Любовь по правилам и без

Я стояла посреди спальни над раскрытым чемоданом и мучилась почти гамлетовской дилеммой: стирать или не стирать?

Всем известно, что даже самая дорогая в мире стиральная машина портит вещи. Ручная стирка портит руки. А обращение в химчистку – это вообще отдельная история. В итоге я уже пять минут разглядываю свое любимое синее платье и не могу определить его участь.

Только, пожалуйста, не называйте мое платье майкой!

...Да знаю, знаю: сходство есть, и притом поразительное! Широкие бретели, будничный круглый вырез, да и ткани-то на него

пошло ровно столько же, сколько на майку идет. В крайнем случае немногим больше... Майка, одним словом, – я и сама вначале так думала. На первых порах меня прельстил исключительно цвет.

Синий вообще редко смотрится выигрышно. В большинстве случаев это чрезмерно строгий темно-синий или пошловатый бледно-голубой. Впрочем, существует еще одна разновидность синего – неопределенный сине-лиловый. Я называю его линялым.

И вот три недели назад, случайно оказавшись в торговом центре «Атриум», я заглянула в секцию MoDaMo и совершила настоящую колористическую находку – наткнулась на вещь потрясающе сочного, насыщенно-синего цвета.

– Вам стоит примерить, – затараторила неизвестно откуда взявшаяся продавщица – вероятно, колористический восторг был написан у меня на лице.

– Мне?! Это?! – фыркнула я, для пущей убедительности помахав майкой перед носом у продавщицы.

– Да-да. Именно вам!

Я надела платье и убедилась: такое синее к моим рыжим волосам это... Это без комментариев! И кроме всего прочего, кто бы мог подумать, что вещь, выглядевшая на вешалке как мужская майка, окажется в действительности модельным женским платьем, эффектно подчеркивающим достоинства и деликатно скрывающим недостатки моей фигуры. Во всяком случае, мой главный недостаток – зловеще расплывающиеся бедра – удачно скрадывался благодаря шелковистой упругости ткани. Но кроме бедер... кроме бедер, все выглядело как нельзя лучше! Тонкая талия, высокая грудь, гибкие руки и стройные колени...

Надо ли говорить, что платье я купила тотчас и проходила в нем не снимая еще целых три дня! Обновить свое приобретение я успела в Москве, а затем демонстрировала его на бульваре Борне – главной улице испанского городка Пальма. На курорте платье оказалось просто незаменимым – в нем можно и в пир, и в мир, и в добрые люди, то есть и на пляж, и днем по городу, и вечером по ресторанам. И вот в одном таком злосчастном ресторанчике меня угораздило посадить на блестящий синий шелк громадное томатно-оливковое пятно.

...Еще раз с глубокой тоской оглядев мрачную темно-бурую субстанцию, я вынесла самый суровый вердикт: химчистка. Руками я этого в жизни не ототру, а из-за одного пятна запихивать в машину целое платье – это же варварство! Вандализм!

Ну а химчистка разве не варварство?! Во-первых, я ни малейшего понятия не имею о том, где в нашем районе располагается сие богоугодное заведение. Во-вторых, приемщица – как пить дать – начнет задавать какие-нибудь хитроумные вопросы, вроде того, каким способом лучше чистить принесенную мною вещь. Словно я что-нибудь в этих способах понимаю!.. В-третьих, убедившись в моем абсолютном идиотизме, она – совершенно точно – изберет самый дорогостоящий и неэффективный способ обработки. И в итоге, выложив

за услуги химчистки кругленькую сумму, я рискую все-таки остаться без платья. Точнее, с платьем, украшенным громадным жирным пятном!

Лучше уж от греха подальше воспользоваться машинной стиркой. Постирать платье в режиме с кипячением. А что с ним, собственно, может сделаться?! По идее дорогие, фирменные вещи никаких испытаний бояться не должны. Да, но цвет!.. Синий, манящий... цвет волн, неба и ветра. Цвет синей птицы. Цвет такого испытания не перенесет наверняка!..

– Алена, ну я же просил!.. Ты же мне обещала! – Я вздрогнула: муж так некстати зашел в комнату, в очередной раз застав меня за разглядыванием пятна. – Вот что: одевайся, поехали купим тебе новое платье. Любое, какое пожелаешь!

– Спасибо, Стив! Это очень мило с твоей стороны... Очень даже мило. Только все эти поездки – напрасный труд. Другого такого платья в природе не существует!..

– Так перестань по крайней мере рассматривать его со столь скорбным выражением. Не хочешь покупать другое – смирись!

В ответ я только тихонько вздохнула:

– Что делать? Не могу.

Стив подошел сзади, обнял меня.

– Послушай, мне, наконец, надоело, что моя жена день и ночь оплакивает какую-то глупую тряпку... И вообще, я пришел сообщить тебе, что приближается первая годовщина нашей с тобой совместной жизни... – Дальше он перешел на интимный шепот: – И я хочу, чтобы мы отпраздновали ее...

...Обычно он скуповат на ласки, во всяком случае на ласки дневные, но если это случалось все-таки... Я мгновенно растаяла, забыв про платье, кипячение и химчистку. Его руки скользнули вниз по плечам, по груди, задержались на талии и снова направились вверх, лаская тело и попутно пытаясь справиться с неподатливой застежкой моего халатика.

Смешной! Достаточно просто дернуть за веревочку – и ты увидишь меня всю – бронзовую от загара, крепкую, стройную!.. Ну что же ты упускаешь шанс полюбоваться моим телом после Испании!

Отдых на Мальорке, между прочим, чрезвычайно выгодное помещение капиталов. Умопомрачительной красоты пейзажи, древняя богатейшая культура, а кухня – ну просто оближешь пальчики!.. И тело! Ни один, даже самый дорогущий салон не обеспечит вам таких результатов!.. И это всего-то за каких-то несколько тысяч евро. Правда, это чистая стоимость тура, я не учитываю так называемых карманных денег, истраченных нами в клубах, магазинах и ресторанчиках...

Я и не заметила, как мои мысли сменили направление: от лирико-эротического к прагматическому. А вот Стив заметил. Аккуратно отстранившись, он обошел кровать и опустился прямо на покрывало.

– Сколько раз я говорила тебе, что на покрывало нельзя садиться?!

– Алена, это мещанство, пойми же, наконец! Такое же мещанство, как в течение целого месяца оплакивать дрянную тряпку.

– Значит, дорогой мой, ты женился на мещанке!

– Да, это так. Но, ты знаешь, я не раскаиваюсь.

– Хитрец!

– Я даже горжусь.

– Вот как?

– И хочу, чтобы об этом узнал весь мир.

– Сильно! Ты, случайно, не переигрываешь?

– Хорошо. Пусть об этом узнают только наши друзья, родственники и знакомые в день первой годовщины нашей свадьбы. Но обязательно все!