Люди Черного Креста
Шрифт:
– Убью! – поцедил сквозь зубы Виктор.
– Расслабься, – поморщился Кошкодер. – Джузеппе в этом плане нормальный мужик.
– В каком «в этом»?
– Купец даже у Инквизиторов остается купцом и в первую очередь блюдет свою выгоду. Скажу больше: орденские торговцы – вообще самые пронырливые. Я имел с ними дело и знаю, о чем говорю, уж поверь.
Вообще-то да, до того как пойти в ландскнехты, Кошкодер и правда торговал с Инквизицией.
– Если бы не они, я, может, вообще бы не разорился, кстати, – задумчиво
Рекомендация была какой-то… не очень однозначной, в общем.
– Короче, я это к тому, – продолжал Кошкодер, – что если Джузеппе будет выгодно плыть с мутантом, он возьмет его на корабль. Власть Инквизиции в море заканчивается, а сейчас… Сейчас, похоже, она кончилась и на суше. Джузеппе это уже просек, так что за свою подругу не волнуйся, Золотой. И ты, Костяника, глаза здесь можешь не прятать. Джузеппе готов тебя взять. Проверит еще, конечно, в пути, но, надеюсь, ты проверку выдержишь. А вот насчет тебя, – Кошкодер повернулся к Костоправу и виновато развел руками, – Джузеппе даже разговаривать не хочет…
– Не, мля, че за наезды такие, а?! – прорвало, наконец, лекаря. – Че за непонятки, етить?! Ты там скажи своему Дзужопе…
– Джузеппе, – поморщился Кошкодер. – Его зовут…
– Да мне по боку, как его зовут! Короче, скажи ему, что я за такой гнилой базар его корыто вместе с причалом разнесу нахрен на дощечки. И шипы с бортов ему в двужопу насую так, что мало не покажется! «Сладкая жизнь» «Горьким окочуром», мля, станет!
– Почему Джузеппе не хочет брать Костоправа? – Виктор не без труда оттеснил лекаря от встревоженных столь бурной реакцией итальянцев. Надо было как-то договариваться. Без Костоправа он тоже никуда плыть не собирался.
– Костоправ – большой человек, а корабль – не резиновый, – объяснил Кошкодер. – Твой друг займет много места и съест в пути много припасов. Но он не Стрелец, и Джузеппе не уверен, будет ли ему полезен такой матрос.
«А ведь итальянец еще не знает о том, как плохо Костоправ переносит качку», – с тоской подумал Виктор. Но спросил о другом.
– Ты сказал, что Костоправ – хороший лекарь?
– Угу, – уныло кивнул ландскнехт. – Но лучше бы не говорил. В команде уже есть пара неплохих медиков. Только они это…
Кошкодер отвел глаза.
– Что?
– Ну, как бы это сказать. Предпочитают мальчиков и любят друг друга. Врачуют вроде ничего, но в бою от них проку – ноль. Короче, из опыта общения со своими медиками Джузеппе сделал вывод, что хороший лекарь не может быть хорошим воином. Тот, кто лечит, тот не умеет калечить – так он это объяснил. Джузеппе подозревает, что и Костоправ тоже…
– Тоже что, йоперная задница?! – взревел Костоправ.
– Ну, это… не боец, а… – Кошкодер снова замялся.
– А?!
– Пи…
– …сец! – не дал ему договорить лекарь, сообразив, куда клонит ландскнехт. – Ах, во-о-от, значит, в чем дело,
Разъяренный Костоправ оттолкнул Виктора и грудью полез на судовладельца. Охрана сомкнулась, прикрывая хозяина.
– Назад все сдернули живо, фрайера долбаные, пока сами люлей не огребли, едрить вашу! – велел лекарь.
Костоправ был взбешен. И, похоже, даже не тем, что Джузеппе предпочел ему Костянику, а тем, что на него как на представителя благородной медицинской профессии возводят обидную напраслину.
Кто-то из итальянцев шарахнул лекаря по шее копейным древком. А вот это они зря…
– Костоправ, уймись! – в отчаянии прокричал Виктор.
Какое там! Поздно. В поднявшемся на причале гвалте его трудно было услышать. Да и не желал Костоправ уже ничего и никого слушать.
– Топтать вас всех быконем, суки гребаные! – лекарю, и без того находившемуся на пределе, окончательно сорвало крышу. – Ушатаю нахрен!
Костоправ попер буром.
Побледневший Джузеппе пятился к «Сладкой жизни». Охрана старалась преградить Костоправу дорогу, но не очень в этом преуспевала: тот уже вклинился в плотные ряды вооруженных моряков. С корабля в него до сих пор не стреляли потому лишь, наверное, что боялись попасть в тесноте в своих.
С причала в мутную воду полетела первая жертва лекаря. Ею оказался бедолага-копейщик, звезданувший Костоправа по шее.
Итальянцы схватились за оружие.
– Ну, ты ур-р-род, Костоправ! – прорычал Виктор, вытаскивая меч. А что делать? Урод – не урод, но отбивать дурака надо.
Стрелки с «Дольче виты», впрочем, сориентировались быстро и правильно. Они перестали выцеливать Костоправа и взяли на мушку Виктора, Змейку, Костянику и Кошкодера, которые еще не успели смешаться с толпой у трапа.
И не успеют уже: по лицам стрелков и без переводчика все было понятно. Один шаг – и залп сметет опасных чужаков с причала. Тут без вариантов. Проклятье!
– Стоять на месте! – через силу приказал Виктор.
А Костоправ отжигал по полной. Сдернул с пояса кистень, намотав цепь на руку и зажав гирьку у самого кулака, лекарь пустил в ход свое любимое оружие. Так – билом на короткой цепочке – сейчас действовать было сподручнее. Хоть удары кистеня и утратили сокрушительную силу, зато теснота не так сильно сковывала движения. А вот охрана Джузеппе, сгрудившаяся на узком причале и вооруженная в основном короткими копьями, длинными мечами и кривыми саблями, практически не имела пространства для замаха и удара.