Люди Дромоса

Бурак Анатолий

Но тётенька, тем не менее, исправно принесла чай и, выслушав указание Генерала "никого не пущать" удалилась.

Виктор поставил на стол коробку с кусковым сахаром, и я тут же захрустел, нимало не заботясь о сохранности зубов.

– Ну, и?..

– Да, понимаешь, Рита во Франции застряла. Паспорт украли…

– Бывает.

В голосе Виктора не слышалось ни малейшей заинтересованности. Скорее, сквоозило скрытое злорадство, типа "мы же вас предупреждали". Вон значит как. Но

я пришёл за помощью, и уходить без неё не собирался.

– Что значит, бывает? И ты считаешь это ответом?

– Чем плох мой ответ? Не хуже других.

– Но и не лучше.

Виктор с усмешкой покачал головой и отхлебнул чайку. Я же трущил рафинад, не сводя с него требовательного взгляда.

– Ну, чего уставился?

– Ай-ай, Виктор Петрович. Нехороший ты, оказывается, человек. Можно сказать, овощное растение семейства крестоцветных.

– Каких ещё красноцветных?

– Raphanus sativus.

– Ты мне голову-то не дури. Интеллигент.

Нет, хорошо у него это получается. Смачно так, колоритно. Вроде и ничего такого, а сразу всё всем становится ясно.

– А!
– Махнул я рукой.
– Редиска ты, Генерал.

Всё ж, за героическими буднями, он нашёл таки время посмотреть "Джентльменов удачи", так как заулыбался.

– А чего ты ожидал, скажи на милость. Что я прямо сейчас подниму взвод "Альфы" и помчусь брать штурмом Париж?

– Нафига штурмом-то? Просто, позвони, кому надо. Пусть паспорт побыстрее выпишут.

– Ага, как самостоятельными быть, так мы уже взрослые. А как цыплёнок табака в попку клюнул, так сразу к папочке?

Ну, не стервец ли? Но я, как можно небрежнее, пожал плечами.

– Да я и сам могу. Просто, думал всё сделать официально.

– Вот пусть и будет, официально. А выказывать слишком явный интерес к Маргарите Львовне я не хочу. Итак, желающих сунуть нос в наши дела - выше крыши.

Что ж, может он и прав.

– Ну, как знаете, господин Генерал.

– Отставить!
– Рявкнул он.
– Ты мне это брось.
– И, уже помягче.
– Вы ведь не дети, Юрий. И должны понимать, что, владея любыми материалами, вывезенными с Земли-2, вы все подвергаетесь риску. Самостоятельности им захотелось, видишь ли.

– Так что же делать?

– Я всем вам ещё два года назад сказал, что делать. И что мы имеем? Вы по-прежнему занимаетесь самоуправством. В общем, в этой ситуации я тебе не помощник.

– Ладно.

– Охрану бы всем вам…

Да уж блин. Стоит только рядовому гражданину что нибудь заиметь, будь то лишний миллион, или какую нибудь, мало мальски любопытную информацию, в которую непременно найдутся желающие сунуть нос, и прости прощай спокойная жизнь. И уже, вольно или не вольно,

а приходится окружать себя целой сворой церберов, секретарей и прочая и прочая и прочая… А разве ж это жизнь? Нет, для кого-то, может и в кайф поизображать крутого босса, но я уж точно не из таких. Да и Лёнька тоже. Насчёт Маргариты Львовны не уверен, но, раз за два года не заболела звёздной болезнью, значит - наш человек.

Я попрощался с Виктором, сказал "до свидания" секретарше и, взяв у охранника на выходе красную книжечку, удостоверявшую мою принадлежность к новым опричникам, вышел за порог.

– Юрий Андреевич?

Определённо, я становлюсь популярен. Пусть даже и в узких кругах.

– Чем обязан?

– Да, собственно, не обязаны. Просто, давно мечтал с Вами познакомиться.

– Так в чём проблема? Знакомьтесь.

– Ах да.
– Он протянул руку.
– Смыслов. Генрих Свиридович. В некотором роде ваш коллега.

Я усмехнулся. Иш ты, коллега. Но любопытство хуже похмелья и я принял приглашение. Мы сели в чёрный "Сааб" и поехали.

Как я и предполагал, прибыли в заведение, в чём-то родственное тому, которое возглавлял Генерал. Да и отрекомендовался он, если помните…

Снова мраморные ступеньки, красная ковровая дорожка и гипсовые бюсты шибко отличившихся на славном поприще служения великому делу. Впрочем, если уж продаваться на всю жизнь в добровольное рабство, то уж обязательно чему-то большому и значительному. С непременными атрибутами вроде Званий, Должностей и висюлек на лацканы пиджаков и мундиров.

Секретарша, правда, помоложе, и сквозила у ней во взгляде такая стервозность, что я невольно пожалел хозяина кабинета. Ну, нельзя, в моём понимании, всё время иметь под боком ту, с которой делишь постель. Женщина и работа вещи взаимокомпенсирующие.

Вы говорите, а как же Инна?

Но, должен вам сказать, что я никогда не относился к тому, что я делаю как к службе. Мне просто интересно. Да и сейчас тоже, если честно, энтузиазм не угас. Этот же, явно использовал служебное положение для удовлетворения собственного либидо. Вернее, они оба использовали.

И это внезапное понимание, помимо воли настроило меня отрицательно. Да, да. Вот так - на уровне эмоций - я принял решение до начала разговора.

Но, если разобраться, то, что он предлагал, было в любом случае неприемлемо.

– Чай, кофе?

– Минералку. Если можно, минскую, номер четвёртый.

Он распорядился. Козочку, оказывается, звали Элеонора. Воду принесли в запотевшем бокале, и я отдал должное дипломатичности хозяина кабинета. Просил Минскую - пожалуйста. Ведь, кто его на вкус разберёт. Вроде как похожа.