Люби меня
Шрифт:
Я стучу в дверь «Ланч-бокса», Рейн подходит и открывает её. Мне больно смотреть на неё. Знать, что не могу её заполучить. Осознавать, как это было бы чертовски хорошо, но отказывать себе в удовольствии находиться с Рейн. Прежде чем девушка что-нибудь скажет, я говорю:
— Ты всё равно не выйдешь отсюда одна. Готова?
Она быстро моргает пару раз и прочищает горло.
— Через пару минут.
— Я подожду тебя здесь.
Я отворачиваюсь, прислоняюсь к стене и закуриваю, ожидая её. Конечно, когда проходит две минуты,
— Спасибо, — говорит она.
Киваю, возвращаюсь в салон и продолжаю свой день с проклятым ножом в сердце. Бл*дь.
* * *
Я почти закончил рисовать цветок для Рейн — понятия не имею, почему до сих пор этим занимаюсь, — когда звонит мой телефон. Поднимаю трубку и жду, когда Брэд наорёт на меня.
— Ты даже не можешь позволить ей объяснить?
— Нет. У неё есть мужчина. Больше нечего объяснять.
— Вот, Вон. Если бы ты перестал быть таким упрямым и позволил бедной девушке объясниться, может быть…
— Она не маленькая девочка, Брэд. Она взрослая женщина, которая чертовски хорошо знает, что случается, когда испытываешь мужчину. Я давал ей время, я ждал. Но зашел слишком далеко.
Он вздыхает.
— Если бы ты только послушал, она…
— Я слушал, когда у неё была возможность говорить. Теперь мне надоело слушать.
— Ты ещё пожалеешь об этом. Когда ты, наконец, вытащишь голову из задницы и дашь ей две грёбаные минуты на объяснение, обещаю, ты пожалеешь об этом.
— Мне не о чем жалеть.
— Перестань быть таким упрямым!
— Мне приходится быть таким! — кричу я. — Потому что, когда я не такой, тебе известно, что случается. Ты же знаешь, что, бл*дь, произошло. Я единственный, кому есть до меня дело, Брэд. Если я не буду заботиться о себе… больше никто не будет.
— Она не твоя мать, Вон.
Проклятие. Мне действительно нужно перестать сравнивать всё, что происходит в моей жизни, с моей матерью. Считать, что все отношения закончатся дерьмово из-за неё.
— Ты прав. Но Рейн — та, кто может и уже разочаровал меня, — я вешаю трубку до того, как он попытается переубедить меня.
Когда сижу на своей кровати в одиночестве, меня как гром средь ясного неба сражает воспоминание о моём детстве. Я провёл так много ночей один в своей комнате, но не один в доме. Звуки плача матери не давали мне уснуть. Или крик отчима. Звук бьющегося стекла. Я откидываюсь на кровать и закрываю глаза рукой, как будто это поможет защититься от просачивающихся воспоминаний
Когда воспоминания становятся слишком реальными, я встаю, беру пиво из холодильника, сажусь за стол и потягиваюсь, прежде чем начать рисовать.
***
У меня была отменена встреча сегодня днём, поэтому я ничего не делаю, но жду, когда сработает будильник, чтобы я мог проводить Рейн до её машины. Когда я постукиваю ногой по полу, дверь открывается, и я поднимаю глаза, чтобы увидеть женщину, на которую я так сильно хочу злиться. Я хочу оттолкнуть ее, но знаю, что, в конечном счете, просто снова вернусь.
— Могу я записаться на приём? — спрашивает она, прежде чем я успеваю что-либо сказать.
Гордость подсказывает, что я должен сказать «нет». Но сердце, паскуда, твердит мне, чтобы я перестал быть таким упрямым. Я должен, но не могу этого сказать.
— У меня довольно долгая бронь.
— Не страшно. Я могу подождать, — она подходит ближе к стойке.
Я бегло просматриваю страницы своей записной книжки и создаю окно. Обычно у меня бронь за четыре месяца, но я поменяю кое-какие дела местами ради неё через несколько недель.
— Хочешь зайти двадцать третьего?
— Да.
Моя бровь поднимается вверх.
— Ты даже не проверила, сможешь ли.
— Смогу.
Быстро написав её имя, я пытаюсь скрыть улыбку.
— Окей. Я записал тебя на шесть часов.
— Хорошо. Спасибо, Вон.
— Ага, — я бросаю карандаш и поднимаю глаза, чтобы увидеть, как она выходит. — Чёрт, — спешу к двери, чтобы догнать девушку.
— Тебе не нужно провожать меня до машины, Вон. Я знаю, что не нравлюсь тебе, и понимаю. Я это заслужила. Поэтому, пожалуйста, перестань вести себя так, будто у тебя есть какие-то обязательства передо мной.
Я хватаю её за руку и встаю перед ней.
— Думаешь, ты мне не нравишься, Рейн? Серьёзно?
Она пожимает плечами и облизывает губы.
Я наблюдаю за этим движением и вспоминаю, как её губы прижимались к моим.
— Ты мне чертовски нравишься, ясно? — признаю я.
— Ты мне тоже нравишься, — шепчет Рейн.
— Господи! — я провожу пальцами по волосам и делаю глубокий вдох. Действительно ли я хочу пережить это с ней, даже если в её жизни есть другой мужчина?
— Ты встречаешься с кем-то?
В её глазах появляются слёзы, и она кивает.
— Ты, правда, думаешь, что твой мужчина будет не против, если ты будешь тусоваться с парнем, на которого набросилась?
Она приподнимается на цыпочки.
— Я не набрасывалась на тебя.
— Ты не сказала «нет».
— Ты прав, — вздыхает она. — Не сказала.
Мы стоим посреди тротуара, и пока она изучает моё лицо, я делаю то же самое с ней. Не совсем уверен, что мы ищем друг в друге, но почти уверен, что другой человек может быть тем единственным, кто обнаружит это.