Любимая пешка короля
Шрифт:
Ой.
Ой-ой.
– Да, конечно, – я натянула подол вперед, чтобы не позориться босыми пальцами.
Но, похоже, Эльиньо эта часть реальности не волновала.
Он отломал цветущую ветку, поднес к лицу, поводил над ней носом, а потом протянул мне.
– Надеюсь, этот жест не несет в себе никакого ритуального смысла? – осторожно спросила я.
Паранойя – болезнь заразная.
– Я настолько тебе противен, что ты боишься оказаться связанной со мной ритуалом? – усмехнулся Эль, и его обычно высокомерно-красивое лицо исказилось росчерком усмешки.
– Вообще-то меня больше напрягает,
Лицо короля словно пошло рябью от эмоций, я поняла, что «пояснятель» из меня так себе. Поэтому сначала забрала ветку, чтобы он еще не надумал что-нибудь, вроде того, что я готова связать себя ритуалами с Верховным магом.
– Ты мне не противен. Совсем. С чего ты взял? – спросила я.
– Ты хотела отсюда… – он явно подбирал слово. – …Вернуться в свой мир.
– Ваше Ве… – взгляд обиженного ребенка обжег меня, и я поправилась: – Эль, ты пытаешься сравнивать несравнимое и делать на этом основании выводы. Как спрашивать у человека, что ему больше нравится: белое или гладкое? То, что ты мне нравишься, не мешает мне осознавать, насколько твой мир отличается от моего. Мне здесь сложно.
Я боялась поднять взгляд собеседника.
Но всё же решилась.
– Я нечаянно подслушала ваш вчерашний разговор с таем Леонарду, – призналась я.
Не дождавшись ответа, я всё же стрельнула глазами в сторону короля. Он смотрел на меня.
Я набрала полные легкие воздуха. Раз уж мы добрались до выяснения отношений, то нужно выяснять до конца.
– Лео… нарду, – поправилась я под недружественным взглядом монарха, – прав. Меня не устроит жизнь любовницы-приживалки. Я не из тех женщин, кто готов пожертвовать собой ради любимого мужчины, – произнесла я, глядя в глаза. – В моем мире у меня было мало времени на то, чтобы задумываться о семье и детях. Вся моя жизнь была подчинена работе. Как твоя. И времени и сил на чувства у меня там не было. Но здесь, рядом с тобой, я начинаю воспринимать мир по-другому. И могу сказать однозначно: я не смогу быть рядом с тобой и видеть, как ты держишь на руках своих детей. Но не моих. Прости.
Эль тяжело вздохнул. И кивнул.
– Я действительно не думала о тебе, принимая решение, остаться мне в этом мире или нет, – продолжила я. – Потому что рядом со мной шло сражение. Мы все были в шаге от смерти, таи Лотер и Тибо отбивались от чудовищ. Мне было страшно. Мне вообще было очень страшно в Заколдованном лесу. Когда я уснула, отравленная цветущей лианой, и поняла, что не могу вырваться из клетки ни в реальности, ни во сне, это было очень страшно. Меня пугала женщина, которая предложила мне вернуться. Я вообще с трудом соображала. И поверь, меньше всего в той ситуации я думала о тебе.
– Но если бы у тебя была возможность сейчас вернуться к себе, ты бы вернулась? – спросил Эль.
– Учитывая вчерашний разговор – да. И чем раньше, тем лучше. Чем больше времени я провожу с тобой, тем сильнее привязываюсь. Тем больнее мне будет потом.
– Но возможности вернуться у тебя нет, – напомнил Эль, задирая подбородок и показывая, кто здесь король.
– То есть ты не хочешь меня отпустить? – уточнила я.
– Ты не понимаешь? – спросил он. – Я не могу тебя отпустить, – сказал он с какой-то полубезумной улыбкой, мотая головой.
–
Приплыли.
Приехали.
Конечная. Поезд дальше не идет. Просьба освободить вагоны.
– Что ты имеешь в виду под этим: «Не могу тебя отпустить»? – уточнила я во избежание недопонимания.
– Не могу. Не хочу. И не буду, – упрямо сказал он, глядя мне в глаза.
– И как ты представляешь нашу дальнейшую жизнь?
Взгляд короля дернулся в сторону и снова вернулся ко мне:
– Альёна, дай мне время. Пожалуйста. – Это «пожалуйста» потрясло меня не меньше, чем «Не могу тебя отпустить». – Я найду решение.
Мне бы его уверенность…
Но поскольку теперь от меня действительно ничего не зависело, я кивнула.
У меня были цветущая ветка, признание и обещание, подаренные Его Величеством.
У меня не было самого Его Величества.
Но нельзя получить всё, что хочешь. Сразу, во всяком случае. Иногда нужно подождать. Или быть скромнее в желаниях.
– Ну, тогда я пошла?
У меня не было ни одной идеи, о чем мы сейчас могли бы поговорить. Главное было сказано. Теперь нам обоим нужно было подумать.
И просто как-то всё это пережить.
Я мобилизовала Внутреннюю Скарлетт О’Хара и велела себе подумать об этом завтра. А лучше послезавтра. А еще лучше – через пять дней, когда порталом на Родонию отчалит восвояси делегация вражеских магов.
Мне еще нужно проверить оформление будущего карточного салона, платье бальное примерить, научиться танцевать, в нем или без него. В общем, дел валом, некогда думать о том, что богатые тоже плачут, всё могут короли, и сколько попаданку не корми, она всё равно волком в Лес смотрит.
У Лорентин с салоном дела шли в гору. То есть, с трудом преодолевая силу тяжести. Она плакалась, что в последний день на нее волной обрушились заказы. Дамы жаждут быть в новых трендах. Модное словечко из техномира быстро прижилось среди знати магического Барокко. Аристократки из знатных и не очень семей желали блистать не хуже таинственной любовницы короля (читай: эксцентричной выскочки). Лорентин плакалась, я ее утешала. Еще какое-то время я воспитанно делала вид, что не понимаю, какие баснословные деньги она заработает на этом. Потом тонко намекнула, что руки и ткани принадлежат Лорентин, а идеи – мне. Неплохо было бы поделиться хлебушком с сиротинушкой на чужой земле. А не то ей (сиротинушке) придется искать более жалостливых компаньонов.
Лорентин была талантливой актрисой. Но я была профессиональным эйчаром. А эйчары столь суровы, что даже котики боятся заходить на территорию их соцсетей. Поиграв в гляделки, мы договорились: с нее наряды, с меня – показ и промушен. От доходов минус себестоимость, остальное – пополам. Она пошла тренировать белошвеек, я – обустраивать «подиум».
К сожалению, оформление – дело затратное, а у меня с оборотными капиталами, как вы понимаете, здесь было никак. И кредитных организаций с человеческими условиями в этом мире пока не изобрели. Поэтому я направилась к тем, кто мог выступить моими поручителями. И на входе в опочивальню (я на входе, он – на выходе) я поймала Лео. Затащила его в спальню и прижала к стене. Маг пытался вяло отбиваться, утверждая, что его ждет Его Величество.