Любовь через года...

Т. Юлия

— И ты поэтому что ли в обморок шлепнулась? — прищурила свои проницательные глаза подруга.

— Катюш, только не ругайся. Я уже и так себя измучила. Не представляешь, как испугалась за ребенка. Больше ни на секундочку не позволю себе вспоминать Пашу. И вообще не буду больше читать про него. Не хочу ничего знать.

— Ладно, бедолажка ты моя. А вообще подруга, расскажи ты Павлу про ребенка, и эта Ангелина подвинется, как миленькая.

— Нет, Кать. Не хочу никому мешать. Совет им, да любовь.

— Настырная же ты. Кстати, ты маме рассказала про беременность?

— Да,

и про развод тоже. Она конечно была потрясена. Но в целом приняла ситуацию нормально. Обрадовалась, что бабушкой станет.

— Вот, а ты переживала.

— Кать, спасибо тебе.

— Иди ко мне, Маруська.

Девушки обнимались и ещё долго сплетничали, пока Катю из кабинета не выгнала медсестра.

***

Маша, шла вперевалочку в легком ситцевом платье. Палящие лучи солнца нежно поглаживали волосы и делали светлее. Кожа окрасилась в золотистый цвет. Девушка улыбалась и поглаживала живот. Вот уже скоро её мальчик появится на свет. На втором УЗИ сказали пол ребенка. Марии было неважно, кто будет. Но отчего-то сердце наполнялось гордостью, что скоро она даст жизнь маленькому мужчине, её будущему защитнику, сыну. С именем Маша ещё не определилась. Вариантов было немного, но хотелось увидеть лицо мальчугана и тогда уже смело назвать. Имя должно подходить. Иногда девушка представляла сына белокурым ангелом с голубыми глазами, похожим на неё саму. А иногда черноволосым разбойником с серым стальным взглядом. Не важно каким родится сын, главное она подарит ему всю свою любовь, всю себя. Девушка купила рожок мороженого и неспешно направлялась к парку.

— Маруся, привет! — подошла к ней любимая подруга Катя. Попыталась обнять, но вышла это с большим трудом.

— Кать, я похожа на неуклюжего медведя.

— Да ладно тебе, если только на милую пандочку.

— Думаю, что обниматься в моем положении не стоит.

— Марусь, не лишай меня такого удовольствия. Когда я ещё пандочку пообнимаю?

Подруги рассмеялись и направились гулять по парку. Выйдя в декрет, девушки ввели прогулку по парку, как ежедневный ритуал.

— Ты сумку собрала?

— Да, Кать.

— Всё сложила?

— Катерин, ты каждый день задаешь одни и те же вопросы. Да, я всё сложила.

— Я переживаю за тебя. Ты же знаешь.

— Знаю.

— В роддоме тоже всё на мази. Договорилась с заведующей родильного отделения. Она сама у тебя будет роды принимать. Так что всё пройдет в лучшем виде.

— Катюш, я же просила не напрягаться. Родила бы уж как-нибудь.

— Вот именно что как-нибудь. А мне надо, чтобы всё идеально прошло. И ничего я не напряглась. Один звонок и вуаля.

— Спасибо, Катерин. Я так тебе должна.

— С ума не сходи. Я, как будущая крестная мать, всего лишь позаботилась о своем крестнике. Ты кстати не передумала?

— Если на счет Паши, то нет.

— А он так и не женился.

— Ничего не хочу про него знать.

— Упрямая ты.

— Катюш, зачем нам папа, когда у нас есть ты.

— А ещё и подлиза.

— Ой, что-то живот прихватило. Давай посидим.

Не успели

девушки дойти до лавки, как под Машей образовалась небольшая лужица.

— Воды похоже отошли, — прошептала напуганная Мария. Катя оперативно достала телефон, набрала 112 и истошно заорала:

— Скорая! Срочно! Девушка рожает!

25

Катерина вот уже полдня торчала в кафе напротив роддома, где сейчас находилась её единственная лучшая подруга. Девушка выпивала уже пятую чашку кофе, съедала третий кусок штруделя. Нервы были ни к черту. Хоть роды у подруги и принимала сама заведующая родильного отделения плюс ещё одна врач на подхвате, все-равно волнение не покидало.

— Вам ещё что-то принести? — подошла вежливая девушка в коричневом переднике.

— Валерьянка есть?

Официантка растерялась.

— Нет.

— Тогда ничего. И так уже нещадно растолстела на ваших десертах килограмма на два. Мои инструктор вам спасибо не скажет. Всю неделю заставит пахать в тренажерке.

Катя достала телефон, в который раз проверила его на наличие пропущенных. Тот бессовестно молчал.

— Черт! — выругалась девушка.

Часа через два, когда была допита шестая кружка кофе и съеден четвертый штрудель, смартфон решил сжалиться над хозяйкой. Звонила абонент Маруся.

— Машка! Ну как?! Родила?!

— Да, Кать. Мальчик 4500 грамм, 57 сантиметров.

— Ничего себе богатырь! Как назвала?

— Лев.

— Как Толстой что ли? — прыснула Катя. — Красивое имя, мне нравится. Бегу к тебе! Что захватить?

— Воды и кефир. Больше ничего не нужно. Есть совершенно не хочется, только пить.

— Все, жди передачку.

Кате хотелось сплясать канкан. Наконец Машка родила. Всё хорошо. Можны выдохнуть. В магазине Катерина помимо воды и кефира, накидала в корзину разной молочки и кисломолочки. Не выпьет, так с другими роженицами поделиться. В приемном покое девушка передала Маше посылку, предварительно подписав фамилию и палату подруги.

Катя сгорала от нетерпенья увидеть своего крестника, Льва. Девушка снова достала телефон, созвонилась с заведующей родильного отделения, попросив об очередной услуге. Конечно не безвозмездно, а за очень даже хорошее вознаграждение.

К Катерине подошла пожилая медсестра, выдала халат, тапочки и потащила на третий этаж, где лежали роженицы.

— К мамочкам не пойдем, не положено. А вот деток за стеклом можно глянуть. Только, девонька, быстро, одним глазком.

— Да, конечно. Я мигом.

За стеклом стояли несколько боксов с грудничками. Разобраться, чей ребенок Машин было невыполнимой задачей.

— А который из них Кузнецовой Марии. Она сегодня родила.

— Этот-то. Вон, смотри, с краю лежит, чернявенький.

Катерина подошла ближе к стеклу и начала разглядывать малыша.

— Господи, вылитый Пашка. Такой маленький, а уже весь в отца. Надо же. Привет, Левушка. Скоро поедем домой и твоя тётя тебя затискает.

Мальчишка спал.

— Красивый мальчуган. Сестра что ли родила?