Любить – значит верить
Шрифт:
Ей не было даровано даже нескольких секунд блаженного забытья. Головокружение прошло почти мгновенно. Тони был само внимание: клохча, словно курица-наседка, он увел Брук из холла к себе в кабинет. Усадив ее в кожаное кресло, он сразу же ушел, пробормотав что-то Моргану перед тем, как закрыть за собой дверь.
Брук заставила себя сесть прямее и не отвела глаза, встретившись с гневным взглядом Моргана. Она прекрасно знала причину его ярости.
– Выпей это, – отрывисто приказал он, подавая
Она поспешно сделала несколько глотков, потому что при этом можно было молчать. Конечно, Морган неправильно истолковал причину ее потрясения. Ему не понять той сложной смеси страха, отчаяния и облегчения, которую она почувствовала, услышав о смерти Эндрю.
– Два года! – сказал Морган. Казалось, слова вырываются у него помимо его воли. – Ты не видела его два года, но чуть не упала в обморок, когда услышала весть о его гибели. Господи, Брук, если ты так сильно его любила, то почему ты не вышла за него замуж?
Она не должна говорить Моргану правду, если не собирается дать ему шанс нарушить хрупкую гармонию ее жизни с Энди. – Он не хотел на мне жениться, – соврала Брук. Ей удалось смахнуть со лба волосы вызывающим жестом, хотя перед глазами у нее снова все поплыло. – Ты же знаешь, каким легкомысленным человеком был твой брат, – добавила она. – Ему каждую пару месяцев нужно было менять возлюбленную.
Морган посмотрел на нее, не скрывая своего гнева и презрения.
– Тони пошел за твоим пальто, чтобы я мог отвезти тебя домой, – сказал он.
Брук ощущала леденящий холод, и к тому же ее так тошнило, что она почти потеряла способность думать. Но никаких умственных способностей не нужно было для того, чтобы знать: дорога домой вместе с ним будет невыносимой. Он ворвется в тихое убежище, которым стала для нее ее квартирка, заполнит ее всю воспоминаниями о своем присутствии, терзая ее напоминаниями о тех чувствах, которые когда-то между ними были.
– Я не хочу, чтобы ты отвозил меня домой, – прошептала она.
У Моргана гневно потемнело лицо.
– Зачем ты отправила мне те цветы, Брук?
– Не знаю.
Она постаралась напустить на себя полное равнодушие, хоть старалась не встречаться с Морганом глазами: она знала, что от его зоркого взгляда не укроются следы чувств, которые она хотела бы скрыть. Почему она разрешила себе на минуту убрать тщательно созданные барьеры? Почему она позволила себе вспомнить, как сильно любила его когда-то?
Он не удовлетворился ее уклончивым ответом и, подойдя к ней, обхватил ее лицо ладонями, заставив посмотреть себе прямо в лицо.
– Почему ты отправила мне цветы, Брук?
Знакомое прикосновение его рук заставило ее вздрогнуть, и она опустила ресницы, чтобы скрыть поднявшуюся в ней волну чувств. Она хотела бы оставить его вопрос без
– Потому что когда-то, очень давно, я тебя любила. Потому что… хоть и недолго… мы были очень счастливы.
Брук удивилась, услышав его резкий выдох, словно ему было важно, что именно она ответит, а он не знал, что услышит от нее.
– Я иногда начинал думать, что мои воспоминания о тех первых немногих неделях были обманчивыми, – резко проговорил он. – Я польщен тем, что даже ты считаешь, что когда-то между нами было нечто необыкновенное.
Он разжал ладони, и она отстранилась. Ей надо было, чтобы он не догадался, как сильно подействовало на нее его присутствие.
– Боюсь, что у меня нет времени копаться в пыльных воспоминаниях, Морган. – Она говорила недружелюбно, чтобы скрыть свое волнение. – Может, Тони и кажется добрячком, но на самом деле он платит только за работу.
На секунду она испугалась ярости, которую в нем разбудили ее слова, но Тони вошел в кабинет как раз в тот момент, когда она замолчала. Ярость, отразившаяся на лице Моргана, мгновенно сменилась вежливо-равнодушным выражением лица.
– Брук, вид у тебя стал еще хуже. Даже хуже, чем вчера ночью. – Голос Тони прорвался сквозь хаос ее испуганных мыслей. – Отправляйся с мистером Кентом домой, Брук. Джинни может сменить тебя у двери. Отдохни, а то доведешь себя до болезни. Я же вижу, что ты этой ночью не сомкнула глаз.
У нее не было сил спорить сразу с двумя людьми, да и в любом случае Брук сомневалась, что сможет продолжить работу. Ей было так холодно, что она даже решила, что больше никогда в жизни не согреется. Каким-то уголком мозга, не потерявшим способность мыслить, Брук понимала, что это результат шока и что она сейчас не в состоянии отвечать за свои поступки. Однако большая часть ее мозга совершенно потеряла способность думать о чем бы то ни было, и она послушно стояла, пока Тони застегивал ей пуговицы на пальто.
– Я вызову тебе такси, – предложил он.
– Спасибо, меня у входа дожидается машина, – ответил Морган.
Брук сдавленно хохотнула.
– Ну еще бы!
Тони посмотрел на нее, удивившись истерическим ноткам, прозвучавшим в ее словах. Как ей объяснить ему, что Морган Кент из тех людей, кого всегда дожидается машина, чтобы мчать его прямиком к цели? Другие могут увязнут в мелочах повседневной жизни – но Морган определенно знал, что ему нужно, и мог справиться с проблемами, которые других, более подверженных ошибкам людей, поставили бы в тупик. Брук на собственном опыте узнала, как именно он справлялся с проблемами. Она сама когда-то превратилась в проблему – и он выбросил ее из своей жизни решительно и безжалостно.