Люди легенд
Шрифт:
— Огонь!
И зимнюю тишину нарушил треск автоматных и пулеметных очередей; точно били партизанские минометы. Гитлеровцы пытались развернуться в боевой порядок, но огонь партизан нарушил их ряды. Среди карателей началась паника. Немецкий офицер, угрожая оружием, старался остановить бегущих, но страх был сильнее угроз…
Кто-то из партизан, сам того не зная, высказал затаенную мысль секретаря райкома:
— А неплохо было бы пощупать, как чувствуют себя немцы в самом Трубчевске?
Бондаренко рассказал о думах партизан на заседании штаба. И вот совместно с другими партизанскими отрядами Брянщины был разработан
— Откладывать операцию нельзя, будем наступать, — сказал Бондаренко. Такого же мнения был и командир одного из украинских отрядов Сабуров, участвовавший в операции.
2 февраля 1942 года вереница подвод под видом крестьянского обоза с дровами и сеном вошла в город, молчаливо проследовала через городскую площадь, остановилась и… «заговорила».
Гитлеровцы не ожидали столь дерзкого налета. Шесть часов продолжался бой. Фашисты оказывали упорное сопротивление, цепляясь за каждую улицу. Но никакая сила не могла сдержать натиск народных мстителей. Город был взят.
Партизаны захватили большие запасы оружия, боеприпасов, продовольствия. И самое главное, еще раз показали, что фашисты могут быть биты при любых обстоятельствах.
Жители города приветствовали своих освободителей. На площади состоялся летучий митинг, на котором выступил «казненный» секретарь Трубчевского райкома партии Алексей Дмитриевич Бондаренко.
Вечером партизаны оставили город. Вместе с ними в Брянские леса ушли 400 освобожденных из плена бойцов и командиров Красной Армии, 60 красноармейцев, находившихся в немецком госпитале на положении «тяжелобольных», 12 врачей и медсестер, узники гестапо и жители города, которым нельзя было больше оставаться в Трубчевске. Отряд значительно вырос.
Разгром вражеского гарнизона в районном центре послужил толчком к росту все новых и новых партизанских отрядов и групп самообороны. В селах Острая Лука и Дольск был создан партизанский отряд имени Ленина. Жители селения Радутино организовали отряд имени Кутузова. Рябчевские и мондуровские колхозники объединились в отряд имени Куйбышева, жители Яковска и Копылина влились в отряд имени Орджоникидзе. В сорока населенных пунктах Трубчевского района насчитывалось около полутора тысяч членов групп самообороны.
Партизанское движение охватило и другие районы Брянской области. Но были у партизан в первое время и слабые стороны: разрозненность, отсутствие сведений о соседях и противнике. Иногда получалось и так: один отряд, проведя успешно операцию, захватит богатые трофеи, а другой сидит без хлеба и патронов. Или, скажем, десять разных отрядов ведут разведку в одном направлении, бросая на это сотни людей, а одиннадцатый отряд уже давно имеет все нужные сведения.
Все это волновало Бондаренко. Он понимал, что наступит момент, когда немцы начнут широкое наступление на Брянский лес. «Нет, в одиночку бороться нельзя» — подвел итог своим мыслям Алексей Дмитриевич. Он пишет письмо секретарю соседнего Выгонического райкома партии Фильковскому: «Дорогие друзья!
Выгонические товарищи ответили: «Мы за объединение отрядов и за централизованное руководство партийными организациями. Ты член обкома — тебе и карты в руки. Берись за это дело, рассчитывая на нашу полную поддержку».
Орловский обком партии и Военный совет Брянского фронта положительно отнеслись к объединению партизанских отрядов и приказом от 23 апреля 1942 года назначили командующим объединенными отрядами юго–западных районов Орловской области Д. В. Емлютина, комиссаром — секретаря Трубчевского райкома партии А. Д. Бондаренко, начальником штаба — капитана В. К. Гоголюка. Вместе с приказом пришло из центра и сообщение о том, что скоро в расположение партизанского лагеря прилетит самолет. Эта радостная весть быстро облетела отряд. Налаживалась постоянная связь с Большой землей — значит, будут боеприпасы, продукты, письма от родных, свежие газеты.
Краснозвездный самолет приземлился на лесном аэродроме ночью. Первую воздушную трассу к партизанам Брянщины проложил летчик Владимир Ярошевич из гвардейского полка майора Трутаева. Алексей Дмитриевич крепко пожал руку летчика, поздравил его с первым рейсом на Малую землю и горячо благодарил за газеты.
— Это же наше оружие, не менее эффективное, чем автоматы и пулеметы.
После коллективных читок в отряде номера газет переправлялись в город и села. Люди теперь были в курсе всех событий на фронте и в тылу.
С той памятной ночи связь с обкомом партии и Военным советом фронта стала регулярной. Во второй половине мая Бондаренко запросил Большую землю, чтобы отряду дали разрешение провести операцию на железной дороге в районе Брянск — Гомель. Эта магистраль давно привлекала партизан. Приказ был получен. На коротком совещании командиров пяти партизанских отрядов Трубчевского и Выгоничского районов комиссар разъяснил цели операции: «Если дорога будет бездействовать хотя бы два дня, то это значит, что к фашистским войскам на фронте не подойдут десятки эшелонов с танками, артиллерией, солдатами. Пушки и танки на передовой не получат боеприпасов и горючего.
Дорога охраняется. Коммунисты и комсомольцы должны показать пример бесстрашия и мужества».
В ночь на 22 мая в упорном бою партизаны овладели в нескольких местах одновременно железнодорожным полотном… Разрушены пути, перерезана телеграфная и телефонная связь. На пятнадцать суток вывели партизаны из строя этот важный участок дороги.
Военный совет Брянского фронта дал высокую оценку проведенной операции.
В конце августа 1942 года большая группа командного состава партизанских отрядов Брянщины и Украины вылетела в Москву на прием к руководителям партии и правительства. Об их отъезде пронюхала вражеская разведка. Гитлеровское командование посчитало этот момент удобным, чтобы раз и навсегда покончить с партизанами. К массиву Брянских лесов были стянуты части разных родов войск: и гренадерские полки, и артиллерийские дивизионы, танковый и саперный батальоны — в общей сложности до 50 тысяч боевых единиц.