Любить буду жестко

Царицына Екатерина

Данте усмехнулся, отпил еще кофе:

– Я серьезно, Инга, дальше пешком, машину оставим здесь.

Я не выспалась, устала, наревелась, стала секс-рабыней, в моих вещах рылся озабоченный подонок, мне несколько дней, а то и недель, предстоит обходиться без горячей воды. Настроение было и так на нуле, и улыбка Данте вывела из себя. Я взбесилась просто, зачерпнула полные горсти ледяной воды и плеснула ему в лицо.

Данте фыркнул, моргнул удивленно, отбросил кружку и кинулся ко мне, повалил на землю и начал щекотать, приговаривая:

– Все

еще весело?

– Ай, перестань! – Я задохнулась от смеха, раскраснелась, выгибаясь и пытаясь ускользнуть от его ловких пальцев, - хватит, не могу больше!

От смеха заслезились глаза и разболелся живот, иглы набились в волосы.

– Ты права, Ириска, хватит, - прохрипел Данте, склонился к моей груди и впился губами в сосок.

От неожиданной ласки по телу пробежала дрожь.

– Данте, не… - вспомнила, чем закончился прошлый отказ, и замолчала, закусив губы, когда Данте впился во второй сосок, искусал его, заласкал языком, и второй тоже.

Кусал, полизывал грудки и соски, используя для ласки только губы и язык.

Внизу живота вспыхнул пожар, между ног стало влажно. Данте всегда знал, что сделать со мной, чтобы я стала его послушной девочкой. Раньше.

– Пожалуйста, не сейчас, - прошептала, когда он начал спускаться поцелуями к поясу джинсов.

– У меня от запаха твоего возбуждения яйца горят, Ириска, я же знаю, что ты мокрая сейчас. Спорим, если запущу пальцы в твои трусики, то обнаружу там медовый ручеек?

– Не надо спорить, - невольно провела по его волосам, зарываясь в них пальцами, как же я скучала по нашим внезапным играм, - я мокрая, но это ничего не значит. Просто физиология.

– Физиология? – Прорычал Данте, - физиология?

Он ущипнул меня за сосок, напоминавший ярко-красную малинку, не больно, но так, что я вздрогнула и потянулась к нему. Будто просила: «Повтори».

– Да, ты опытный любовник и знаешь, как возбудить женщину, поздравляю! Трахать меня будешь, пыжась от чувства собственного достоинства, можешь на весь лес орать, какой ты молодец.

– Какая же ты сука, невинная блядь. Надо было, прежде чем тащиться в лес, свозить тебя к гинекологу, проверить не зашита ли у тебя целка. Может, это твой фетиш. Может, ты тащишься оттого, что тебя рвут. Вечную девственницу, а остальное - игра и пиздежь. Может, ты мне просто пиздила, что обещала маме не трахаться до свадьбы?

Я среагировала быстрее, чем успела понять, что хочу сделать. Но в следующую секунду раздался звонкий хлопок, а на щеке Данте остался след от пощечины.

Несколько мгновений мы просто смотрели друг на друга. Мои соски краснели от его ласк, щека пылала Данте от моей пощечины.

Не получается у меня быть покорной рабыней, это оказалось сложнее, чем я думала.

– Мне твоя помощь не нужна, хочешь трахаться, иди трахни свою руку. И договор наш засунь туда, откуда не выковыривается. Я сама справлюсь, - произнесла твердо.

В глазах Данте вспыхнули недобрые огоньки. Он убрал от меня руки, поднялся и молча наблюдал, как я встаю, отряхиваю иглы

и травинки с кожи, натягиваю футболку.

Я на него старалась не смотреть. Вернулась к машине. Мой рюкзак стоял собранный, я быстрее стянула джинсы и переоделась в удобные брюки для походов. Джинсы и несессер запихала в рюкзак. Надела на запястье компас, лежавший в боковом кармане рюкзака, в карман положила карту и телефон, сигнал пока был и я посмотрела, где нахожусь. Куда идти не имела ни малейшего понятия, Данте мне не сказал, где искать, а я была слишком зла, чтобы спрашивать.

– Я понял, ты сильная, независимая женщина, которая пожар на скаку остановит, но с чего ты взяла, что я тебя отпущу? Договор наш могу разорвать только я, забыла? – Данте подошел ко мне, схватил за плечи и прижал к себе, - ты сама пришла ко мне, я тебя не звал, не хочешь, чтобы тебе было хорошо? Боишься, что твое гнилое сердце не выдержит и зацветет от счастья? Хорошо. Я буду драть тебя жестко, без прелюдий и ласк. Но драть я тебя буду, - Данте смерил меня презрительным взглядом, - но, девочка, ты же не думала, что я ввязался в эту авантюру только ради твоих прелестей? Ты приятный бонус, как бантик на коробке с подарком. Моя настоящая цель – украшения Багировой.

Глава 9

Глава 9

Его слова должны были разозлить, унизить, но, наоборот, на меня словно вылили ушат ледяной воды, охладив зашкаливающие эмоции. Должна была сразу обо всем догадаться, но мешали страх за близких, боль от встречи с прошлым, старые чувства, вспыхнувшие едва увидела Данте.

Бантик, значит? Дура? Что ж, отлично.

Усмехнулась, положила ладони на грудь Данте. Он вздрогнул от моего прикосновения, а я прижалась к нему, полукружия мягко коснулись его каменной груди.

– Ты знал, с самого начала знал, где искать и куда идти, но играл со мной, хотел сделать больнее, не наигрался в прошлый раз, мало показалось? – Заглянула Данте в глаза. Обрезалась об острый лед.

– Мне тебя всегда было мало, Инга, - ответил Данте, накрывая мои ягодицы ладонями и впиваясь в плоть жесткими пальцами. Но во мне ничего не откликнулось на его жест. В глубине души я надеялась, что у Данте все же были ко мне чувства, пусть не любовь, но привязанность, капля тепла, из которой может родиться что-то большее. Поэтому так больно было от его условий, так невыносима его близость.

Рассмеялась, встряхнула волосами. Господи, какая же я на самом деле дура, думала, что причинила ему боль, когда приняла предложение Макара. Но ранить ведь можно только того, кому на тебя не плевать. Моя рана все еще кровоточила, потому что мое чувство было настоящим. Данте всегда интересовало лишь мое тело, желание утвердить надо мной свою власть, лишив невинности.

Сейчас не осталось и этого. О, нет, несомненно, он хочет меня, надо же закрыть гештальт. Унизить, добить, растоптать.