Лягушка-принцесса
Шрифт:
Забравшись со всем этим богатством на кровать, беглая преступница стала лакомиться вкусняшками и размышлять.
Да, эта комната гораздо уютнее, чем клетушка в квартире Аполии Константы и уж тем более, чем та каморка, в которой ей пришлось жить у Аттики. Зато в случае нападения отсюда просто так не сбежишь. Правда, хозяин упомянул о каком-то тайнике, где в случае нужды можно спрятаться.
Если сюда уже приходили с обыском, значит, связь между Птанием и Вилитом не для кого не является секретом. Возможно, дом так или иначе под наблюдением? Не поэтому ли принц доставил её сюда
"А если нет? — одними губам прошептала Ника. — Вдруг он, наоборот, будет всячески изображать бурную деятельность? Нет, рано расслабляться. Только вряд ли стражники заявятся сюда ночью, а значит, я могу ещё немного поспать".
Видимо, эти размышления накрепко засели в её сознании, так как девушка, не обращавшая внимание на доносившийся снизу шум веселья, музыку и пение, проснулась сразу, как только услышала звяканье ключа в замке.
Открыв глаза, она потянулась к кинжалу.
Судя по отблескам зари, игравшим на настенных росписях, приближался рассвет, поэтому Ника смогла хорошо рассмотреть высунувшуюся из-за приоткрытой двери осунувшуюся физиономию владельца заведения.
Увидев спокойно спящую гостью, он удовлетворённо кивнул, и держа в руках сандалии, подошёл к скамеечке, на которую улёгся, подогнув ноги.
— Вряд ли вам удастся на ней выспаться, господин Птаний, — заметила девушка, подумав: "А собирался спасть в ванной на жёсткой лавке". — Она слишком короткая.
— Прошу прощения за то, что разбудил вас, госпожа, — поклонился отпущенник. — Но я так устал, что просто нет сил.
— Ещё одна тяжёлая ночь, господин Птаний? — участливо спросила Ника, садясь на кровати и искоса наблюдая за собеседником. Мужчина уже видел её голой, но она тогда не могла как следует проследить за его реакцией. Большую часть времени тот стоял у неё за спиной и не попадался на глаза.
— И не говорите, госпожа, — устало махнул рукой хозяин публичного дома, скользнув равнодушным взглядом по обнажённым почти до бедра стройным ногам беглой преступницы. — Люди очень быстро ко всему привыкают. Для их развлечения постоянно приходится придумывать что-то новое. А это так тяжело и утомительно, госпожа.
— Понимаю вас, господин Птаний, — сочувственно кивнула девушка, невольно усмехнувшись про себя: "Дефицит новых идей — проблема шоу-бизнеса во все времена".
— У меня же не просто бордель, госпожа! — не громко, но с большим чувством вскричал отпущенник. — Хотя в искусстве любви моим мальчикам нет равных в Радиании, они же не просто красивы, а ещё и образованы! Каждый умеет петь и танцевать не хуже либрийских гетер! Я преподавал им философию, начало риторики, затем чтобы они могли поддержать беседу с образованными людьми. Да только…
Собеседник досадливо усмехнулся.
— У тех, кто может оценить их по достоинству, всегда не хватает денег, — сочувственно усмехнулась Ника.
Поднявшись мягким кошачьим движением, она от души потянулась,
Однако мужчина остался совершенно равнодушен к её прелестям, пробормотав себе по нос:
— Увы, это так, госпожа.
"Значит, действительно гомик", — окончательно успокоилась попаданка, натягивая штаны с завязками.
— Отдыхайте, господин Птаний, — предложила она, кивнув на свободную кровать. — А я пока умоюсь и приведу себя в порядок.
— Ну, что вы, — жеманно потупился тот. — Я не смею, это же ваша постель.
— Изначально она ваша, — поправила его девушка и угрожающе сощурилась. — Или вы считаете, что я могла её как-то… испортить?
— О, как вы могли такое подумать, госпожа!? — испуганно вскричал отпущенник.
Но внучка сенатора Госпула Юлиса Лура властным жестом велела ему замолчать, продолжив:
— Только я всё ещё никак не могу привыкнуть к таким широким ложам и всегда отдыхаю с краю. Так что спокойно ложитесь с другой стороны и спите. У вас очень усталый вид. Вот, даже морщинки у глаз образовались. Если немедленно не отдохнёте, они так и останутся.
— Где?! — вскричал мужчина, бросаясь к столику с зеркалом. — Да, действительно. О боги, какой ужас! Они похожи на противные куриные лапки! Нет, я ещё слишком молод для них.
— Ваши мальчики уже знают обо мне? — спросила Ника, подходя ближе.
— К сожалению, да, — подтвердил собеседник, продолжая пристально рассматривать своё отражение. — Ваше появление не осталось незамеченным. Меня уже спрашивали: кто прячется в моих комнатах? Как вы советовали, я сказал Плотису, что вы скрываетесь от диких и жестоких соотечественников, неспособных оценить ваши чувства ко мне. А уж он обязательно разболтает всё остальным.
— Вы знаете господина Ун Гарата? — полюбопытствовала девушка, взяв со стола гребень. — Он встретил нас с принцем на берегу Флумины.
— Это мой доверенный человек, — проворчал Птаний, с неохотой освобождая ей место перед зеркалом. — Не беспокойтесь, он никому ничего не скажет. По приказу его высочества я отправил господина Ун Гарата в Альтиру с кое-какими поручениями.
— Очень предусмотрительно с вашей стороны, господин Птаний, — польстила ему гостья и задала очередной вопрос. — Как заделывают волосы ольвийские мужчины? Какие у них причёски?
— Никаких, госпожа, — широко зевнув, махнул рукой тот, обходя кровать с явным намерением воспользоваться её советом и лечь на стороне противоположной той, где спала она. — Варвары, что с них возьмёшь? Тогда, если вы не против, я немного посплю.
— Отдыхайте, господин Птаний, — кивнула Ника, глядя на своё отражение в зеркале.
Пока она причёсывалась, мужчина торопливо разделся, сложил одежду на табурет, забрался под одеяло и почти сразу же тихонько захрапел.
Босиком, чтобы не шлёпать подошвами сандалий по полу, девушка первым делом убедилась, что дверь в спальню закрыта на засов. Вернувшись, разместилась на скамейке, бездумно уставившись в белый потолок, расписанный кучевыми облаками и порхавшими между ними разноцветными бабочками.