Любовь сильнее Тьмы
Шрифт:
— Домой, — коротко отвечает Лаурелинмэ и отворачивается. — И ты. Только у нас разный дом.
Он молчит. Он редко молчит, обычно только если ему нечего сказать. И сейчас, похоже, он не знает. Или не хочет. Лаурелинмэ сама не знает, чего она ждёт от него.
— А где твой дом теперь? Ты так и не говорила, где живёшь.
— Тебе это важно?
— Мы друзья, — спокойно отвечает он, и эльдиэ снова злится. На себя, на него, на всех.
— Ты давно не говорил, что мы друзья, — Лаурелинмэ с трудом успокаивается и старается, чтобы её голос не дрожал. — Это странно, не находишь?
Он снова молчит, но потом неуверенно (Неуверенно?!
— Я хотел бы знать, где тебя искать, — при этом он опускает взгляд, и Лаурелинмэ не видит его небесно-голубых глаз.
— Зачем тебе меня искать? — с какой-то странной надеждой спрашивает эльдиэ, и вновь гонит прочь свои мысли и чувства.
И он снова молчит. Потом привычным жестом забрасывает походную котомку на плечо. Лаурелинмэ смотрит на него, понимая, что он уже ей ничего не ответит. Эльф подходит к ней и хочет обнять, но в последний момент передумывает. И от этого почему-то больно.
— Береги себя, — коротко говорит он.
— И ты себя, — шепчет Лаурелинмэ. А эльда неожиданно улыбается, и эта улыбка освещает всё вокруг, а эльдиэ сама неуверенно улыбается в ответ.
А после они расходятся в разные стороны без надежды увидеться вновь.
— Глорфиндейл, — прошептала Лаурелинмэ. Сердце заколотилось, и что-то горькое заполнило душу. Она всё равно его не увидит. — Я… — эльдиэ осеклась. К кому она обращается? Глорфиндейл далеко, очень далеко, и не факт, что они увидятся вновь. А если бы встретились, то что бы сказали друг другу? Лаурелинмэ не знала точно.
« Глорфиндейл, я для тебя тогда что-то значила? Почему мне тебя не забыть?»
Лаурелинмэ встряхнула головой, отгоняя мысли. Сейчас не время об этом думать. Мир в опасности.
Эльдиэ взглянула на восток и увидела, что небо вспыхнуло алым.
***
Становилось труднее дышать, весь воздух в Мордоре, казалось, был отравлен. Арименэль сначала показалось, что она задыхается, и девушка судорожно вцепилась в гриву Арлота. К счастью, через некоторое время всё прошло, и голова перестала кружиться при каждом вдохе. Моргомир с тревогой смотрел на эльфийку, боясь, что ей станет плохо, но всё обошлось. Правда, после этого к Арименэль примчались перепуганные Кэльдар с Мэлнилитоном, и эллет с трудом убедила братьев и любимого, что с ней всё в порядке. Кэльдар тяжело вздохнул, Мэлнилитон неодобрительно что-то проворчал, Моргомир ничего не сказал, но после всю дорогу не отрывал от девушки внимательного взгляда. Арименэль знала, что он себе невесть что сейчас воображает, а потому каждый раз говорила, что хорошо себя чувствует.
Земля стала совсем безжизненной, небо закрыли тучи, но где-то вдали вспыхивала огнём Роковая гора. Её было видно с большого расстояния. А потом впереди показались огромные Чёрные Врата.
По приказу Арагорна войска остановились, а сам он поехал вперёд, вместе с ним отправились Гэндальф, Леголас с Гимли, Эомер, сыновья Элронда и Моргомир. Арименэль осталась с войском, с отчаянием понимая, что ей нельзя туда, придётся остаться с другими эльдар и с воинами Гондора и Рохана. Но как только все спешились, кони, испугавшись Мордора, вырвались и умчались прочь, напрасно люди их звали. Но если даже лошади эльфов испугались, то что можно требовать с обычных?..
Войска построились, и вся армия застыла в молчании. Арименэль нервно вцепилась в рукоять меча, чуть подавшись вперёд и не отрывая взгляда от
— Пусть силы Чёрной страны выйдут на бой, и да свершится над ними справедливый суд! — громкий голос Арагорна разнёсся по всему полю Мораннона. Эстель сейчас говорил за все народы Средиземья, призывал Саурона ответить за злодеяния.
Ворота медленно и со скрипом отворились, и из них медленно выехал человек на чудовище, лишь отдалённо напоминавшем коня. Посланник Саурона насмешливо обвёл Арагорна и остальных взглядом тёмных глаз.
— Мой господин великий Саурон приветствует вас! — человек оскалился, выражая подобие улыбки. Всех находившихся рядом с ним, в том числе и Моргомира, передёрнуло от отвращения. — Кто из вашего сброда достоин говорить со мной?
Арименэль и другие эльдар, слышавшие его слова благодаря чуткому эльфийскому слуху, переглянулись. Эллет почувствовала, как сердце сжалось от гнева, но девушка ничего не могла сделать, а поэтому ничем не показала своего негодования.
— Мы пришли не приветствовать Саурона, вероломного и проклятого, — сурово оборвал Глашатая Гэндальф. — Передай своему хозяину, что его тёмные войска должны быть распущены, а сам он должен сдаться, покинуть свои земли и никогда больше не возвращаться! — Арименэль, слыша слова мага, вздохнула. Саурон никогда не согласится на это. Но нужно было попробовать предложить.
— А, колдун, — человек презрительно окинул Гэндальфа взглядом, — мой Владыка как раз просил передать тебе это. — Арименэль не знала, что такое показал Митрандиру посланник, но видела, как волшебник вздрогнул, как переглянулись Арагорн с Леголасом, а Гимли возмущённо воззрился на Глашатая.
— Это кольчуга Фродо, — послышался шёпот Элладана с Элрохиром, и посланник Саурона расхохотался. Арименэль вздрогнула. Фродо… неужели он попался слугам Врага?! Что они с ним сделали?! И неужели… неужели Кольцо у Саурона? Нет, нельзя верить, это ложь!
— Так вот как звали того полурослика! Фродо… Что же, Гэндальф, в тебе нет ни капли сострадания? — Глашатай откровенно издевался над магом. — Знал бы ты, как мучился этот хоббит перед смертью, как страдал! Он выдержал, Гэндальф, маленький полурослик выдержал.
Повисла тишина, и Арименэль слышала стук собственного сердца. Тук-тук. Нельзя верить. Не верь! Это ложь. Они пытаются сломить волю к сопротивлению. Фродо не у них, нет. «Я не верю!»
— Прекрати издеваться и тянуть время, — зазвучал тихий голос Моргомира, и Арименэль с надеждой взглянула на него. — Хоббит жив. Убирайся обратно к своему хозяину. Мы не заключим с ним мир, как он надеется.
— «К своему хозяину»! — передразнил раздражённо Глашатай. — Вот как ты заговорил! Не ему ли ты служил раньше, полуэльф?
— Служил. Но не служу сейчас, — спокойно ответил Моргомир, и Арименэль с улыбкой взглянула на него. — Убирайся! Мне не о чем разговаривать ни с тобой, ни с Сауроном, ни с кем из его проклятого войска!
Конь человека попятился, и сам Глашатай растерялся. Метнув злобный взгляд на Моргомира, он перевёл взор на Арагорна.
— А это кто? Наследник Исильдура? Знаешь, чтобы стать королём, нужно нечто большее, чем эльфийский меч! — но прежде чем посланник Саурона успел сказать что-то ещё, как в воздухе сверкнул клинок Арагорна, и человек рухнул замертво со своего безобразного коня.