Любимая мафиози
Шрифт:
Я понимал это, но я не мог заснуть. Кошмары терзали меня, мое чувство сожаления, как удавка на шее. Как только я закрывал глаза, я видел ее, вспоминал ее лицо в тот день, когда я отослал ее. Печаль, гнев... недоверие, что я мог так жестоко поступить с ней.
Я - лучшее, что когда-либо случалось с тобой. И будет слишком поздно, когда ты это поймешь.
Ее слова были истиной. Она была чем-то лучшим в моей жизни, а я выкинул ее.
– Так и сделаю, — соврал я, раздеваясь. Зия терпеть не могла, когда я оставлял
В трусах и засохшей крови я выбрался из темницы в темную кухню. Как только я вошел внутрь, зажегся свет, испугав меня.
Там стояла Зия и хмурилась.
Я был не в настроении. — Не начинай, старушка.
– Посмотри на себя. Ты напоминаешь чудовище, именно поэтому она тебя бросила. Какая женщина пожелает принести в этот мир ребенка от монстра?
Она не ошибалась. Я был монстром, родившимся из древнего рода монстров.
Из меня сделали убийцу, короля. Которого боялись и уважали во всем мире, богатство которого превышало состояние большинства стран. И не собираюсь извиняться за это.
Чтобы позлить ее, я схватил стакан и открытую бутылку Ciro на стойке. Я заполнил стакан доверху. — Твой муж был чудовищем. Один из лучших убийц Ндрины. Мой отец хвастался, что никто не пытал лучше, чем Зио Дарио.
– И как много детей у нас было?
Я сделал большой глоток вина, стараясь охладить жажду крови и ярость внутри себя. — Я полагал, что у него достаточно ублюдков, чтобы ты не чувствовала в этом нужды.
Как я помню, у Дарио было шестеро детей от трех разных женщин. Все они теперь были членами моей 'ндрины, так же как и их маленькие сыновья.
Она сделала знак креста и посмотрела на небо, очевидно, произнося молитву от моего имени. — Ты осмелился проявить неуважение ко мне прямо в этом доме? Я прокляну тебя.
– Я уже проклят. Какое еще? — Мою первую жену убили, а женщину, которую я любил, похитили. За исключением короткого времени, проведенного с Франческой, я знал только убийство и душевную боль.
– Ты никогда не разговаривал со мной так. За все годы, что я тебя знаю, я говорила, что на самом деле ты хороший мальчик. А сейчас мне стыдно за тебя, что ты пьешь вино, когда ты должен быть на улице, чтобы вернуть своего не рожденного ребенка в целости и сохранности. — Она дважды хлопнула в ладоши. – Отдай этому человеку все, что он пожелает, и приведи Франческу домой.
Словно все так просто.
Д’агостино выставлял Франческу как кусок мяса, надеясь, что я клюну. Цена, предложенная им, - половина моей наркооперации на западном побережье - была смехотворной. Я не собираюсь поддаваться шантажу или запугиванию. Я был il Diavolo- я провоцировал запугивание, а не поддавался ему.
Я выпил остатки вина и поставил бокал на мраморный столик. — Я отомщу и верну ее домой. Д’агостино поплатится сначала своей жизнью.
– Бах! Вы, мужчины, так переживаете о своей гордости, что не замечаете того, что имеет значение.
Вероятно, это правда, однако это было все, что я когда-либо знал. — Я забираю свою гордость
Я бросил ее на кухне и поднялся по ступенькам. Но внезапно мое тело казалось истощенным, а мышцы - тяжелыми. Каждый шаг становился все труднее, как будто я шел по зыбучим пескам. Ma che cazzo (перев. с итал. что за хрень?)?
Я оперся рукой о стену, шатаясь по коридору и пытаясь удержаться на ногах. Что-то было не так. На мне была кровь и пот, но я не был ранен. Я не должен так себя чувствовать.
Оказавшись в своей комнате, кровать качнулась, приветствуя меня. Как только я закрыл глаза, до меня дошло, что произошло.
Зия и ее снотворное. В вине.
Minchia (перев. с итал. твою мать)!
Франческа
Современный и чистый дом Энцо на пляже был полной противоположностью замку. Дом простирался вдоль Неаполитанского залива, из всех комнат открывался великолепный вид на воду и Везувий. Мариэлла жила здесь, а жена и дети Энцо находились в другом месте, и он, этот обманщик, имел возможность ездить туда-сюда.
Несмотря на то, что Энцо практически не было рядом, его охранники всегда присутствовали, как и Мариэлла, что означало, что я никогда не была одна, и я уставала от этого. В основном я проводила время в раздумьях, не настал ли тот день, когда меня будут пытать или насиловать в отместку Фаусто. Или того хуже - день, когда Энцо поймет, что я ему бесполезна, и всадит пулю в мой мозг.
Я не высыпалась. Я ела, чтобы успокоить желудок, но беспокоилась, что каждый кусочек пищи отравлен. От каждого шума я подскакивала, нервы были натянуты до предела. Как я могу это выдержать? Сколько еще времени пройдет, прежде чем они поймут, что я беременна ребенком Фаусто? Что произойдет тогда?
Все эти шансы были слишком страшны, чтобы их рассматривать.
Так что несмотря на неоднократные попытки Мариэллы завязать со мной дружеские отношения, я держалась в стороне. Я должна была подумать и придумать, как сбежать. Единственное, что мне было нужно, - это мгновение, любой шанс, когда я смогу улизнуть. Или если Мариэлла совершит ошибку, например, оставит свой телефон где-нибудь поблизости.
Так или иначе, что-то должно было случиться. Они недооценят эту puttanella, после чего я убегу.
Я резала персик на кухне, когда открылась входная дверь. Вошел Энцо в сопровождении трех своих людей. В отличие от Фаусто, Энцо не надевал костюмов, по крайней мере, насколько я видела. Он постоянно был одет в обтягивающие дизайнерские рубашки и джинсы или брюки, как голливудская кинозвезда на отдыхе. — Добрый день, Фрэнки. Я хотел бы поговорить с тобой.
Персик превратился в пепел у меня во рту, и я настороженно наблюдала за ним, пока глотала. — Разумеется.
Энцо сел на табурет у кухонной барной стойки и взял кусочек персика с моей тарелки. Меня не устраивало, как его глаза путешествовали по моему телу, пока он жевал. Он спросил: — И как тебе мой пляжный домик?