Любовь сильнее Тьмы
Шрифт:
Но снова раздались в стороне чьи-то крики, Арименэль видела, как все устремили свои взгляды к реки. И сама, посмотрев, вскрикнула, подавшись назад и побледнев. По реке плыли тёмные корабли с чёрными парусами. «Кто-то пришёл на помощь оркам», — мгновенно поняла девушка и с отчаянием закрыла глаза. Что же делать? Да, она будет сражаться до последнего, но… но хватит ли сил у них всех?
Моргомир молча чуть приобнял эллет, опустил голову и вздохнул. Он сам готов был сдерживать врагов долгое время, но что будет с Арименэль? Бедная звёздочка, она и так уже вся испереживалась,
Но внезапно эллет с полуэльфом услышали, как торжествующие крики орков внезапно умолкли, и по войску гондорцев и рохиррим разнеслись ликующие возгласы. Арименэль распахнула глаза и с надеждой вгляделась вдаль. И сама радостно вскрикнула: на чёрном флаге одного из кораблей было вышито белое древо, символ Гондора, и семь белоснежных звёзд.
И… с корабля на землю спустились Арагорн, Леголас, Гимли и сыновья Элронда вместе с небольшим отрядом эльфов и дунэдайн, следопытов с севера. Они кинулись на ещё ничего не сообразивших орков, а следом за ними устремилось огромное призрачное войско.
— Призраки из Димхольда, — неверяще прошептала Арименэль.
— Они исполнили свою клятву: пришли на помощь Гондору, — Моргомир улыбнулся и переглянулся с девушкой. Потом они подняли клинки, и созданиям Моргота пришлось обороняться.
Войска мёртвых, объединившись с рохиррим и гондорцами, буквально смели орков. Воины сражались, и монстры, ничего не успев сделать, падали на землю. Сколько длилось это сражение? Никто потом не мог вспомнить, но всё случилось очень быстро.
Последние олифанты пали от стрел и клинков, последние харадрим и орки в панике бежали, стараясь скрыться, но ни один из них не ушёл далеко, всех настигли либо призраки, либо рохиррим на своих быстрых конях.
Моргомир, добив очередного орка, быстро развернулся и огляделся, но никого из врагов уже рядом не было — остались лишь их безжизненные окровавленные тела, грудами лежавшие на траве.
Арименэль, тяжело дыша, пыталась прийти в себя, и Моргомир, бросив ненужный более клинок наземь и кинулся к ней, поддерживая и помогая не упасть. С тревогой посмотрел в её лицо.
— Звёздочка? Ты ранена?
— Нет, — прошептала девушка, скорее даже прохрипела, но ей было уже лучше — дыхание больше не было прерывистым, и голова кружилась уже меньше. — Моргомир… ты… как?.. — эллет открыла глаза и с беспокойством оглядела его.
— Всё хорошо, — полуэльф притянул её к себе. — Всё в порядке. Всё закончилось, Арименэль.
Та вновь закрыла глаза и, спрятав лицо у любимого на плече, устало вздохнула, но после улыбнулась и обняла Моргомира. Где-то вдали радостно переговаривались рохиррим и эльфы, Кэльдар уже о чём-то разговаривал с Мэлнилитоном, Лаурелинмэ с измученной, но счастливой улыбкой слушала их, и стояли втроём Арагорн, Леголас и Гимли, как всегда ворчащий что-то о эльфах.
Битва на Пеленнорском поле действительно была закончена. Для Гондора — победой, для Мордора — поражением.
========== Глава 32. После битвы ==========
Арименэль, закрыв глаза от усталости, шла по полю битвы, поддерживаемая
Эллет не смотрела по сторонам, но она знала, что могла бы увидеть:лишь поле, залитое кровью, сожжённое огнём, да трупы орков и людей. Девушка знала, что не сможет перейти эту грань и спокойно взирать на место сражения. Это уже край.
— Звёздочка! — Громкий крик Кэльдара болью отдался в ушах, и девушка вздрогнула, поморщившись, а после заметила, как строго Моргомир взглянул на эльфа. — Что с ней? Она что, была… тут?
Арименэль кивнула, но после собралась с духом и взглянула встревоженно на брата. К счастью, серьёзно тот ранен не был, и уже только это вселяло в душу слабую радость, но не было сил даже обнять Кэльдара и подошедшего Мэлнилитона. Эльфийка безумно этого хотела, но понимала, что не сможет потом ничего сделать. И эта мысль больно резала душу — раньше ведь силы всегда находились, а сейчас… Лишь бы не рухнуть, испугав Моргомира и других, без того страшно волновавшихся.
Те обступили её, не решаясь подойти близко, смотря так, будто Арименэль сейчас исчезнет. Эльфы, стоявшие позади, перешёптывались, обеспокоенно глядя на эллет. Лаурелинмэ, усталая и очень бледная, подошла к Моргомиру, и тот обнял её. Эльдиэ перевела взгляд на Арименэль.
— С тобой всё хорошо? — Сколько раз эльфийка уже слышала это сегодня. Но, не желая волновать других, она вновь сказала, изнемождённо улыбаясь:
— Да, со мной всё в порядке, — девушка видела, как Лаурелинмэ устало улыбнулась в ответ, но эльдиэ всё время почему-то держалась одной рукой за окровавленную другую. — А ты что, ранена?
— Пустяки, — небрежно ответила эльдиэ, ловя на себе встревоженные взгляды, — всего лишь царапина.
— Лаурелинмэ, тебе лучше отправиться к целителям, вдруг клинок был отравлен, — обратился Моргомир с беспокойством к нолдиэ, и Арименэль мысленно согласилась с ним, вспомнив, что орочьи клинки бывают отравлены. — И тебе, звёздочка, — почти строго проговорил полуэльф, смотря на эллет, и эльфийка невольно улыбнулась, подумав, что любимый обращается к ней, как к маленькому ребёнку. Но было так… так… приятно, что ли.
— Арименэль, ты меня постоянно пугаешь, — проворчал между тем Кэльдар, с тревогой оглядывая сестру. — И Мэлнилитон тоже хорош. Вот доведёте вы меня однажды, и Средиземье узнает, как выглядит седой эльф.
— Кэльдар, хоть ты и мой с Арименэль старший брат, но всё-таки и ты заставляешь нас часто волноваться. — Мэлнилитон возмущённо сложил руки на груди. — Как хорошо, что наши родители не знают, что ты сегодня вечно лезешь в сражения. Впрочем, как и я, — нехотя признал он, пока остальные эльдар улыбались, — да и сестрёнка тоже… Похоже, это семейное. Привыкай, Моргомир.