступил на порог комнаты, он несколько замешкался, заметив двух человек в мундирах Службы Безопасности, застывших в непринужденных позах в углу прихожей. Хотел было сразу поинтересоваться, что они тут потеряли, но изменил намерение и подошел поближе к экрану. Новая неожиданность! Он рассчитывал увидеть усмехающееся и язвительное лицо отца, но перед ним возникла строгая физиономия федерального советника правосудия…