Лунный путь
Шрифт:
Я все-таки упала. Поскользнулась на мокрой от недавно прошедшего дождя траве, нелепо взмахнула руками, и, уже теряя равновесие судорожно уцепилась руками за того, кто стоял ближе всего.
Так что рухнули вниз мы вместе. Думаю, что алед пытался раскрыть убранные было крылья, но сделать это ему мешали мои руки, вцепившиеся Мьоллену еще и в спину. В конце концов, крылья он раскрыл, я в тот же момент выпалила заклинание, чуть замедлившее падение, так что в воду мы врезались не так уж и резко.
Если бы не реакция аледа, и не вложенные в заклинание последние
Вот только прыгать в воду, уцепившись за кого-то так, что костяшки пальцев побелели, как-то не слишком удобно. Ну ничего, в воде мы с грехом пополам смогли разобраться, где чьи ноги, руки и крылья, так что на берег вылезли относительно целыми.
Я слегка улыбнулась, но не слишком теплый ветер хлестнул по телу, облепленному мокрой одеждой, давая понять, что обрадовались суше мы рано.
Глава 20
— Мастер? — ученик заставил женщину оторваться от рассматривания бликов на клинке.
— Да? — встрепенулась она, поднимая голову.
— Вы когда-нибудь меняли свое представление о людях?
— Приходилось, — усмехнулась она.
Я потерла руки и вздохнула, вложив в этот вздох всю мировую скорбь.
Мы сидели на берегу моря, около разведенного с огромным трудом костра, и тщетно пытались согреться. Как оказалось, свободных сил ни у меня, ни у аледа не осталось не то что просушку одежды, а даже на то, чтобы войти в уже существующий портал. Его ведь тоже нужно открыть, а для этого требуются хоть крупицы, но силы. Магической.
Так недолго и еще одно истощение заработать…
Именно по этой причине я и Мьоллен сидели сейчас около огня, честно стараясь не слишком громко клацать зубами. Мьоллен сидел, запахнувшись в крылья, как в большое одеяло, и мрачно смотрел в огонь. Рубашка и штаны его висели на рогатине над пламенем, там же почивали и подштанники, а лицо аледа с каждой секундой становилось еще мрачнее. Наконец мужчина счел подштанники уже вполне просохшими, попросил меня отвернуться, и со слышимым наслаждением влез в еще теплую от горячего воздуха вещь.
Я вздохнула еще раз, сидя перед костром в том самом минимуме, разоблачаться до которого в присутствии мужчины, не связанного родственными узами, считается одинаково чудовищным как в высших, так и низших кругах. Но что поделать, если я не хочу заболеть? Я зябко повела плечами. Было прохладно, ведь тогда, когда я перенеслась в этот мир, в отличие от Долины здесь был уже закат. Полтора часа назад он только начинал заниматься, сейчас же солнце уже совсем низко опустилось над горизонтом. Золото лучей растекалось на западе, переплавляясь в киноварь, и вместе с этой сменой суток приходили прохлада и сырость. А еще понемногу начинали собираться тучи, и это мне уж совсем не нравилось.
— Что
— Лучше всего поспать, — усмехнулась я. Вот только одна проблема — сейчас не хотелось, ведь моему организму кажется, что на улице утро.
Да, я чувствую себя усталой. Обряды и переносы между мирами всегда выматывают, а за последнее время я и так непозволительно много колдовала. Но кто ж знал, что все так сложится? Однако поспать все равно придется. Мне сейчас нужны силы, нужны как никогда.
— На пляже лучше не оставаться, — изрек Мьоллен, вглядываясь в закатную полосу.
— Почему?
— Уже прохладно, и ветер поменялся. Скорее всего, будет шторм. Нам нужно идти в город.
— Может быть, лучше здесь? — робко спросила я. Мне не хотелось идти в город, бродить сейчас среди этих обломков прошлого. Осколков чужой жизни, отголоски которой еще звучат сквозь века.
Мьоллен отрицательно покачал головой. По его лицу было понятно, что он сам не в восторге от идеи направиться в город, но сделать это было необходимо.
— Слишком ветрено, и нельзя укрыться. Утес тоже не подойдет. Город же стоит в очень удобном месте, сильные порывы ветра до него не долетают.
Спорить не хотелось.
— Хорошо.
Я поднялась, подошла к рогатине, потрогала ткань. Еще чуть влажная, но теплая, почти горячая. Стянув с импровизированной сушилки одежду, я с удовольствием натянула ее, жмурясь от удовольствия.
Волосы уже высохли совсем, распушились и лезли в глаза. Ветер, подувший с моря, встрепал длинные пряди, и я с сожалением вспомнила о стилете-шпильке, который сейчас лежал где-то среди травы на утесе. Я даже не помню, куда именно его бросила. Впрочем, ладно.
Мьоллен безо всякого энтузиазма посмотрел на обвалившийся проход, ведущий с пляжа (видимо, это был все же не пляж, а древняя пристань) в город, и решительно взял меня за талию, взмывая вверх.
Полное самоуправство! С другой стороны, не хочу же я выйти к городу к утру?.. И все-таки люблю я те моменты, когда алед решает меня покатать. Сразу забываются обиды. Исчезает боль, не дающая мне покоя вот уже второй день.
Мы приземлились на площади, окруженной полуразрушенными зданиями. Солнце уже почти село, и на светлом мраморе играли едва заметные розовато-желтые лучи. Хорошее место для отдыха. Тихое, спокойное.
Но все в этом городе наполнено такой тоской и сожалением, что хочется кричать. Я не стану. И так уже, наверное, произвожу на всех впечатление истерички. Хорошо хоть, что сейчас меня не видит брат.
Кстати, об Алемиде…
— Мьоллен, — я поискала его глазами и поняла, что алед не терял времени зря. За короткий миг, пока я осматривала площадь, мужчина успел уже найти удобное, защищенное от ветра место, и усесться там.
— М-м-м? — понятно, он еще и что-то жует. Неужели нашел съедобные фрукты на диких лианах, давно завладевших городом? Судя по довольному лицу аледа — нашел.