Львиное сердце
Шрифт:
– Огонь… так согревает, – сказала Меган, потягивая эль и искоса бросая на Росса вызывающие взгляды из-под опущенных ресниц. От нее не укрылось, что это его возбуждало.
– Ты колдунья, – его голос звучал тихо и хрипло.
– Будь я колдуньей, я не перенесла бы огня, который ты зажег во мне прошлой ночью.
Отставив в сторону чашу, она освободилась от полотнища голубой шерсти, в которую была замотана. Он не сводил с нее глаз, полных желания. Видно было, что он борется сам с собой, скользя глазами по ее телу от шеи и ниже, к выпуклостям груди. Меган в ожидании вздрогнула. От его многообещающего
– Мег. – Росс потянулся к ней и тыльной стороной ладони легонько провел по чувствительному кончику соска. Она застонала, а он, улыбнувшись, наклонился поближе и прижался к ней. – Ты сама – огонь, моя прекрасная женушка. – Он обхватил одной ладонью ее грудь, а другой обнял за шею и притянул к себе. Их поцелуй длился вечно. Его рот вкушал сладость ее губ, а пальцы ласкали ноющее от желания тело. – Ты, словно костер, сожгла мое самообладание.
Он уложил ее обратно в постель. Одарил такой улыбкой, что у нее по коже как будто пробежали искры, похожие на отсветы молнии, проникавшие сквозь трещины двери.
– О, Росс, я так тебя люблю, – вырвалось у нее, гордость была забыта.
– Я знаю. – Меган поняла, что он хотел сказать большее, но не решился. Не сводя с Меган глаз, Росс опустился в ее объятия, но старался не придавить ее тяжестью своего тела. – О, Мег. – Он гладил ей волосы, терся носом о шею, осыпал поцелуями. И таким образом говорил ей то, что не мог выразить словами, – он любил ее.
Меган изогнулась под ним.
– Я хочу ощущать твое тепло и тебя всего…
Но когда она попыталась притянуть его к себе, он стал сопротивляться.
– Я не хочу сделать тебе больно… – его слова стали невнятны – это Меган водила кончиком языка по его губам. – Искусительница, – прошептал Росс, упиваясь тем, как она затрепетала от его поцелуя. Она была как молодое вино – страстная, свежая, восхитительная и своевольная. Его руки сомкнулись на ее атласных боках, и он приподнял ее.
Когда пальцы Росса коснулись шрама у нее на бедре, Меган мгновенно застыла. Рот дрожал под его губами, а сердце билось, как у загнанного в угол кролика.
– Успокойся, любимая, – прошептал Росс, хотя его собственное сердце было совсем не спокойно. – Твоя кожа такая нежная и гладкая, даже на шрамах.
Меган расслабилась.
– Мама каждый день втирала в них гусиный жир.
– Теперь понятно, от кого у тебя призвание целительницы. – Он провел кончиками пальцев вниз от ее бедра до колена и снова вверх, но уже с внутренней стороны ноги, затем по плоскому животу. Его страсть разгоралась от подрагивания ее мягких мышц под теплой кожей. – Тебе не больно? – спросил он, так как услышал ее стон.
– Ты ведь знаешь, что нет, – произнесла Меган, забыв о больной ноге и выгибаясь под ним в то время, как его рука скользила все ниже и ниже. – Ох, – чуть не задохнулась она, когда он нашел потайную точку внутри ее, жаждущую его прикосновения.
– На этот раз мы не станем торопиться, – пообещал он. Его палец проник глубже, выискивая другие дразнящие места. – Будем действовать медленно… – Он припал ртом к ее затвердевшему соску, и это было настолько приятно, что Меган погрузила ладони ему в волосы, чтобы удержать подольше, пока обволакивающее тепло проникало ей в кости. – Спокойней, – добавил Росс,
Изо всех сил он укрощал собственное желание, ее же обхаживал соблазняющими словами и ласками. Пощипывая ее тело, тыкаясь носом и осыпая поцелуями, Росс задерживался на определенных местечках, что вызывало у Меган крики удовольствия. Она извивалась, обнимая его, жаждая соединиться с ним.
– Ну давай же, любимый, – с хрипотцой в голосе молила Меган. Ее маленькие ручки сомкнулись вокруг спины Росса. Он боялся потерять самообладание от ее одержимости.
– Мег, – простонал он, и в этом звуке соединились поражение и победа. Нежное тело Меган приподнялось, чтобы слиться с крепким телом Росса, завладеть им, отдаться ему. Она делала это с таким явным восторгом, что он снова не смог подавить стон. – Мег. О, моя Меган. – Она ведь любит его, и это написано в ее потемневших от страсти глазах, глядевших на него из-под спутанных золотых волос. Он ощутил ее любовь во вкусе губ, почувствовал, когда она таяла у него в объятиях, доверяя ему всю себя целиком и тем самым уча и его доверять ей. Ее зовущий к соитию крик снял с него оковы сдержанности, и он отдался силе, которая была выше их физического соединения. Отдался Меган – женщине, подарившей ему способность снова надеяться и мечтать.
Когда они наконец спустились с небес на землю, Росс почувствовал, что подмял под себя ее правую ногу. Он хотел отодвинуться в сторону, но Меган попросила:
– Не двигайся.
– Почему? У тебя где-нибудь болит?
– Нигде. Но я не хочу отпускать тебя так скоро.
– И я тоже, но я придавил тебе ногу.
– Нет. – Она прижалась к нему сильнее. – Мне приятно, когда ты меня обнимаешь. К тому же говорят, что если женщина полежит спокойно после физической близости, то у нее больше надежды зачать ребенка.
Росс фыркнул.
– Сказки все это.
– Может быть. Но многие из тех, кто их придумал, стали матерями.
– Я едва начал привыкать к тому, что я муж, а ты уже делаешь меня отцом.
Меган повернула к нему голову, чтобы лучше разглядеть его в полумраке.
– Ты ведь хочешь иметь детей… сыновей, наследников?
– Этим я порадую отца, что мне давно уже не удавалось.
– Как же он может не гордиться тобой? – возмутилась Меган.
Моя храбрая защитница, улыбнулся про себя Росс. Странно, но приятно, что его кто-то хочет защитить, однако еще приятнее лежать рядом с ней, свернувшейся около него, и гладить ее шелковистую спину.
– Мой отец – закаленный воин, и он не одобряет некоторые мои не военные способности.
– То, что ты умеешь читать и считать?
– И это тоже. – Холодный тон Росса означал еще какую-то тайну.
Меган была озадачена, ведь Лайон всегда говорил об отце с любовью и уважением, почти что с обожанием. Наверное, между лэрдом Лайонелом и его вторым сыном были трения. Может быть, ей удастся положить конец ссоре?
– Спи, Мегги. У нас с тобой впереди долгий путь верхом.
Меган закрыла глаза, но не могла уснуть, размышляя о своей новой жизни. Росс размеренно дышал рядом, погруженный в сон. Гибель Лайона, к счастью, больше не стоит между ними. Но ей есть о чем беспокоиться. Здоровье Сьюзан. Здоровье ее отца.