Любовь и роскошь

Хэган Патриция

Дани обрадовалась, когда, прибыв в особняк, никого не встретила внизу. Она поспешила в свою комнату, но ее уединение и спокойствие были вскоре нарушены. Не успела она позвонить своей горничной и попросить, чтобы та приготовила ей ванну, как услышала громкий, настойчивый стук в дверь. Со вздохом она открыла ее – на пороге появилась Лили.

Она улыбалась надменно, торжествующе:

– Я знаю, вам уже все известно. Колт сказал, что пойдет в магазин, чтобы сообщить вам.

Дани коротко кивнула и сжала зубы, пытаясь

побороть возмущение, охватившее ее. Ей не нравилась эта лицемерная девчонка, ненавистна была мысль о том, что скоро она будет ее золовкой, но она не станет устраивать сцену. В конце концов это жизнь Колта, и пусть он живет так, как считает нужным.

– Поздравляю, Лили, – сказала она наконец сухо и безучастно. – Надеюсь, вы оба будете счастливы. А теперь прошу извинить меня, мне нужно кое-что сделать.

Лили проигнорировала просьбу и, влетев в комнату, уселась на диван, стоявший подле окна, и застенчиво сложила руки на коленях. Затем, изобразив на лице выражение искренней мольбы, приобретенное ею после долгих часов практики перед зеркалом, она взглянула на Дани и заискивающе произнесла:

– Простите меня за вчерашнюю грубость. Я не имела права говорить так о Драгомире.

Дани не шелохнулась, продолжая стоять подле двери. Она знала, инстинктивно чувствовала, что Лили что-то нужно. Но что? Ведь совершенно очевидно, что она уже получила то, что хотела, – предложение руки и сердца от Колта.

– Все в порядке, Лили, – наконец ответила она, – не беспокойтесь. А теперь, если не возражаете, как я уже сказала, я должна заняться срочными делами.

Лили, даже не сделав попытки подняться, не сводила с Дани умоляющего взгляда.

– Я хочу, чтобы мы были друзьями, Дани. Хорошими друзьями.

Не в состоянии более скрывать раздражение, Дани сухо проронила:

– У нас нет разногласий, Лили… и не будет, если вы позволите мне сделать то, что я собиралась.

Лицо Лили вспыхнуло веселой улыбкой.

– Колт и я хотим пожениться как можно быстрее. Поскольку я круглая сирота и мне не у кого испрашивать благословения, а мой бедный дядя слишком болен для того, чтобы путешествовать, мы решили не затягивать со свадьбой и избежать предбрачных формальностей. Однако мы мечтали, чтобы это был настоящий праздник, красивый и пышный. Мы просим, чтобы вы помогли нам.

Дани недоуменно заморгала. Учитывая сложность ситуации, ей совсем не хотелось вмешиваться. Она покачала головой:

– Об этом не может быть и речи. Я буду слишком занята подготовкой к моему собственному путешествию и…

– Вы не понимаете! – Лили вскочила с дивана и подбежала к Дани: – Мне нужна ваша помощь… и помощь Китти. Вы вдвоем можете устроить празднество, такое же шикарное, как прием, посвященный открытию магазина. Вы знаете много людей. Колт ведь ваш брат, и независимо от того, нравлюсь я вам или же нет, вы должны сделать это для него…

– Лили, прекратите! – воскликнула Дани, поднимая руку. Нет, она не позволит, чтобы ее втянули в мероприятие, которое она, честно признаться, считала ужасной ошибкой. – У меня

нет времени, и это мой окончательный ответ, а теперь, пожалуйста, примите мои поздравления и лучшие пожелания. Я снова прошу вас оставить меня.

Лили отступила на шаг от нее, почувствовала, как щеки ее зарделись от нанесенного унижения.

– Я пришла для того, чтобы извиниться, если случайно рассердила вас вчера вечером; предложила свою дружбу и вот что получила… Пощечину…

Дани не собиралась сдаваться.

– Я устала объяснять вам, что у меня нет времени для того, чтобы помогать со свадьбой, Лили. Прошу прощения, если мой отказ оскорбил вас.

Глаза Лили угрожающе сузились.

– Когда я стану госпожой Джон Тревис Колтрейн, вы не посмеете так со мной обращаться. Будете относиться ко мне с уважением, которого я заслуживаю.

Дани подавила смешок.

– Я буду относиться к вам так же, как к любому другому, Лили: как вы того заслуживаете. А теперь, – она сделала глубокий вдох, медленно выдохнула, указывая на дверь недрогнувшим пальцем, – если вы не уйдете, боюсь, мне придется помочь вам, поскольку вы не оставляете мне другого выбора.

Тут уж взорвалась Лили, теряя остатки самообладания.

– Почему, почему… Вы, тщеславная маленькая дрянь, – выдохнула она и закричала: – Колт рассказал мне о том, что никогда в жизни вы не думали ни о ком другом, только о самой себе, никогда не беспокоились о том, какую боль причиняете близким. Ну что ж, я скажу вам кое-что, мисс Воображала, вы получите то, что заслуживаете: ваш дорогой русский не кто иной, как обыкновенный ловелас. Он спит со всеми, кто ему предлагает себя, и если бы я только захотела, могла бы увести его… – Она размахивала руками перед носом Дани.

Дани с трудом сдерживала гнев. Ей отчаянно хотелось дать Лили пощечину, но она твердо решила держать себя в руках, пока сможет. Она на мгновение закрыла глаза, глубоко вздохнула и, схватив Лили за плечи, потащила ее к двери.

Лили визжала и сопротивлялась, но Дани, хотя она была меньше ее, оказалась более проворной, и ей удалось выставить скандалистку за дверь сильным пинком. Дани отпрыгнула назад, захлопнула дверь и закрыла ее на замок.

– Я еще расквитаюсь с вами! – немедленно завопила Лили. – Клянусь, расквитаюсь. Выйду замуж за вашего брата и превращу вашу жизнь в ад! И вам придется сбежать отсюда и жить с русским ловеласом, пока он…

Дани прислонилась к двери, дрожа с головы до ног. Господи, куда же все подевались? Слуги наверняка слышат эти вопли, но предпочли не вмешиваться. Никого из членов семьи нет дома, иначе они незамедлительно примчались бы на помощь. Дани сочувствовала Колту. Никогда и ничто не убедило бы ее в том, что он влюблен в эту наглую особу. Если бы он оказался поблизости и увидел свою будущую жену во всей красе! От одной лишь мысли о том, что Колт собирается жениться на этой грубиянке, Дани хотелось заплакать, но что она могла сделать? Ведь он никогда не поверит ей, даже если она и расскажет ему об этой чудовищной сцене.