Любовь, как криптология
Шрифт:
— Что за история с синяками? Мне Шерон весь мозг вынесла! — потребовал ответа супруг, потянув мое запястье вверх и рассматривая характерные лиловые следы.
— Блин, Рок. Она сама чего-то понапридумывала! — снова звучит, как оправдание, а я ведь ничего предосудительного не совершила. — Я ей, честное слово, ничего не говорила, тем более будто бы это ты сделал.
— Так что произошло? — лениво поинтересовался он, машинально поглаживая пальцем синяки, словно пытаясь стереть. Моя бледная кожа с просвечивающими дорожками вен казалась болезненно-синей под бронзовыми пальцами Рока.
— Да наркоша какой-то
— Понятно… — Рок пренебрежительно оттолкнул мою руку. — Ты следующий раз проси своих любовников аккуратнее быть.
— Не поняла… Что за наезды?
— Не трудись. Я в комнате охраны вволю насмотрелся на ваши с дриташцем обжимания. — Да что ж такое? Когда вру — все ведутся, а когда чистую правду говорю — не верят.
— Ревнуешь? — насмешливо фыркнула я.
— Шутишь? Я пока головой не бился.
— Уверен? — Рок только хмыкнул в ответ, пряча солнцезащитные очки в карман. — Дорогой, ты идиот? — от приторности моего голоса сводило скулы. — Ночь на улице. Зачем тебе очки?
— Утром понадобятся, — самодовольно пояснил он, ослепительно и развратно ухмыльнувшись. Последний раз взъерошил ежик на голове и вышел из комнаты.
— Катись уже.
Да уж, такого кобеля ничем не исправить! Впрочем, мне же лучше — кровать будет в моем единоличном распоряжении!
Блин, я же сменной одежды никакой на завтра не взяла. Ни ночнушки, ни белья… Обратиться к Шерон за помощью? О! А что за чемодан тут валяется? Точно, Рок же брал часть своих вещей! Рубашкой для меня может и пожертвовать… Замену ночнушке я нашла… плюс устрою мелкую постирушку перед сном и завтра буду свежа и красива!
Пленительный аромат женщины защекотал ноздри и сработал лучше любого будильника. Организм проснулся еще раньше сознания и уже недвусмысленно сигнализировал о своих потребностях. Я повернул голову, зарываясь в шелковистые, пахнущие цветочным шампунем волосы на макушке. М-м-м, хорошо. Не знаю, кто ты, но ты мне определенно нравишься. Во сне я обвил хрупкое и мягкое женское тело своим и практически распластался сверху, прижимая ее к кровати. Удачная позиция! Рука скользнула по бархатистым ягодицам, восхищаясь упругими окружностями, и пальцы нежно сжались в непроизвольной ласке. Женщина, не просыпаясь, мурлыкнула что-то одобрительное и обольстительно изогнулась подо мной. Ее томное движение отозвалось новой волной возбуждения, ударившей в голову не хуже бутылки выдержанного коньяка. Аж в глазах потемнело! Крошка моя сладкая, что ты творишь? Я же не железный! Надо срочно ее будить!
Я пробежал пальцами по крутому изгибу талии и переместил руку на живот, прижимая ее теснее к своему напряженному телу. Ух, она без белья! Замечательно! Так-с, только что-то мне мешает. Я нехотя приоткрыл правый глаз, чтобы понять, как устранить препятствие. Рубашка… моя… ну, это мелочи… всего пара пуговок.
Что-то не так… Я в другой рубашке вчера был, а эта лежала в сумке на самом дне. Я открыл второй глаз, огляделся и попытался сложить факты. Данному процессу ощутимо мешал организм, настойчиво требующий не отвлекаться от процесса, и нарастающая головная боль, сверлившая виски. Моя рубашка, знакомая комната и маленькая фигурка со встрепанной каштановой шевелюрой, зарывшаяся лицом в подушку. Твою ж мать! Лоб покрылся холодным
Черт! Черт! Черт! Дебил тупорылый! Я как можно осторожней, стараясь не делать резких движений, оторвал руку от ее тела и откатился на другой край кровати, потянув за собой покрывало. Кара протестующе забормотала и потянулась за убежавшим одеялом. Я поспешно укрыл дремлющую девушку. Тш-ш-ш… только спи… не просыпайся… не надо… пожалуйста… Она недовольно застонала и закуклилась в покрывало, сворачиваясь клубочком.
И кто мне объяснит, почему от этого сонного стона мне захотелось вернуться в постель и согреть ее своим телом… и не только согреть? Уф-ф-ф, хотя да. Все логично. Организм не собирался сдавать позиции, а возбуждение так никуда и не делось. Черт! Ничего, холодный душ мне поможет… или хм… ручной способ.
Когда я вышел из душа, Кара еще спала, тихонько посапывая. Интересно, почему она без белья? Я же точно помню, что между нами ничего не было. Картина вчерашнего вечера, несмотря на перебор со спиртным, сохранилась в памяти полностью, без тревожных провалов. Сперва мы с Брэдом пили пиво в любимом спорт-баре, потом я агитировал его завалиться в клуб поблизости, но он наотрез отказался и отправился домой в тоске о недоступной Элизабет. Дальше я кадрил в клубе парочку разбитных красоток, но те, заметив у меня брачную татуировку, только раскрутили на порцию коктейлей и умчались к свободным и более молодым претендентам. Вернулся домой и лег спать. Все! Точно все? Точно! Ну, еще подвинул Кару, а то она чуть ли не поперек кровати раскинулась, лег, уснул, проснулся уже в обнимку.
Ладно, буду считать это предрассветным кошмаром и постараюсь забыть. Тем более женушка не проснулась и не в курсе. А если что, уйду в глухую несознанку. Все, хватит фигней страдать! Надо бы у Шерон уточнить, когда этот ее психолог придет, хочу лично пообщаться. Кроме того дел полно — так вчера и не разгреб полностью всю текучку из-за Бетсиных вывертов. И переезд на квартиру, и няньку для детей найти, и Кару назад отправить… Почему в сутках только 26 часов?
Так. Кто рылся в моей сумке и перевернул все вверх дном? Риторический вопрос… Мне не жалко рубашку, но аккуратно сложить можно было, а не комком обратно запихнуть?
— Кара! — раздраженно гаркнул я, склонившись над виновницей беспорядка.
— А! — женушка подскочила на кровати, испугано взмахнув руками и оглядываясь вокруг. — Вообще дурак? У меня чуть сердце не остановилось!
— Что ты сделала с моей одеждой? — я продемонстрировал измятые, словно их корова жевала, вещи.
— Чего ты жмотишься? — она грохнулась обратно в постель и повернулась ко мне спиной. — Подумаешь, одну рубашку позаимствовала…
— А остальные не могла нормально сложить?
— Я и сложила… тоже мне, аккуратист нашелся. У самого в фургоне бардак несусветный, — возмущенно пробурчала паршивка.
— Там не бардак, — справедливо возмутился я. — Просто вещей много. И в чем мне на работу идти?
— Ну, погладь… Что ты разорался с самого утра?
— Вот возьми и погладь! — я швырнул рубашку на подушку.
— Почему это я? Твоя рубашка — ты и гладь, — нормалка стянула ткань с головы и отбросила в сторону.