Любящее сердце
Шрифт:
Видимо, при подобном настроении и пожеланиях, она должна осуществить самое очевидное, то есть сменить фамилию на выдуманную, арендовать в другом графстве и желательно подальше от родных мест домик. Да, так недолго остаться "синим чулком" на всю жизнь, ведь при таком уединенном образе жизни она вряд ли сможет встретить молодого человека, располагающего средствами и подыскивающего себе молодую и красивую жену. Однако, следует признаться себе, подумала Лизабет, подъезжая к интересующей ее гостинице, что она и раньше не особо утруждала себя подобными поисками, что удивляло не только ее знакомых леди, но и джентльменов. "Подумаю обо всем позже, когда отдохну", - решила девушка и отдала поводья подбежавшему к ним мальчику-конюху,
Не смотря на ночное время, гостиничный двор ярко освещался газовыми светильниками. Лизабет проследовала к входной двери, следом за нею, охая и вздыхая, ковыляла измученная Люси. Хозяин гостиницы, стоявший за приемной стойкой, завидев Леди Лизабет Шелдон, тут же узнал ее и поспешил приветствовать со всем радушием и некой долей подобострастия, ведь не каждый день его гостиницу жалуют вниманием титулованные особы.
– Миледи, как я рад вас видеть в нашем отеле, - его взгляд пробежался по количеству дорожных сумок, которые держали в руках двое носильщиков, затем он глянул в сторону Люси, признав в ней горничную.
– Надеюсь, вы остановитесь в номере, который так нравился вашему батюшке, Лорду Уэлскому?
Лизабет молча кивнула и прошла к стойке, что бы оставить в соответствии с традицией свой автограф в книге гостей. Хозяин гостиницы собственной персоной проводил "дорогую гостью" до номера на втором этаже и удалился, чтобы распорядиться насчет ванны и раннего завтрака, как велела графиня. Сняв с себя верхнюю одежду, девушки присели в кресла, устало откинувшись на их спинки, украшенные вязаными салфетками.
– Миледи, можно я немного отдохну, хотя бы пять минуток, затем сразу же помогу вам раздеться?
– жалобный голос Люси мог вызвать слезу даже у самого черствого человека.
Лизабет слабо улыбнулась, махнув рукой.
– Конечно, ты же устала больше, чем я, привыкшая к скачкам верхом...давай обе отдохнем и поговорим немного...
Люси благодарно посмотрела на хозяйку, чувствуя как от жара из камина, начали оттаивать окоченевшие руки и благостное тепло растекается по всему телу.
– Я вся внимание, миледи.
Лизабет немного помолчала, затем продолжила:
– Я думаю, что нам нужно попасть в Лондон. Там я встречусь с одним человеком, очень нужным мне человеком.... Затем я пообщаюсь с юристами моего покойного батюшки, надо кое-что выяснить о наследстве, - Лизабет зажала пальцами руки переносицу и, вздохнув, закрыла глаза.
– А после отправимся в одно из северных графств, но не очень далеко от Лондона, куда именно еще подумаю, где с божьей помощью нам удастся снять приличный для леди с горничной домик с удобствами, кухаркой и садовником, в котором и проживем до следующей весны. Вот такие у меня планы, Люси.
– Миледи, в Лондоне мы остановимся в вашем доме Уэлс-холле?
– спросила Люси, разминая шею круговыми движениями.
– Нет. Люси, нам нельзя там показываться, мистер Шелдон будет искать меня в фамильном доме в первую очередь..., - миледи открыла глаза и улыбнулась, глядя на разрумянившуюся девчушку шестнадцати лет от роду.
– Мы поселимся в одном маленьком частном пансионате, но не дольше, чем на две недели. Об этом пансионате я слышала от своей подруги, мисс Хорвард, с которой мы дружили в Пансионе для благородны девиц в Корнуолле. Интересно, где она теперь и что с ней?
Люси промолчала, вопрос, скорее всего, не требовал от нее ответа, так как девушка не была знакома с подругой миледи и не могла вести беседу о той, не будучи ей представленной. Горничная встала и подошла к саквояжам, которые были составлены на полу возле диванчика в стиле "рококо". Она достала домашнее платье хозяйки, положила его на согнутую руку и прошла в спальню. Разложив его на широкой кровати с балдахином,
– Позвольте помочь вам раздеться, миледи, - обрилась она к Лизабет.
