Любовь старой девы
Шрифт:
— Проклятие, ты ничего не понимаешь, да? Дружище, отпусти ее, пока не поздно. Окажи себе и Рори любезность, отпусти ее на свободу. — Разозленный тем, что вышел из себя и выложил все, что думал, Кейн отвернулся и уставился на медную подставку для зонтов. А Чарлз в это время смотрел в другую сторону, на разноцветную стеклянную панель в широкой парадной двери.
— Эй, нам придется нанять пару мужчин для эскорта или как? — На верху лестницы появилась Эва в белых слаксах и рубашке, перетянутой поясом с бирюзой и серебром. — Милые, у вас на руках шесть голодных
Чарлз пошел вперед, обогнул кусты и направился к двери коттеджа, миновав старый седан Рори с помятым заржавевшим крылом, результат проигранной схватки с выскочившим сбоку грузовиком. Рори ждала первой зарплаты, чтобы отдать машину в ремонт. Трое Хаббардов уже были готовы. Чарлз окинул взглядом платье невесты и одобрительно кивнул. Затем проводил их до пикапа. Эва села в машину Кейна. Рори смотрела, как отъехала эта пара. А Санни смотрела на нее и улыбалась, толкая локтем Билла. На заднем сиденье пикапа Фауна улыбнулась Тусе, и та подмигнула ей. Мир достала пилочку для ногтей и подровняла острый край.
Рори сказала себе, что ее чувство можно назвать вроде как ревностью, но это не ревность. Эва потрясающе красива. Утонченная. С безукоризненным цветом лица. Без единой видимой веснушки. И, очевидно, она лучше помнит Кейна, чем он думает. Рори вздохнула и потерла средний палец на левой руке, где сегодня появилась царапина.
Фауна к вечеру пришла в игривое настроение. Рори наблюдала, как она дразнила Чарлза, а тот хмурился, и у него краснели уши. Внимание Рори засоряли нерешенные проблемы и незаконченные детали, но она все же ухитрялась что-то бормотать в ответ на болтовню Санни о снах и аурах, о мельнице и о расписанном вручную шелковом платье, которое мать привезла, чтобы Рори надела его на свадьбу.
— Но, Санни, у меня уже есть платье, — испуганно проговорила Рори.
— Но это особое. Я разрисовала материал специально для твоей свадьбы. И закончила верх юбки прямо сегодня в полдень. Оно покрыто дымкой, и на нем от руки нарисованные деревья, полевые цветы, птицы и бабочки, и все это в мягчайших тонах, какие только можно вообразить, и…
— Но, Санни… — С ноющим чувством Рори вспомнила Кейна, как тот стоял в магазине одежды, когда она одно за другим примеряла платья. Его темное лицо было сосредоточенным, одна рука на бедре, другой он поглаживал подбородок. Она вспомнила свой драгоценный шелк медового цвета, верескового меда, а не гречишного, и как Кейн посмотрел на нее, когда она вышла из примерочной в этом платье. И в тот момент что-то случилось в ее сердце и повлияло на зрение. Потому что очень долго она не могла оторвать от него глаз.
Она вспомнила некоторые из его самых дерзких замечаний. А когда продавец принес розовое платье с оборками, как она хихикала после слов Кейна, мол, она в нем будет танцевать фламенко. В тот день Рори смеялась как никогда раньше.
Но это была Санни, и Санни любила ее, и Санни сшила специально для дочери свадебное платье. Рори вздохнула.
— Я примерю его, когда мы вернемся. — Она покрутила на пальце кольцо. Что бы сказал
Порывшись в сумочке, Рори нашла таблетки, нейтрализующие в желудке кислоту.
А может быть… Существует ли еще Иностранный легион? Принимают ли туда женщин? Может ли женщина поступить во французский Иностранный легион добровольцем? И сколько надо времени, чтобы получить паспорт?
Когда они подъехали к клубу, Эва и Кейн уже ждали их. Эва смеялась и висла на руке Кейна, будто кудзу на сосне. Но, по наблюдениям Рори, сосны вроде бы не возражают, что их опутывают плети дикого японского винограда. Рори выдавила из себя ослепительную улыбку.
— Какой удивительный галстук, — сказала она, и ее слова ни у кого не вызвали удивления, Санни эхом тоже похвалила его.
Рори повернулась к Чарлзу, который хмуро уставился на покрытый носовыми платками край Санниной юбки, и еле удержалась от улыбки. Если он думает, что это дико, то главный удар еще впереди. Подождем, пока он увидит ее мать в одном из домашних костюмов, со всеми украшениями на ногах и с нефритовой клипсой в ноздре.
Пока их вели к одному из больших круглых столов у французского окна, Рори ухитрилась оттащить Тусю в сторону и пригрозить, что проклянет ее первенца, если она хоть бровью шевельнет, когда будут заказывать обед.
— Успокойся, сестренка, обещаю тебе. Меня уже приучили. Ешьте ваших мертвых животных, мне-то что, но мы знаем, у кого неприятности с желудком и мешки под глазами из-за бессонницы.
— Запомни, — прошипела Рори. — Ни единого слова, кто бы что ни заказал.
Когда принесли меню, они выбрали напитки: Хаббарды, попробовав, согласились на местное вино, которое имело прекрасную репутацию. Эва заказала джин с тоником, Кейн сельтерскую с лимоном, а Рори молоко.
Пока все шло хорошо. Потом Кейн сказал:
— Чарли… с твоего разрешения, я пообнимаю твою женщину. — И, пока Чарлз без слов открывал и закрывал рот, Кейн повел Рори на свободное от столов место, где уже медленно кружились две пары. — У вас измученный вид. — Кейн обвил ее рукой и притянул к себе.
— Туся сказала, что выгляжу я так, будто меня поджаривают в аду на сковородке. «Измученный вид» звучит намного лучше.
— Как сказать. — Голос у Кейна был проникновенно вкрадчивым. Его теплое дыхание касалось ее щеки, и мурашки забегали у Рори по всей правой стороне. Расслабившись, она прислонилась лбом к его плечу.
— Я и правда немного устала. С ужасом думаю, что через месяц начнутся занятия в школе.
— Это не единственное, что, как предполагается, начнется через месяц.
— Вы имеете в виду свадьбу?
Кейна подмывало сказать, что он имеет в виду нечто совершенно другое, нечто такое, о чем ни один из них не говорил. Воспринимает ли она то, что произошло между ними, так, как воспринимает он? Это не могло быть односторонним. Слишком мощный накал, чтобы не генерироваться двумя источниками.