Любовь
Шрифт:
И она проявила. Неожиданно поле боя окутал зелёный туман. Он пробыл всего несколько секунд, и затем так же скоро исчез. И вслед за ним стали подниматься ранее убитые жигсы. Они вставали и молча брели на редуты тикмук. Перевал защищала плотная баррикада из брёвен, наспех составленных для обороны. Пока что она держалась благодаря храбрости тикмук. Но их становилось всё меньше: жигсы в один миг восстановили свою численность.
Айвар вступил в бой сам. Почерневшее небо загрохотало громом, и на головы горилл посыпались молнии. Они били с такой частотой,
Паритет воюющих сторон был восстановлен.
Алиса ответила стеной огня, смётшей первые ряды тикмук и поджёгшей баррикаду – Айвар призвал элементалей воздуха, пустившихся рвать на куски опешивших жигсов.
Бывшая начальница Ромунда не осталась в долгу, устроив землетрясение, от которого стали раскалываться и рушиться скалы, сбрасывая стрелков тикмук с невероятной высоты на землю. Удивительно, но ни один камень не упал на Перевал.
Айвар направил огненные смерчи, Алиса ответила кислотными лужами, разверзавшимися под ногами защитников. Сильвестор призвал земляных големов, а прислужница Отдела направила орды размастистых тварей, возникших из воздуха. Айвар призвал пылающих драконов, а Алиса ответила сотканными из тьмы огромными птицами с туловищем то ли собак, то ли кошек.
От бушующей вокруг магии у Ромунда заломило виски. В страшную пляску сил ни он, ни Эмми не вмешивались. Для них подобное было недоступно. Всё, что они могли делать – это стоять и наблюдать, как тысячи несчастных гибли в поединке двух волшебников. Друг друга те не трогали. И это страшно злило юношу. Складывалось впечатление, что они друг перед другом красуются: показывают, кто что может. А вот дать трёпку непосредственному врагу не хотят.
Эмми от ужаса прижалась к Ромунду. Их маленькие питомцы сидели на плечах хозяев, вцепившись лапками. Творившаяся вокруг волшба пугала даже бесстрашных рог’харов.
Но вскоре красование богов закончилось. Не осталось ни нападавших, ни защищавшихся. Застланное дымом поле было горой завалено трупами. Ромунд, как ни старался рассмотреть, никого из живых не видел.
Игнок!
Храбрый туземец вызвался сражаться в рядах своего народа, надеясь тем самым заслужить признание после долгого изгнания. Длинных ног ведь для этого недостаточно.
Хрюшик понял Ромунда первым, и припустил вниз по склону. За ним рванул Ромунд, а Эмми, ничего не понимая, побежала следом.
Только спустившись к перевалу, Ромунд впал в отчаяние. Он не мог представить, как искать среди груды истерзанных и сожжённых тел своего друга. В голове застучало, от стоявшего в воздухе запаха стало дурно, ноги задрожали и подкосились. Он упал на колени.
.Подбежавший Хрюшик замахал лапками перед лицом Ромунда, призывая следовать за ним. Ромунда мутило от того, что он видел, но он старался держаться.
Игнок лежал среди собратьев, и безразличным взором смотрел в небо. Ромунд рухнул рядом с ним, стал водить руками по телу, ища заклинаниями раны. Их оказалось много. Чертовски много. Карлик едва
– Отойди, – отстраняя Ромунда, приказала Эмми. Она села рядом с Игноком, и, возведя руки, принялась творить волшбу. Ромунд плохо понимал создаваемые девушкой плетения, но чувствовал их силу. Эмми отдавала всю себя, без остатка.
Сидевшие рядом Хрюшик и Лилу заворожённо смотрели, как зелёное магическое пламя, лившееся с рук Эмми, латало раны Игнока. Спустя некоторое время карлик сел, мутным взором осматривая мир. Он вылечился, но потерянная кровь и силы ещё долго будут восстанавливаться.
Эмми лишалась чувств: Ромунд поймал её в последний момент перед падением. Девушка через некоторое время открыла глаза и улыбнулась юноше. Ромунд понял: она рада, что сделала хотя бы что-то хорошее.
Капля в море.
– Так-так, все враги нынче в сборе, – прозвучал ехидный голос. Ромунд бросил гневный взгляд в сторону: на границе перевала, среди трупов и золы стояла Алиса. Она была облачена в красную сияющую мантию, черные волосы убраны в аккуратный пучок, а лицо украшено ярким макияжем. Глаза магистра Отдела также пылали чёрным огнём, как и у Сильвестора.
– А я думал, ты не придёшь, – ответил за Ромунда Айвар. Он возник рядом с юношей прямо из воздуха.
– Как же? Я не могла пропустить встречу с предателями, – криво усмехнулась Алиса. Признаться, она сейчас выглядела божественно сильно и прекрасно.
– Я не предатель! – воскликнул Ромунд. Его гневу вторил Хрюшик, разжёгший сияние ронт’гун. Спустя секунду явила силу и Лилу. Теперь два духа Первородного огня стояли рядом со своими хозяевами. Эмми лежала в объятиях Ромунда. – Это Отдел предал меня, и идеалы, которые я защищал!
– Ты защищал свои выдумки, – ядовито заметила Алиса.
– И за это вы сначала погубили моих родителей, а затем и меня?
– Мальчик! О чём ты говоришь?! Ты пыль. Отделу не было и нет никакого дела до тебя. Ты сам отдал себя служению цели. Только в ней и есть смысл, не в ваших никчёмных жизнях.
– Как и в их тоже? – огрызнулся Ромунд, кивнув на лежащие трупы.
– В них тем более, – спокойно ответила Алиса. – Хотя я и не бесчеловечная тварь, которой вы меня наверняка считаете. В отличие от твоего друга, я душка. Вот он точно воплощение прагматизма и равнодушия к живому, правда Айвар?
– Совершенно верно, – согласился Сильвестор. Он стоял рядом с Ромундом, внимательно слушая Алису. – И как показывают мои многочисленные исследования, жизнь сама по себе ничего не значит. Она ошибка явлений, не более.
– Видишь? – рассмеялась Алиса. – А я ещё в подземельях Шестнадцатого Вала радела за каждого выжившего. Так что ещё вопрос, кто враг твоим убеждениям, Ромунд. Тот, кто стоит рядом с тобой, мальчик, предал смерти весь мир. Сейчас его руками уничтожается то, что ты можешь назвать родным домом. Именно он запустил процесс смерти. Вирус, который уничтожит всё живое, и в угоду чему, Сильвестор?