Любовник

Рузанова Ольга

Увесистый, теплый и мягкий. Пахнет молоком.

В груди тесно становится. Нравится мне вот так держать его.

– Господи, Ден! – вдруг совсем рядом звучит голос Эльки, - я же говорила, что те грибы в пицце были несвежими! У меня начались галлюцинации!

Поворачиваю голову и вижу Тюменцевых, всем, мать их, семейством. Элька, Ден и два их близнеца. Одного отец на руках держит, второй пытается от матери за моими ногами спрятаться.

– Егор! Ты настоящий?! – пялится на меня

ошарашенно.

Я вдруг представляю, как выгляжу со стороны и сам едва не ржу.

– Настоящий.

– Что, и ребенок тоже?..

Подходит ближе и бесцеремонно начинает разглядывать Богдана. Лыбится ему, он ей - в ответ.

– Матерь Божья, один в один!

Горло неожиданно перехватывает. Зачем она так?.. Из вежливости?

– Ден, ну, ты посмотри, как похож! Даже улыбается так же!

Тюменцев согласно кивает. Я опускаю взгляд на Богдана. Смотрю, жадно выискивая знакомые черты. Сердце разгоняется под двести. Звон в ушах.

А что, если… может ли такое быть?.. Чтобы мой?.. Может, она сама не знает?

– Здравствуйте, - голос Вики, затем чувствую ее запах. Выныриваю на поверхность.

– Привет! – бодро отвечает Соболенок, - я Эля.

Вика, не понимая, что происходит, представляется. Забирает из моих окаменевших рук ребенка.

– Мы знакомые Егора, - отвечает она на невысказанный вопрос, - и, если честно, слегка в шоке. Никто не знал, что у него ребенок. Да еще полная его копия.

Глава 54.

Обратно мы едем молча. Богдан сразу же засыпает, а Егор, ведя машину, то и дело бросает на него задумчивые взгляды. Я сижу, как мышка. Ожидая главного вопроса, боюсь сделать лишнее движение.

Он думает сейчас над словами его знакомой. Чувствую, как его бомбит. Руки на руле напряжены до предела. Затылок и плечи – монолитный кусок гранита.

– Спасибо, - выдавливаю, когда мы приезжаем.

Выхожу из машины, и быстро ее обойдя, открываю дверь и начинаю отстегивать Богдана. Он так умаялся, что даже не просыпается.

Егор тоже выходит. Забирает с пассажирского сидения нашу сумку и идет следом. Я же шагаю, как на казнь.

Возможности и смысла скрывать дальше, больше нет. Да и права я не имею.

– Вика, - зовет тихо Егор, когда мы заходим в квартиру, - давай, сделаем ДНК.

Внутри все обрывается. Я останавливаюсь на пороге спальни и прислоняюсь плечом к дверному косяку.

– Зачем? – еле слышно, - я и так знаю, кто отец.

Переставляю непослушные ноги в сторону кровати и укладываю на нее спящего сына.

– Вика… кто?

Облизываю пересохшие губы, тяну воздух носом.

– Кто? Вика?.. – стоя позади, шепотом не перестает повторять.

Разворачиваюсь

и, обойдя его, направляюсь к выходу. Не выяснять же отношения там, где спит малыш.

Егор настигает в коридоре, схватив за плечи, разворачивает к себе лицом. Я почти ничего не вижу, в глазах плотная пелена из слез.

– Он мой? – чуть ли не рычит Зверь, - Вика, отвечай! Мой?!

– Твой! – выкрикиваю я.

Егор словно каменеет. Смотрит мне в глаза невидящим полубезумным взглядом. Грудь ходит ходуном, ему словно воздуха не хватает.

– Прости…

– Как?.. Мой?..

Крутанувшись на месте, он снова летит в спальню. Я за ним, но подойти не решаюсь, останавливаюсь на пороге.

Присев на корточки у кровати, Егор смотрит на сына.

Я же, закрыв руками лицо, тихо плачу. Надо было сообщить. Надо было! Я не имела права скрывать. Богдан и его сын тоже!

Обернувшись, смотрит на меня болезненным взглядом.

– Почему? – читаю по губам.

Пытаясь сдержать рвущиеся наружу рыдания, прикрываю ладонью рот. Зачем он так смотрит?.. Как кожу заживо сдирает и бьет наотмашь по лицу.

Не могу… разворачиваюсь и выскакиваю из спальни. Егор догоняет меня в гостиной. Хватает за плечи и трясет так, что у меня волосы из прически рассыпаются.

– Почему?! Почему ты не рассказала, Вика?!

– Прости, Егор…

– Ты и не собиралась, да?

– Собиралась! Я, правда, собиралась!

– Когда? Прислала бы мне приглашение на его свадьбу?!

От него исходит такая ярость, что я зажмуриваю глаза от страха. Руки, меня удерживающие, сжимаются еще сильнее. Он просто не в себе.

– Почему, Вика?! Скажи, я хочу знать! Ты должна была сообщить сразу после родов, как только поняла, что он мой!

– Что?.. – выдыхаю неверяще, - ты дурак, Егор? Дурак, да?

В этот момент перед глазами встала яркая картинка того, как я, с двумя положительными тест – полосками спешу к нему, а натыкаюсь лишь на холодное пренебрежение и равнодушие.

Все то, что я чувствовала тогда, снова оживает в груди. Перемалывая внутренности, как в мясорубке, снова разрушает меня до основания.

– Убери руки! – толкаю ладонями в грудь, - отойди от меня!

Егор, видимо, не ожидавший такого, немного отстраняется.

– После каких родов, Егор?! – захлебываясь в обиде, кричу я – я с самого начала знала, что он твой!

– Откуда? – усмехается криво.

– Оттуда! Я не спала с Костей, пока была с тобой! – подлетаю к нему и толкаю в плечо, - ни разу! Я же говорила!

– Но тогда ты говорила совсем другое…

– А что я должна была сказать, Егор… Ты меня даже в квартиру не пустил, держал на пороге, как дворняжку…