Люблю мой 'Смит-Вессон'
Шрифт:
Эхо закружило хлопок выстрела по погребальной камере. Трупы в яме словно бы дрогнули. За спиной у нее заметались в слепой панике крысы. С потолка туннеля дождем посыпалась земля. Когда шум стих до гула, Дух поглядела на мертвеца и произнесла:
– Упокой, Господи, души усопших рабов Твоих и всех усопших сродников и благодетелей моих, и прости им все грехи, сделанные по собственной их воле и помимо их воли, и дай им Царствие Небесное. Аминь.
Той ночью Дух Тьмы спала в кровати Злыдня, головой на его подушке.
На следующий день она съездила
Что подарить человеку, который уже убивал все, что возможно?
13
Любовь живет и за гробницей
Землей, цветами и росой.
– Не понимаю, – изумленно твердил Брэндо.
– Чего именно? – поинтересовался Злыдень.
Они стояли в однокомнатной квартирке над кабинетом дантиста в Вест-Дисбери. Квартирка была чистенькая, недавно отремонтированная и обставленная. Пахло здесь только свежей краской. Тут имелись ванная, гостиная, кухня и спальня. А еще холодильник, стиральная машина и плита, на кухне была даже крошечная посудомоечная машина.
Поглядев на ключи у себя в руках, Брэндо настороженно поднял глаза на Злыдня.
– Ты меня селишь как свою шмару, так? Будешь, проезжая мимо, заскакивать, дарить цветы и трахать меня?
– Если ты не против, я бы ограничился цветами.
– Я не возьму у тебя ключи. Во всяком случае, пока не пойму, во что мне это обойдется.
– Ни во что. Это одна из квартир Маленького Малька. Он, знаешь ли, еще и домами владеет, поэтому сдает по мелочи. Твое жилье без квартплаты. От тебя требуется только оплачивать коммунальные услуги.
– Он велел тебе так сказать?
– Я ему велел так сказать.
– Но почему? – Подойдя к окну, Брэндо выглянул на машины и прохожих внизу. Не счастливо, просто изумленно. – Должен же быть какой-то подвох, мужик. В чем он?
– Никакого подвоха.
Злыдень протянул ему браунинг и коробку патронов девятого калибра.
– Это подвох? – спросил Брэндо. – Ты хочешь, чтобы я кого-то убрал?
– Нет, если только он не попытается пристрелить тебя первым.
Брэндо крутил пистолет в руках, и вид у него был чертовски встревоженный.
– Послушай, – сказал, садясь на диван, Злыдень. – Маленький Мальк не может держать у себя в организации бездомных, которые спят в машине. Это плохо сказывается на его имидже, да и тебе неполезно. Теперь тебе нужно о себе заботиться. Ты нам нужен в отличной форме. А это значит отдых и нормальный сон. Для того и квартира.
– А это? – Брэндо показал на пушку.
– Тебе нужно быть при оружии. Ведь ты будешь моим заместителем.
– Твоим заместителем? – со смехом качая головой, переспросил
– Смешной человечек, которого мы охраняем.
– Но Маленький Мальк считает, что он главный.
– Вот именно. И наша работа – делать вид, что так оно и есть.
– Странно все как-то.
– То ли еще будет.
Брэндо посмотрел на Злыдня долгим, задумчивым взглядом.
– Скажи мне кое-что... Если ты меня ценишь, то почему велел не приходить тем вечером?
– Каким вечером?
– Когда кто-то пытался убить Малька. Ты знал, что что-то назревает, и велел мне не приходить. Почему?
– Я знал, что если ты будешь там, то попытаешься вмешаться. А героем должен был стать я, а не ты.
У Злыдня зазвонил мобильный, и, отвечая, он отвернулся, предоставив Брэндо изумленно осматривать квартирку. Звонила Никки.
– Я... хотела спросить... Ты сегодня вечером занят? Не хочешь ли заехать, съесть чего-нибудь вкусного? Часиков в восемь?
Злыдень быстро подсчитал в уме. К девяти Никки будет пьяна. К десяти окажется в его объятиях, и последняя стадия плана его мести Билли Дайю за предательство будет в самом разгаре.
– Увидимся в восемь, – сказал он.
Билли же сидел в номере своей гостиницы, упорно перерабатывая третий вариант невыносимого дерьма, который в минутном помрачении обозвал "Гангчестер, третья серия", когда зазвонил телефон. Артемизия приглашала на совещание после обеда.
– В котором часу?
– В любое время. Мы с Тимом будем тут до шести. – В ее голосе звучало отчаяние.
– Вы успели прочитать сценарий второй серии?
– Да, лучше на все двести процентов. Вы учли наши замечания, мы вполне удовлетворены.
– О! Отлично. – Облегчение и ликование пронизали его как кайф от понюшки кокса.
– Приезжайте, как только сможете.
Как и большинство писателей, Билли достаточно было только похвалить, и он уже переворачивался на спинку, точно щенок. Вместо того чтобы задуматься, зачем собирать совещание, лишь бы обсудить удовлетворительную работу, он сосредоточился на словах Артемизии, дескать, сволочи с телевидения "вполне удовлетворены" его трудами. Тревожные сирены завыли, лишь когда он встретил в приемной Артемизию. Лицо у нее было мертвенно-бледным, под глазами залегли темные круги. С таким лицом ничего не празднуют.
Тим ждал в кабинете Ларри. При виде Билли он нервно улыбнулся. Билли сразу заметил, что на коленях у него нет привычной пачки страниц, и оглянулся посмотреть на Артемизию, потом снова перевел взгляд на Тима.
– Ладно, в чем дело?
– На нас произвело чрезвычайное впечатление качество ваших переработок, – сказал Тим.
– Настолько, что весь сериал отменили, черт побери, – подхватил Билли.
У обоих вид стал больной и несчастный, и Билли понял, что попал в точку, поэтому на всякий случай схватился за спинку стула, а Тим изложил печальную историю.