Любить Роуэн

Уэйн Ариадна

— Ты постоянно это говоришь.

— Потому что так оно и есть. Роуэн, твое тело сводило меня с ума до Мии, и оно оказывает на меня такой же эффект и сейчас. Потому что это ты. Я люблю тебя, и мне не важно, как ты выглядишь. Ничто этого не изменит.

Слезы навернулись мне на глаза, и я поцеловала его. — Я так сильно люблю тебя, Кайл. Ты и Мия — это весь мой мир. Пожалуйста, скажи, что ты знаешь это.

— Я знаю, детка. Пожалуйста, больше ничего от меня не скрывай. Меня убивает, что ты не думаешь, будто

можешь поговорить со мной обо всем. Мы должны быть в этом вместе.

— Прости. — Я прильнула к нему. Мысль о том, чтобы все испортить и потерять его, была невыносима.

— Тебе не за что извиняться. Просто скажи мне, что, когда я тебе понадоблюсь, ты дашь мне знать. Не бойся рассказать мне обо всем.

Кайл

Я люблю свою жену.

Она моя жизнь, мой мир, воздух, которым я дышу. Плевать, если это звучит банально, каждое слово — правда. С того самого момента, когда она вошла в ту спальню, с первой ночи, которую мы провели вместе.

Я наблюдал за ней, пока она спала. Сложно было бы не наблюдать, ведь она лежит на одной со мной подушке. Мы оба относимся к тому типу людей, которые предпочитают личное пространство во время сна. Но теперь мы оба спим на одной стороне кровати каждую ночь, прижавшись друг к другу во сне.

Я сдержал свое обещание. Роуэн нужно было знать, как сильно я люблю ее, после всей той истории с Эндрю и сообщениями. Было бы очень легко разозлиться на нее за то, что она скрыла правду от меня, но я понимал, почему она так поступила. Роуэн была напугана.

Всю свою жизнь она любила мужчину, который не любил ее в ответ. Теперь у нее есть я, и она ужасно боится лишиться того, что у нее есть. Но ничто и никогда не заставит меня разлюбить Роуэн.

Мы отправились в постель, и я покрыл поцелуями все ее тело, уделив особое внимание тем изменениям в нем, из-за которых она переживала. На лице Роуэн появилось то самое выражение, которое мне так нравится, когда она была близка к тому, чтобы кончить. Выражение полного блаженства.

Только благодаря мне на ее лице возникает это выражение. Никто и никогда не подарит ей ничего подобного.

А теперь Роуэн мирно спит. Ее голова покоится на одной подушке вместе со мной, одной рукой она обнимает меня, как бы заявляя, что я принадлежу ей. И я целиком и полностью принадлежу ей.

Если я и испытываю злость, то она направлена на Эндрю, который приставал к женщине, которая недавно родила ребенка, и которая крайне не уверена в своем теле, о чем ему прекрасно известно. Эндрю отлично понимал, что делал, когда мучал ее, и я горд, что Роуэн проигнорировала его. Мне нет необходимости проверять ее сообщения или почту. Мне достаточно ее слова.

Роэун чудесная. Весь ее привычный образ жизни рухнул, благодаря пищащей крошечной девочке, чьи желания и потребности не знают границ. В свои

четыре месяца Мия веревки из нас вьет.

Утром я позвоню отцу и отпрошусь у него с работы на еще какое-что время, чтобы побыть дома. Отец очень поддерживает нас. Он сам спрашивал, не нужен ли мне еще отпуск. И я воспользовался этим, чтобы убедиться, что Роуэн не нуждается во врачебном вмешательстве после судорог. Но теперь я понимаю, что даже после этого, эти мысли по-прежнему не покидают ее. Это разбивает мне сердце.

За прошедшие несколько недель моей девочке столь многое пришлось перенести, и я ничего не замечал. Я парил в облаках после рождения дочери, а теперь внезапно понял, что уделял слишком мало внимания тому единственному человеку, который важнее всего на свете.

Без Роуэн жизнь не имеет значения. Я высвободил руку из-под нее, встал с кровати и наклонился поцеловать жену в щеку, прежде чем выйти в гостиную. Там я взял в руки ее телефон и прочитал все ее сообщения. Эндрю просил, умолял ее уделить ему внимание. Он давил на чувство вины, вынуждая ее согласиться встретиться с ним.

Хоть я и знаю, как сильно Роуэн любит меня, но меня удивило, что она не поддалась на его уловки и не сдалась. Она была такой всепрощающей и мягкой, что, уверен, она явно думала о его горе. Порой я замечал, что она пересматривает старые фото, где они втроем. Смерть Чарли по-прежнему беспокоит ее, и я могу это понять. Но то, что Эндрю пытается использовать это, злит меня сверх меры.

Я бросил взгляд на дверь спальни. Вся моя жизнь находится за этой дверью, и будь я проклят, если позволю этому продолжаться. Я набрал ответное сообщение и отправил его Эндрю.

Возле нашего дома есть парк. Нам нужно поговорить.

Ответ пришел через пару секунд.

Я знаю это место. Когда?

Я почувствовал, как ладонь свободной руки непроизвольно сжалась в кулак. Место, которое я назвал, было довольно неопределенным, но он знает, о чем я говорю? Он что, следил за ней?

Завтра в десять утра. Увидимся возле утиного пруда.

Спасибо, Роуэн. Ты не пожалеешь.

Пожалеет? Да она даже не узнает об этой встрече. Моя задача оберегать ее, и я сделаю все, что в моих силах. То, что она игнорирует его никак не объясняет его сообщение. Я просто позабочусь об этом.

Когда я вернулся обратно в спальню, Роуэн все еще мирно спала, и я улыбнулся, глядя на нее. Я улегся рядом с ней и подсунул руку ей под шею. Роуэн заерзала. — Ты холодный, — пробормотала она.

— Значит тебе нужно согреть меня, — прошептал я, притягивая ее к себе. Я закрыл глаза, успокоенным тем фактом, что Роуэн принадлежит мне, и всегда будет принадлежать.