– Буду тебе весьма признательна, девочка, я, оказывается, устала больше, чем думала, - ответила Лизабет.
***
Едва забрезжил рассвет, Эдмонд пришел в себя. Во рту все пересохло, голова раскалывалась, почему-то болели ребра. Он поднялся, чертыхаясь. Удивился, почему у него расстегнуты брюки? Ничего не мог вспомнить...что-то очень важное упустил. Потер глаза, затем встал и застегнул ширинку. Обратил внимание на пятна алкоголя на рубашке...ага, и стакан валяется на полу. "Опять напился", - пронеслось в голове, - "так и алкоголиком недолго стать. Запьешь тут, женщина, в которую страстно влюблен, тебя отвергает...Лизабет...хм-м-м...вроде бы припоминаю, сидели вчера здесь, разговаривали...". Он осмотрелся, и заметил, что возле стола на полу разбросаны листы бумаги, тут же лежит его пиджак. "Что это он там делает?" Поднял его и проверил внутренний карман. "А где же пакет с документами? Украли, что ли?" - беспокойство начало нарастать. Надеясь, что он мог выпасть из кармана, наклонился и пошарил рукой под столом, как вдруг обнаружил заветный пакет и довольно крякнул. Тут же засунул его снова в карман пиджака и прошел к окну.
Полюбовавшись немного рассветом, Эдмонд вспомнил все события вчерашнего вечера. Протянул руку к затылку и пощупал шишку на голове. "Ах, Лизабет, вот это женщина!
– восхищение и гнев смешались воедино.
– Ну, ты все равно от меня так просто не отделаешься, ты будешь моей..женой ли, любовницей, уж я сам решу, как только вкушу все твои прелести...".
Он вышел из кабинета и быстро взбежал по лестнице на второй этаж. Пройдя по коридору, остановился возле двери в комнату девушки. Прислушался, было тихо. Решительно открыв дверь, он вошел и сразу понял, что что-то не так. Прошел внутрь и осмотрелся. Вроде бы все прибрано, аккуратно...но почему-то ощущение такое, словно хозяйка покинула комнату надолго. Задумчиво глядя перед собой, Эдмонд прошел к кровати и дернул шнур для вызова прислуги. Тут его взгляд упал на сундук из красного дерева, вид которого заставил его тут же присесть рядом. "Какой необычный сундук, - подумал Эдмонд, прикасаясь руками к камням на нем, - очень похоже на драгоценные камни...рубины, изумруды...аметисты?...Да это же целое состояние!!! Сокровище чистой воды!!!".
Эдмонд не заметил, как вошел дворецкий, так как был увлечен находкой. Дженкинс кашлянул в кулак, привлекая внимание. Мистер Шелдон тут же поднялся и требовательно спросил:
– Где миледи? Почему ее нет в комнате?
Брови Дженкинса взлетели вверх. Весь его вид олицетворял неодобрение того, что в комнате хозяйки находится МУЖЧИНА.
– Не могу знать, сэ-э-эр, - протянул дворецкий гнусаво.
Эдмонд нахмурился
– Это еще почему? Я требую, чтобы вы сказали, где Леди Шелдон!
Дженкинс усердно задумался.
– Сэр, вероятно миледи отправилась на верховую прогулку...сэ-э-эр, - лаконично ответил он.
Эдмонд чертыхнулся и быстро прошел мимо дворецкого, направляясь в конюшню, чтобы проверить данное предположение.
***
Утром, позавтракав в номере, Лизабет надела черное шелковое траурное платье и накинула серебристую пелерину на плечи, маленькая шляпка с серебристыми лентами и черной сеточкой, закрывающей половину лица, дополняла ее наряд. Лакеи помогли вынести вещи, а хозяин гостиницы низко кланялся, получив через горничную деньги за номер, затем проводил лично "наипрекраснейшую миледи" до нанятого фаэтона, который должен был доставить их в любое место в Бристоле. После церемонии прощания все, что удалось услышать хозяину гостиницы, так это "...на железнодорожный вокзал...".